Я почти передумала. Не хочу с ними идти, об этом кричат и инстинкты, и логика: они что-то не договаривают, что-то важное. Но что делать?

— А ну отстаньте от неё! — раздаётся звонкий крик откуда-то сбоку.

Мы все оборачиваемся на молодую девушку, что бойко упирает руки в бока и сдвигает брови. На ней испачканное в траве простое плотное платье, волосы собраны в хвост, но растрепались. Она такая худая, что кажется подростком, хотя на деле наверняка ненамного младше меня.

— Уйди, ведьма! — машет на неё первый мужчина, с щетиной. — А не то…

Он осекается и отходит вместе со своим товарищем на шаг от девушки. Потому что из тумана плавно, будто плывёт, появляется лиса. Её белая шерсть быстро становится рыжей, обычной, она встаёт перед девушкой и хищно скалится.

— Убери эту тварь, — второй мужчина перехватывает топор поудобнее.

Ох, теперь я ещё меньше понимаю. Смутно догадываюсь, что ведьмы — это те, кто приручил животных?

Лиса рычит, прыгает вперёд, будто кидается. Пугает противника. А мужчины сперва защищаются, выставляют руки и топоры перед собой, а потом с руганью нападают.

Девчушка ловко отступает в сторону, а лиса убегает в другую. Мужчины с топорами преследуют именно лису, а та почти позволяет себя догнать и вдруг кидается на одного из них, ныряя под топор…

Мне надо думать о себе! Хватаю котёнка на руки в попытке защитить, и не знаю, куда деться, где спрятаться. Девушка подбегает ближе и берёт меня за руку.

— Бежим!

— Но! — я оглядываюсь на лежащую на подстилке большую кошку.

— Оставь её! Её скроет туман, и ты всё равно ей не поможешь, — говорит девушка.

Она права. Смотрю на котёнка и мысленно спрашиваю, он со мной или с мамой. Видно, что ответ даётся ему непросто.

“Мама справится. Нам надо увести врагов подальше, и они забудут про неё”.

Да. Может быть, она выживет. Прижимаю котёнка к себе, позволяю себя увести, и как специально, туман вокруг сгущается. Мы идём прямо в него, прямо, а потом вверх, судя по всему, выбираемся из ущелья с другой стороны.

— Что им надо было? — спрашиваю я девушку. Ей я доверяю больше, чем тем мужчинам.

— Ничего хорошего. Заперли бы тебя в сарае и воспитывали бы, — недовольно бурчит та.

— Зачем? — продолжаю я ничего не понимать.

— Разве не знаешь? Они как наш лорд, хотят всех поубивать. Говорят, безопасно будет. А как же оно так будет, если настоящая опасность не в бедных животных?

Бедное животное тем временем догоняет нас. Лиса с очень довольным выражением на морде смотрит на хозяйку, а я замечаю, что шерсть возле её пасти немного испачкана в крови.

— Покусала их? — улыбается хозяйка.

Я начинаю сомневаться, что иду с теми и туда. С другой стороны, если лиса не бешеная, то мужчинам ничего и не будет.

Дышать тяжело. И дело не только в том, что мы поднимаемся в гору, но ещё в том, что сам воздух тяжёлый. Я училась чувствовать магию, тянуть её по чуть-чуть из окружающего пространства, и понимаю, что тут что-то не так именно с магической энергией. Что это за туман такой?

— Подожди, — прошу я девушку остановиться.

— Тяжко? — сочувствующе спрашивает она. — Как зовут-то тебя?

— Хло… Хельга, — исправляюсь я.

— Ладно, Хельга, я никому не скажу, что ты Хлоя, — хмыкает рыжая. — А я…

Договорить она не успевает, потому что нас накрывает тень. Девушка аж приседает, испуганно взглянув на небо.

— Дракон, — шепчет она.

Задираю голову. Красивый чёрный дракон с хищной грацией облетает гору и садится на неё, тут же вытягивая крылья. Я знаю только одного чёрного дракона. Эрвин. Он ищет меня? Ведь не может быть совпадением, что он просто так прилетел именно сюда?

Взгляд дракона скользит по дороге и ущелью, наконец, опускается ниже, и он смотрит туда, где стоим мы. Не знаю, заметил он нас или нет, но вдруг его грудь расширяется, он набирает воздух, наклоняет голову, и… Выпускает пламя прямо в туман!

