— Ну, наконец-то! Решился.

— Я очень долго ждал этого дня, — учтиво отвечает ей Джим, — Только вчера вышел срок, и мне удалось развестись с прежней супругой.

— Мог бы и отравить ее раньше! — шутя или не шутя, говорит тётя.

— Меня бы казнили.

— В любом деле главное — не попасться, — благостно кивнула ему тетушка.

И мы вошли в ратушу. Гулкий пустой зал. Все гости остались снаруж, так принято. Дети тоже где-то там, среди толпы, можно не волноваться, о ведьмочке и колдунах позаботятся. Высокий свод, лики богов и богинь смотрят на нас с потолка, многие из них улыбаются. Глаза богини любви смотрят с озорством — самая юная из пантеона, говорят, она была ведьмочкой.

Факелы занялись белым огнем на стенах. Сквозь радужный переплет огромного витража внутрь заглянуло солнце. Мне неудобно обманывать всех, идти под руку к алтарю с тем, кого я никогда не любила. Тогда, когда я для себя еще ничего не решила.

Джим накрывает мою руку своими пальцами, будто боится, что я убегу. Мы подошли к алтарю, он светел, чист и прекрасен. Белая страница судьбы, на которой нужно выписать наши имена с женихом.

Джим подбирает одно из двух черных перьев. Его почерк прекрасен, буквы ложатся изящными вензелями. Тут всё — и титул, и имя, и принадлежность к роду. Я с трудом с дрожью в пальцах подбираю второе перо. Мой почерк прост и немного не аккуратен.

— Неволить ведьму нельзя...- тихо шепчет сквозняк, — слишком опасно.

Я прислушиваюсь и продолжаю писать на мраморной плите — Элоиза Нортон, урожденная ведьмой.

Буквы впечатываются в камень, тонут в нем, чтоб навсегда отпечататься в книге судеб. Даже когда брак будет расторгнут, эта запись останется навсегда. Только с пометкой рядом. Джим опускает руки на мои плечи, разворачивает к себе, невиданная дерзость по отношению к ведьме, раньше б я ее не стерпела. Но вижу улыбку, весёлые глаза, Джим смотрит на меня как всегда счастливо и очень открыто.

— Жена, — ласково шепчет он и пытается притянуть к себе еще ближе.

— Что ты делаешь? — почти вырываюсь я.

— Через дверной проем всё видно. Нам нужно хотя бы обняться в знак счастья и доброй воли, чтобы никто ничего не заподозрил. А лучше...

Он едва прикасается поцелуем к моим губам, краем глаза я замечаю тетушку. Она засунула голову в дверь ратуши, смотрит на нас во все глаза, и я тихонечко отвечаю на поцелуй Джима. Он сладко вздыхает и опускает руки на мою талию. С улицы раздаются счастливые крики, все хлопают, я вырываюсь из объятий мужа.

— Идем скорей, у нас много дел, — начинаю частить я от смущения, — Тебе еще нужно похитить для меня второго мужа. Ты часто бывал на Земле?

— Раза два или три. Дурной мир, мне не понравилось.

— Ты точно справишься? Все же Земля мир технический.

— Не беспокойся. Только скажи, что он любит, твой второй будущий муж. Я подготовлю приманку. Этого вполне достаточно.

— Он любит женщин, — зло сказала я, — Рыжих!

— Что ж, это будет не сложно.

— Джим, ты весь блестишь, — ахнула я, когда мы приблизились к выходу.

— Не переживай об этом. На меня просто насыпалась золотая пыльца с моей дочери.

Объятия, поздравления, тетя тискает моего мужа за щеки как малыша. Визги детей — они увидели коробку шоколадных яиц, которая тут же исчезла в подпространственном кармане моей тети.

— Дети, это я вам отдам только дома, когда вы все переоденетесь в домашние вещи!

Кто-то делает магический отпечаток всей нашей счастливой семьи — в воздух взлетел артефакт и защелкал. Я улыбаюсь изо всех сил и вспоминаю настоящего папу моей тройни — того олигарха, которого для меня вынужден будет сегодня украсть Джим.

Джим накинул на себя мою тощую спортивную куртку и естественно в ней не поместился. Даже вторая рука в рукав не пролезла.

— Вообще-то я холода не боюсь. Пойду так, ничего страшного со мной не случится. Подумаешь, снежок. Тем более, ты сама говоришь, что уже потеплело.

