– Я тебе покажу откуда.

Расслабился Эдвард и отошел обратно к столу. Этэри смотрела на него уже не так грозно. Ей было любопытно. А юноша снял с пояса оружие и положил его на сукно стола. Рядом лег его бархатный вышитый золотом камзол. Он слегка размялся и как подпрыгнет, вметнув ногами и руками в разные стороны. Этэри отпрыгнула.

– Ну?

– Дурак, – выпалила она.

Тогда Эдвард взял и пару раз сделал колесо вдоль рядов с книгами. На третьем врезался со всего маху в шкаф и вместе с ним упал. Шкаф на пол, Эдвард на шкаф. Поднялась пыль, книги рассыпались, а свитки укатились во все стороны. Этэри бросилась поднимать парня.

– Ну? – стонал он, потирая ушибленный копчик.

– Дурак в квадрате, – вздыхала Этэри и тянула его выше.

Манжет рукава Эдварда задрался и Этэри замерла. На его запястье красовался старенький браслетик из разноцветных бусин. Свое украшение – нитку с нанизанными бусинами она сразу угадала.

– Откуда это у тебя?

– Ты подарила, – выпрямился Эдвард и отряхивал свою запыленную одежду. – Извини, – указал он на упавший шкаф, – я все уберу.

Этэри стала собирать книги и складывать стопкой. Пару из них словно приклеились к ее руке. Она опасливо глянула на Эдварда и убедившись, что он ничего не заметил, встала и отнесла книги на стеллаж. У нее тут уже собралась целая подборка из тех книг, что выбрала магия ведьмы дождя. Об этом стеллаже знали только двое во всем мире: она и Икар. И конечно же Этэри болезненно реагировала, когда сюда забредали чужаки. Вдруг они невзначай перепутают все ее ценные книги.

– Вот так и ты тогда плюхнулась в море, – сказал Эдвард, поднимая и ставя шкаф на место.

Царевна подошла к шкафу, но резко остановилась с занесенной рукой. Она вспомнила того мальчишку художника, что прыгнул за нею в воду.

– Дурак в кубе!

Выпалила она и стала снова в позу недовольной барыни.

– Мог просто сказать, зачем представление устраивать с падением и крушением шкафа?

Эдвард снова почесал затылок. Он и сам не мог ответить на этот вопрос. Просто ему неожиданно захотелось покрасоваться перед девушкой.

– Довыпендривался, – как сорвала с языка его мысли Этэри, – я тогда ничего не разрушила, а ты устроил переполох.

Она махнула головой и ее волосы пружинки снова запрыгали. Глаза юноши смотрели на их завороженно. Этэри увидела это и смутилась. На нее еще никто не смотрел с таким восторгом. Опустила голову и слегка отвернулась.

– Пыль смахни, – сказала она, – потом книги расставим.

Эдвард прекрасно помнил, что у царевны нет магии, поэтому молча подошел и полностью убрал пыль заклинанием. Этэри стала молча расставлять книги по местам. А он чтобы неловкая пауза не затягивалась пошел собирать рассыпавшиеся свитки.

Этэри распахнула нижние дверцы и присела. Эдвард подавал ей по одному свитку, а она аккуратно раскладывала из на полки. Один пристал к ладошке. Царевна глянула на парня, тот смотрел на нее сверху не мигая. Этэри было крайне любопытно. Еще никогда не было такого, чтобы магия ведьмы дождя выбирала свиток или пергамент. И так это случилось невовремя при свидетелях. Хотя? Не упади шкаф и не рассыпься все его содержимое по полу, как она могла узнать, что есть еще любопытная информация и на таких источниках.

Этэри встала, Эдвард как завороженный смотрел на ее руки.

– Что это? – спросил он.

– Не знаю, – честно ответила царевна, – просто любопытный экземпляр. Интересно глянуть на него ближе.

– И чего в нем интересного?

– Все! – ответила твердо царевна и направилась к столу у окна, – спасибо тебе Эдвард, ты можешь быть свободен.

– Ты меня гонишь? После всего что между нами случилось?

Этери резко остановилась и посмотрела на парня так, что он отступил на пару шагов назад.

– Шутка, – выставил он вперед руки, – понял, ты не из юморных барышень. Серьезная.

– Иди домой, Эдвард, – настаивала Этэри.

Она стояла у стола в нерешительности. А Эдвард был так раздосадован что не стал ей интересен и тоже мялся, и не знал, что еще придумать чтобы остаться.

