Этэри повернулась к графу фон Горицу.

– Перед вами уже многим известный граф фон Гориц. Отличный военный стратег и солдат, грамотный политик и управленец, учитель моего жениха принца Эдварда из Мальборка.

Этэри сделала намеренно паузу и бегло глянула на Филиппа. Тот стоял по левую руку от нее и лишь слегка усмехнулся, но взгляда так и не поднял. Царица продолжила.

– А также он является правителем каменного города Семи королей. Отныне это новая столица Морского царства и граф фон Гориц является его главой. Провозглашаю город отдельной автономией, что означает следующее. Город Семи королей - есть столица Морского царства, но в нем главенствует отдельный правитель.

– Царица!

Задохнулся фон Гориц. Граф совершенно не ожидал такого невероятного подарка.

– А так как граф.

Быстро продолжала Этэри не обращая внимания на вытянутые лица фон Горица и его воспитанника. Эдвард как услышал, что он жених, так и слух потерял от радости. Хорошо, что зрение его не покинуло. Он теперь стоял с раскрытым ртом и не мог насмотреться на свою любимую.

– Официально является подданным другого государства, то царь Морского царства заключит с ним соглашение о том, что он будет честно служить на благо города пока сам не решит покинуть этот пост. А коль не решит, то в последствии, сможет передать пост по наследству своему преемнику. Преемником обязан выступить хорошо воспитанный и обученный управлению наследник.

Лицо фон Горица надо было видеть. Оно вытянутое от природы сделалось еще длиннее и тоньше. Вот такого граф точно не ожидал услышать. Он старый прожженный вояка и убежденный холостяк, теперь что? По велению царицы обязан в срочном порядке обзавестись собственным отпрыском, чтобы потом передать управление городом по наследству? А в срочном порядке, потому что возраст у графа уже, мягко говоря, не способствует бравым любовным баталиям.

Фон Гориц раскрыл челюсть, но вместо того, чтобы что-то произнести она стала шевелиться то влево, то вправо, а глаза стали вращаться по кругу. Он хотел сказать «царица», как было положено, но у него пока не получалось.

Зато его глаза пока вращались по кругу заметили странные изменения на площади. Некоторые особенно смекалистые красотки города стали спешно прихорашиваться и стрелять в его сторону блестящими взглядами молниями. Кому не хотелось сделаться избранницей самого правителя? Эти взгляды молнии несказанно смутили старого вояку, и он таки пришел в себя.

– Вы хотели сказать с царицей заключит соглашение, – прохрипел фон Гориц и снова прочистил пересохшее от потрясения горло, – царица Этэри.

– Я все сказала верно! – уверенно продолжала девушка, – по левую руку от меня как раз он и стоит – ваш царь! Прошу поприветствовать вашего правителя. Царь Филипп – владыка Морского царства!

Толпе, по сути, было все равно в чьих руках власть. Она заулюлюкала и разразилась в бурных аплодисментах. Новые жители города для себя уже давно приняли как владычицу города юную ведьму Этэри. А кого она назначала в управление тот им уже и нравился. Ведьма лучше знает, кто для города важнее. Люди уже предвкушали веселые гулянья в честь высоких назначений и жаждали богатых угощений.

Снова царь Филипп и теперь как никогда востребованный у женской половины города правитель столицы стояли и остолбенело пялились на народ. А Этэри ловко улизнула. Мужчины даже не заметили, что на возвышении остались теперь одни. Подданные отдавали честь своим правителям: царю Филиппу и главе столицы. А одна юная шустрая особа полностью собой довольная пробиралась сквозь толпу на край площади.

Вокруг шеи Этэри обвились крепкие руки. Она резко развернулась и оказалась в объятьях Эдварда. Недолго думая Этэри прижалась к его губам своими. Ее переполняли эмоции и возбуждение. Она была вся взбудоражена, сердце колотилось как бешеное и ей так хотелось сделать что-то такое этакое. Поэтому Этэри ничего не придумалось, как взять и поцеловаться у всех на виду со своим парнем.