— Я не хочу лечить сопли, Джим, честно. Вчера было за минус двадцать, сегодня только чуточку потеплело. До минус десяти.

— Даже так? — муж приоткрыл дверь в проулок, высунул нос наружу, вздрогнул и тут же захлопнул дверь.

— Может, заглянешь к себе в замок? Там у тебя наверняка есть теплые вещи.

— Жаль время терять, я бы хотел вернуться обратно до вечера. И потом, в ратуше я уже договорился, вы быстро поженитесь. Там огр остался, как только понадобится, он двери в ратушу нам откроет.

— А если Дима не согласится?

— Поверь, я его уговорю. Поженитесь и сразу же выпровожу Дмитрия обратно на Землю, — Джим закусил губу и еще раз приоткрыл дверь, — Как-то я о морозе не подумал. Одно радует, все одеты в то, что кому в лапы попало. Вон, смотри, парень в одеяло завернулся!

— Это пуховик, Джим.

— Будь по-твоему, пуховое одеяло с рукавами. И смотрится хорошо. Кстати, я у тебя что-то подобное видел в кладовке. Может, то одеяло зачаруем? Подгоним по моей фигуре. Нет, всякое я носил, но чтоб одеяло использовать для ловли! Такого еще не было.

— То зеленое одеяло подарила мне тетя София. Остальные в цветочек.

— Ты абсолютно права, это плохая идея. Смотри! Нет, чуть левей. Вон, видишь, мужчина с седыми висками?

— Вижу, — с легкой тоской вздохнула я. Крашеный блондин прошел мимо нашего проулка по проспекту. На нем было надето кашемировое пальто размера оверсайз. Синеющие от холода щиколотки соблазнительно — на вкус дриад- торчали из меховых ботинок.

— На нем бритый ковер. У тебя был такой на чердаке, я помню.

— На чердаке у меня хранятся пледы. Кстати! Я вспомнила, там же была шуба! Точно. Надеюсь, дети еще не пустили ее на игрушки.

— Шуба? — внезапно оживился друг, — Да, я что-то такое припоминаю. Мы с Робином лазали на чердак, чтобы найти бечёвку. Помнишь, я развесил кормушки для белочек в саду? И там действительно лежал мех. Я еще подумал, неужели, Элька завела собаку? Но почему такую зеленую? Где раздобыла.

— Это искусственный мех! Я эту шубу купила на распродаже, думала из нее покрывало мальчишкам сшить. Но не успела, было много заказов, убрала на чердак и забыла.

— Это хорошо. Главное, чтоб была теплая, — герцог взлетел по лестнице, цепляясь мечом за перила. На чердаке загрохотало. Хорошо, что у меня в доме есть такое объёмное помещение, практически кладовая, куда можно сложить все полунужные вещи. Через минуту герцог спустился в меховой куртке нарядного ярко-зеленого цвета.

— Ну как, сойду за местного?

— Более-менее. Меч только сними и нож с пояса тоже. Там так не носят

— Да, я это уже заметил. Хорошо, хоть свою магию не нужно запирать амулетом. Парень стащил с пояса ножны, аккуратно составил в углу все оружие.

— Ловчую сеть тоже, наверное. На Земле не принято похищать людей. И твой титул ничего не изменит. Даже если ты обвинишь в краже простолюдина, его все равно нельзя увести силой в свои владения. Все решает стража и суд.

— Разумно. Не беспокойся, Дима придет сюда своими ногами. Я же ловец.

— Кстати, как ты его собираешься найти? Я знаю только один его адрес, а квартир у него было много, еще и дом за городом, кажется.

— Элли, я ловец. Если ты думаешь, что редкие птички оставляют мне адрес, чтоб я точно знал, где их искать — ты глубоко ошибаешься. Смотри!

Джим снял с пояса небольшой артефакт и показал мне, держа его на раскрытой ладони. В медную рамку вправлена костяная пластина и все?

— Здесь заказчик пишет то, что он хочет найти. Пиши имя Димы, — он вложил в мои руки небольшой карандаш. Я вывела имя своего будущего мужа, человека, которого я бы никогда не хотела увидеть и сделала для этого, кажется, все. Кто же знал, что так сложится жизнь? "Дмитрий Ярве" — имя полыхнуло огнём и обозначилось серым обводом, не знаю, что это может значить.

— Серый цвет означает смертельную тоску, — глухо сказал Джим, — Ты его любишь?

— Я его ненавижу всем сердцем.