— Да-да, конечно, — мужчина резко отодвинул от себя чашку, — Но сначала дела. Можно ваш паспорт? Я бы хотел убедиться в том, что вы действительно Элоиза Нортон.

Усомниться в словах ведьмы? Какая невиданная наглость! Джим поставил на стол пирог и выразительно посмотрел на нахала, еще чуть-чуть и вызовет обидчика на поединок за нанесенное мне оскорбление. С мужчинами такое случается. Коты дерутся когтями, олени рогами, аристократы шпагами, а простой люд использует кулаки или ножи, тут уж что подвернется. Подерутся и перебьют мне посуду, или наступят на домовика. Нужно постараться их успокоить, по крайней мере, Джима.

— Так принято на Земле. Паспорт спрашивают все, кому не лень это сделать. Люди очень любят рассматривать фотографии, верно?

Я еще раз на всякий случай улыбнулась своему необычному гостю и сходила за сумочкой в холл. Всё сегодня идёт не так! Зачем я только рассказала нотариусу про мир драконов? По привычке, конечно же, может, еще из-за нервов, и, кроме того, я очень люблю расхваливать обычным гостям — ведьмам и колдунам — этот чудесный напиток. Больше таким кофе никто не может угостить, он огромная редкость, мне и самой его приносят исключительно по дружбе. Зерна обжаривают действительно на дыхании дракона.

Я вернулась в столовую, поставила крохотную дамскую сумку на столик, сунула руку в этот баульчик. Паспорт, наверное, на дне. Пришлось вынуть наружу набор для поделок.

Я стараюсь приучить малышей жить в обоих мирах, и в Лорелин, и на Земле. Все трое посещают детский садик, общаются с обычными малышами, играют. В этот раз детям в саду задали сделать по небольшой избушке, разумеется, из натуральных материалов. Попробуй, выковыряй ветки ивы зимой, наскреби желудей и разморозь сосновые шишки. Странное времяпрепровождение.

Весь последний год мне кажется, что в нашем детском садике ведут курсы начинающего зельевара. Иначе я ничем не могу объяснить ту гору полыни, сосновых шишек и перьев, которые мы собираем для разнообразных поделок весь этот год. Мне даже пришлось позавчера выменивать несколько пёрышек у сороки.

Мои малыши охотно лепили кукол из воска под руководством своего воспитателя. Так дело пойдет, скоро начнут изучать вуду.

Я засунула руку поглубже и, наконец, вынула паспорт. Натариус просиял, сверил мое лицо с фотографией.

— Отлично. Как я уже сказал, ваша сестра, к несчастью, погибла прошлым днем, — я достала ножик и принялась резать пирог на равные части, — Все свое состояние покойная оставила своей сестре, то есть вам. Не позднее шести месяцев вам будет нужно появиться у меня в конторе. Так что лучше поторопитесь, с такими делами точно не стоит тянуть. Тем более, что наследство довольно существенное. Квартира, машина и что-то еще. Простите, я не запомнил.

— Еще лавка и ее муж, — подсказал ему Джим, — моя супруга готова забрать все.

— Это чудесная шутка! Поставьте подпись здесь и здесь. Ключи вручить сразу? Вы единственная наследница. Сможете заглядывать в квартиру, следить за цветами на окнах.

— Да, конечно, — я, было, потянулась за футляром для особого ножа. Бумага серьезная, не стоит ошибиться и подписать нужно, как полагается, кровью. Опомниться удалось только в последний момент. Нотариус с Земли! Ему и капля моей крови покажется неуместной.

— Робин, принеси, пожалуйста, мне ручку. Обычную, не перьевую. Она лежит в твоей комнате.

— Да, мам, — обрадовался Робин, Седрик, наоборот, огорчился. Дали важное поручение и совсем не ему, а брату.

— Седрик, а ты принеси свою. Она мне тоже может пригодиться, если первая не будет писать.

Я готова на все, что угодно, лишь бы мои дети и дальше жили так дружно, как сейчас. Пускай хоть весь обеденный стол завалят писчими принадлежностями.

Документы я подписала без всяких сложностей. Через полгода все, что принадлежало Изабелле станет моим и по Земным законам тоже. Пожалуй, я только сейчас поняла, что ее больше нет. И я совсем не скорблю по сестре, как это ни странно. Слишком разными мы были всегда, а потом в нашей жизни появился мужчина, который окончательно провел черту между мной и сестрой. Нотариус положил на стол связку тяжёлых ключей, написал на бумаге адрес квартиры. Я даже не знала, где именно она жила.