– Он такой же, как и все остальные, – указал он глазами на свиток, – что в нем особенного.

– Цвет, – не знала, что придумать Этэри, – видишь все цветом старого пергамента с темными охряными вкраплениями. А у этого светлая терракота.

Брови парня полезла на лоб. Он уставился на свиток и моргал глазами пока они не заболели.

– Как по мне, – насмотревшись до боли высказался он, – так они все абсолютно одинакового цвета.

– Это потому, что ты мужчина, – хмыкнула Этэри и сверкнув глазками повернулась к столу и положила на сукно пергамент, – а у мужчин цветовосприятие не такое как у нас женщин. Вы все дальтоники.

– Кто?

Этэри наклонила голову и улыбнулась. Она наплела такой несусветицы, что и сама не поняла, о чем она сказала.

– Эдвард, ты точно художник?

Сзади раздался тяжелый вздох.

– Ну нет, конечно, ты уже и так все знаешь, царевна.

– А зачем притворялся?

Эдвард подошел к ней и стал рядом. Этэри аккуратно развернула пергамент. Оба наклонились ближе.

– Я бастард, – признался он честно, – отец хотел, чтобы я познакомился с тобой ближе. Вот и придумали трюк с картинами. Ты, кстати, тогда ввергла меня в полнейший шок.

– Ты влюбился с первого взгляда?

Эдвард не ожидал такого поворота и резко закашлялся. Даже пришлось отойти чтобы привести себя в порядок.

– Этэри, – еле выдавил он хрипло, – нет ты тогда еще не ввергла меня в шок. Разве можно вот так?

– А как, можно? – пожала она плечиками, – разве не так происходит договор между монархами о браке их детей? Ты разве не собираешься просить в будущем моей руки?

Парень пребывал в абсолютной растерянности.

– Я должна знать точно, Эдвард, – погрустнела Этэри, – потому что мой будущий супруг должен быть мне не только мужем, но и другом. Иначе я буду глубоко несчастной. А, впрочем.

Царевна прищурила хитрые глазки, глядя в окно. Небо уже ощутимо потемнело и необходимо было поторапливаться.

– Можешь не напрягаться так. Уверена царь предоставит мне богатый выбор женихов.

– Знаешь, что?! – попался Эдвард на женскую уловку, – я как бы первый твой друг.

– Значит все-таки друг, – наклонилась Этэри над пергаментом, – и влюбился с первого взгляда.

Эдвард еще пару раз кашлянул и не стал больше спорить. Он понял, что царевна его провоцирует, а он как юнец ведется.

– Именно, – наклонился над листом и он, – и я тебя спас из моря.

Этэри повернула голову, закатила глаза и покачала головой. Затем они уже оба внимательно смотрели на пустой пергамент.

– Тут ничего нет? – удивленно прошептала царевна, – очень странно.

Эдвард взял в руки пергамент и покрутил его во все стороны.

– А ну если вот так, – зажег он оранжевые всполохи на пальцах и поднес к листу.

– Это карта! – воскликнула пораженная Этэри, – и какая странная.

Действительно это была карта, написанная особыми чернилами, реагирующими на тепло. Рисунок проступал только от воздействия огня над пергаментом. А стоило поверхности охладиться рисунок тут же исчезал.

– Очень любопытная карта, – раздвинул ладони парень и тепло распространилось над всей поверхностью листа, – я никогда в жизни не видел такой схемы.

– Что в ней особенного? – смотрела во все глаза на изогнутый рисунок линий.

– А то, что это карта маршрута по земле, – задумчиво отвечал Эдвард, – все современные карты имеют маршруты исключительно водные. А куда ведет эта?

– По земле? – выдохнула Этэри.

Под окном раздалось лязганье. Это караул обходил территорию. Этэри и Эдвард словно ожили одновременно. Царевна схватила пергамент и свернула его. Парень выпрямился и забрал свое оружие со стола, прикрепил на себя пояс и надел камзол.

– Нам пора расходиться, – сказала взволнованно Этэри, – уходи первый.

Парень улыбнулся и отвесил царевне поклон. Этэри лишь улыбнулась. Она лихорадочно соображала, куда спрятать эту ценную находку. Дождалась, когда уйдет Эдвард и не придумала ничего лучше, как запрятать карту за книги на своей особой полке. Затем она быстро вышла из старой библиотеки сама. Икар ждал ее на ужин. И он будет очень зол, если она не явится вовремя.