– Ты пробыла царицей целых полторы минуты! – выдохнул ей в лицо Эдвард тоже взбудораженный, – как она власть на вкус?

– Ужас! – воскликнула Этэри, – так долго! Я полагала что не больше минуты!

Она схватила принца за руку и потянула его на выход.

– Идем, скорее! Теперь, когда все на своих местах, мы можем спокойно отправиться в плавание.

Эдвард встряхнул головой и прижал Этэри обратно к себе. Она слышала, как колотится его сердце.

– Погоди, – шептал он, – бешеная царевна царица, – разве можно так поступать с мужчиной. Дай сердце унять.

Этэри расслабилась и даже от удовольствия закрыла глаза. Рядом с Эдвардом было так хорошо и спокойно. Она отняла голову от его груди, когда его сердце стало биться снова ровно.

– Успокоился, – проговорила она и снова потянула на край площади, – не буду больше тогда тебя целовать, раз это так плохо действует на твоего внутреннего мужчину. Идем, нам тут больше нечего делать. Нас ждут дела поважнее.

Эдвард шел рядом и посматривал на кудряшки Этэри.

– Так жених значит, – не выдержал он.

Девушка повернула голову и жеманно ответила.

– Жених.

Затем она вырвала руку, расхохоталась и убежала. Принц по привычке взъерошил волосы у себя на затылке и метнулся за нею следом вдогонку.

Пара раззадоренных молодых людей заскочила на огромную замковую кухню. Этэри первая и следом принц. Девушка остановилась на пороге, Эдвард врезался в нее сзади и втолкнул вовнутрь.

– Этэри!

Прокричала тут же кухарка. Пухлая, красивая женщина средних лет. Несмотря на пышность, верткая и говорливая, она обслуживала лично группу моряков, сидящих за длинным столом.

– Царевна, – махнула кухарка полотенцем по-свойски, – идите, ужин давно готов.

Этэри сразу увидела чужаков и насторожилась. Все пришлые располагались на площади. Это были жители ее родного города, некоторых она даже узнала и была рада, что они остались живы. Этих же девушка не знала.

Все как по команде поднялись и вытянулись в струнку. Эдвард взял за руку Этэри и пошел к мужчинам.

– По глазам вижу, проголодались.

Суетилась кухарка. Она говорила и одновременно отдавала распоряжения. По одному ее взмаху, тут же подскочила и стала подготавливать стол, что располагался рядом с тем, за которым сидели незнакомцы юная девушка. Это была хорошо знакомая Этэри - Марта.

Она недавно пришла с одного из трех селений на побережье. Народ тут обитал настолько невежественный и необразованный, что у трех поселений и названия были подстать. Они так и назывались: Первая пристань, Вторая пристань и Третья пристань. Марта пришла с Третьей пристани.

Марта была худосочной девушкой с совершенно еще не оформившейся фигуркой. Кто не знал мог принять и за паренька. Только ее роскошные пышные косы, каждая с руку, свисали по плечам и выдавали в ней женщину.

Огромные влажные карие глаза Марты косо посматривали на пришлых моряков. Этэри сразу заприметила, как недобро девушка смотрит на одного из мужчин.

Кухарка поставила на середину стола графин с напитком. А Марта пока очередной раз зыркала недобрым взглядом на высокого статного моряка рукой и толкнула. Сосуд опрокинулся и красный ягодный компот, предназначенный для царевны и принца, выплеснулся на белоснежный передник кухарки.

Та вскрикнула и подпрыгнула на месте. Ведь в руках она уже держала две тарелки с горячим. По животу женщины тут же расползлось розовое пятно.

– Да чтоб тебя! – закричала зычно женщина, – руки у тебя откуда растут?

Девушка тут же вся зарделась, низко опустила голову и стала спешно снимать со стола испорченную скатерть.

Этэри и Эдвард как обычно не сговариваясь подскочили к кухарке и забрали у нее тарелки.

– Вот неуклюжая, – ворчала кухарка, – послала мне на беду сестра племянницу. А у нее непонятно что на уме. Все витает где-то в облаках. Все у нее рассыпается, везде разливается, посуды мне набила больше, чем за все время остальные.