Приседаю, прикрывая котика собой. Пресветлые, как же страшно! Слышу шипение, которое будто бы приближается, раздаётся крик одного из мужчин, затем хлопанье крыльев дракона.

И я пока жива. Поэтому рискую открыть глаза и приподняться.

— Уходим, — слабо трясёт меня за плечо рыжая, имя которой я так и не узнала. — Мне он не нравится.

А я с открытым ртом смотрю, как туман исчезает в драконьем пламени, будто лист бумаги от огня. С шипением полоса огня охватывает карету и стремительно приближается к нам.

Он решил меня убить? Серьёзно? Я знаю, что не нужна ему, но это уже слишком... В груди что-то сжимается, мне тяжело дышать.

— Ты права, — сдавленно отвечаю я и встаю на ноги.

Эрвин спускается в ущелье и принимает вид человека. Это я уже вижу лишь урывками, когда оборачиваюсь. Он поднимает руку и в его ладони вспыхивает ярко-синий шар.

Я не знаю этого заклинания и решаю, что лучше не оборачиваться. А то это может быть последним, что я узнаю в этой жизни.

Мы горной тропкой уходи всё выше и выше, а потом входим в узкую пещеру. Девушка берёт меня за руку, помогая ориентироваться, судя по шагам, лиса бежит рядом. Пещера кончается быстро, и мы выходим с другой стороны горы.

Перед нами открытое пространство, тоже окутанное туманом, в котором смутно угадывается лесок и большие поляны, а напротив снова горы. Кажется, внизу поблескивает озеро. Красиво.

Я выдыхаю с облегчением, но моя сопровождающая не расслабляется.

— Этот дракон может и с этой стороны что-то подпалить. Будь начеку, — говорит она.

— Как тебя зовут, ты так и не сказала, — напоминаю я.

— Джин. И я ведьма, как и ты.

— Что это значит?

Не свожу глаз со спины Джин, которая идёт впереди и показывает мне спуск. Она на миг оборачивается, чтобы удивлённо посмотреть на меня.

— Что ты слышишь голоса магических зверей. Ты не знала?

— Понятия не имела. Мне говорили, что ведьмы приносят несчастья и проклинают.

— Насчёт проклятий это чушь, но вот первое… Если не уследить за зверем, он может стать опасным. Поэтому мы живём отдельно от всех остальных.

Она замолкает и чуть опускает плечи, будто подумала о чём-то грустном. Я тоже какое-то время молчу и думаю.

Значит, в деревне работа мне не подойдёт. Или же придётся оставить котёнка и скрывать ото всех, что я ведьма. Но меня уже видели те мужчины, а в деревне все друг друга знают, так что план сомнительный.

Что ж, сначала отдохну и подумаю. И есть уже хочется…

— Почти пришли. Сейчас сядем в доме и поговорим. Расскажешь, откуда ты такая взялась, Хельга.

А я уже почти забыла, что назвалась именно так. Хмыкаю и отвечаю:

— И о тебе мне тоже интересно послушать.

Мы уже спустились и идём по лесной тропинке, а вскоре из-за деревьев показывается одинокая избушка.

— Ты сказала, что вы живёте отдельно? — спрашиваю я Джин. — Есть и другие ведьмы.

— Была… бабушка моя была. Родителей я не помню, они уехали в город и не вернулись.

— Прости, я не знала, — сочувственно говорю я.

Нечаянно наступила на больную мозоль. Бедная девушка, выживает тут совсем одна. По сравнению с этим мне даже моя жизнь уже кажется не такой уж и тяжёлой.

— Ничего, я уже в порядке, — оборачивается Джин и ярко улыбается. — Конечно,поначалу тяжело было, но у меня есть Лисса, и ещё парачка питомцев иногда заглядывает. Подруга бабушки приходит, навещает. Живём!

— Хорошо, — немного расслабляюсь я. — Значит, не все местные жители предвзяты к ведьмам? И почему вообще они так не любят магических зверей?

Вот последнее у меня не укладывается в голове. Ведь маги могут приручать их, а потом везде водить с собой, даже на приём к императору. Никто не боится, потому что маг контролирует зверя. Тут животные не прирученные, но разумные, а значит, с ними можно договориться.

— Так было не всегда, — грустно отзывается Джин. — Когда я была маленькой, животные были не опасны. А теперь…