— Как погибла Изабелла?

— Скорее всего, это был несчастный случай. Советую вам немедленно заглянуть в квартиру, проверить краны, отключить электричество.

— Да, конечно. Я постараюсь это сделать сегодня.

— Мы сегодня поедем в квартиру тети? — уточнил Робин.

Дмитрий Ярве

Огромная, как тихоокеанский лайнер, машина, крадучись, втиснулась на небольшую парковку перед нотариальной конторой. Огромный парень бочком выбрался наружу через приоткрытую дверь. С одной стороны его машины возвышался сугроб, с другой примостилась древняя «Волга». Так сразу и не поймёшь. То ли машиной владеют из любви к старине, и это роскошный ретро автомобиль. То ли по бедности, не имея возможности приобрести новую.

Олигарх предпочитал передвигаться по городу без охраны, если появлялась такая возможность. От всех бед не спасешься, риск дело благородное, так хотя бы в спину никто участливо не дышит.

К этому моменту Дмитрий Ярве окончательно успокоился. Все то, что происходило ночью и утром в квартире показалось ему дурным сном, наваждением или кошмаром. Должно быть, он просто задремал, и сам не заметил этого. Принял сон за явь, где-то Дмитрий слышал, что такое бывает. Зря только людей побеспокоил, охрану вызвал, айтишника сдернул с других, более важных, задач. Ну, какая может быть чертовщина? Тем более, когда Изабеллы больше не существует. И к психиатру не нужно обращаться, а идти к нему Дмитрий никак не хотел.

Парень зашагал в сторону конторы, одёрнул дубленку и быстро поднялся по заледенелой лестнице нотариата. Ему хотелось как можно скорей прояснить все детали завещания супруги. Он остановился на верхней ступени, обвел задумчивым взглядом парковку, но машины своего юриста пока не заметил. Выходит, тот опаздывает. Значит, встретимся в конторе, не ждать же его на морозе? Он решительно взялся за ручку двери, потянул ее на себя. На миг ему почудилось, что вместе с ним в контору вошел кто-то еще, скорей всего невысокая женщина. Вот и чепец мелькнул у него перед носом. Обернулся, нет никого.

Мужчина встряхнул головой. Дурацкая ночь, не выспался, перенервничал, наверное, это бывает. Нужно просто заночевать у себя, как следует отоспаться. Может быть температуру измерить, мало ли, заболел и не заметил этого? Весна в этом году бьет все рекорды температур, причем так же грубо, как профессиональный боксер. Или зиме не сообщили, что апрель — это уже весна? И температура минус двадцать кажется немного неуместной?

Тепло конторы одурманило парня, он расстегнул дубленку и подошел к стойке администратора.

— Я бы хотел навести справки о завещании Изабеллы Нортон. Это моя супруга. Бывшая супруга. Мой юрист еще вчера предоставил все необходимые бумаги, — внезапно Дмитрий осознал, что даже не поинтересовался, как именно погибла Изабелла. Формулировки "несчастный случай" ему было достаточно. Странно. Не ожидал он от себя подобного безразличия, все-таки прожили вместе несколько лет и даже были счастливы, не каждый день, конечно, но всё-таки были. Пара часов точно ведь накопилась за брак, может быть, даже недель.

— Да, все верно. Пройдите в пятый кабинет, делом занимается Бондаренко Александр Сергеевич, он еще здесь и как раз свободен.

— Благодарю вас, — парень обвел взглядом холл.

Его юрист так и не появился, опаздывает. Ждать? Так смысла вроде бы нет. И потом, он с этим нотариусом уже общался в квартире Изабеллы. Тот заглянул рано утром, объявил ему о завещании, как-то странно шутил. Якобы все достанется Элоизе Нортон, включая привидение и его самого, Дмитрия Ярве. Или это тоже приснилось? У жены не было родственников. Ни одного. А если нет? Если все правда, то лучше, если "свой" юрист никогда не узнает о том, какой бред я сам нес в ответ. В особенности про привидение, в существование которого я на тот момент всей душою поверил. Н-да уж. Лучше, и вправду, идти самому, никого не дожидаясь. Потом выскажу своему юристу все, что думаю об опозданиях.