Лицо молодой женщины было таким живым, что все эмоции на нем отражались тут же ярко и выразительно.

– Она – указала ладонью на Лину ведьма, – сильный маг? Фи. Ты верно сказала – занимается магией. На этом, пожалуй, и все. Протяни мне свою ладонь.

Этэри отступила на шаг, но тут же остановилась. Лина стояла истуканом вот тут рядом и никуда от этого не деться. Поэтому девочка слегка поскулила, но после решительно вернулась к ведьме и протянула ей свою пухлую ручку и отвернулась, зажмурившись.

– Как тебе страшно, – раздался голос рядом, – я ощущаю твой страх так реально, что мне самой страшно.

Этэри не открывая глаз ответила.

– Во всех сказках ведьмы, что приходят в дождь ужасные.

– Да ты что?

– Ага, они всех заражают проказой и другими ужасными болезнями.

– Ну надо же, как интересно.

– А иногда, когда особенно злые на что-то могут превратить человека в сугроб и тот тает под струями дождя.

– Невообразимо, – удивлялась ведьма, – как хорошо, что за всю свою долгую жизнь я наконец встретила тебя. А то бы так дурочкой и померла, не зная какая я прелесть.

Этэри неожиданно для себя рассмеялась. Не ожидала она, что эта странная ведьма окажется такой смешной. А ведьма взяла ее ладошку в свои руки и погладила.

– Какая прелестная девочка. Чудо, не ребенок. Как мне повезло.

– И мне повезло, – обрадованно говорила малышка, – вы не тронете Лину и с нею все будет хорошо.

– Ну зачем мне твоя Лина, – скривилась ведьма, – недалекая, пустая, поверхностная. Она, между прочим, бросила бы тебя, не задумываясь.

– Вы не можете этого знать, – возразила Этэри.

– Я?! – округлила глаза ведьма.

– Мой папа говорит, что невозможно никому знать его грядущее будущее. Даже самый сильный маг не может сказать об этом наверняка. Потому что мы всегда делаем выбор. И каков он будет в сложившейся ситуации – это не известно. Один и тот же человек в примерных ситуациях может поступать по-разному.

– Да, – вздохнула женщина, – все так. Я с тобой согласна. Но осмелюсь тебе заметить, как твой учитель, что я точно могу сказать какой человек как поступит наверняка. У кого гнилой стержень, а кто храбр и благороден. Их поступки всегда можно предопределить с точностью.

– За сестру я теперь вам обязана, – вздохнула Этэри, – говорите, как вы меня будете делать ведьмой.

Женщина рассмеялась словно колокольчики зазвенели. Этэри только пожала плечиками. Ей было жаль лишь одной утраты – отца. Икар так будет за нее переживать. И пусть Лина наговорила про него много всего, Этэри любит этого старого солдата всем сердцем.

– Мне нечего из тебя делать больше, чем ты есть, – отсмеялась она и ответила. – а вот в ваших библиотеках сокрыто много интересной литературы. Я бы почитала некоторые экземпляры, но увы над водой мне запрещено ходить.

– Как я отыщу нужные книги?

– Легко, – наложила свою ладонь на ладошку Этэри ведьма, – они сами будут идти к тебе в руки.

На ладошке девочки отразился круг. Этэри ахнула, но руки не отдернула. Больно совершенно не было, было странно. Вокруг круга образовались всполохи.

– Солнышко, – радостно воскликнула Этэри.

– А ты что думала? Я тебя бородавками покрою?

– Но.

– Ох уж эти ваши сказки. Нашли чем детей пугать.

Затем внутри круга прорисовались ломанные линии образуя затейливый лабиринт. Глаза Этэри вспыхнули красным, она охнула и символ тут же исчез. Ладонь была совершенно чиста. Этэри покрутила ею туда-сюда, ни следа не осталось.

– Огнецвет? – удивленно посмотрела она на ведьму.

Та улыбалась и посмеивалась.

– Я теперь ведьма? – спросила Этэри.

Женщина закатила глаза и ничего не ответила. Девочка глянула на старушку.

– Очень жаль, что она умрет.

– С чего это она должна умереть?

– Ну как? Вы трогали ее за лицо. Я видела.

Ведьма поманила Этэри к старухе. Та, как изваяние стояла и даже ее взгляд замер. Этэри поежилась. Глаза как стеклянные.

– Вот она, – указала обеими руками на старуху ведьма, – еще должна протянуть хотя бы года два. Я вижу, что случиться с каждым из них в будущем. И участь их печальна. Вон тот грязнуля.

Этэри повернулась и увидела с задранным задом под стволом дерева замершего мужчину, о лоб которого старуха разбила яйцо.

– Сопьется в первые же месяцы и умрет в страшных муках об болезни печени. Сладкая парочка, хоть и сладкая да недалекие оба. Девчонка – их дочь, одна имеет разум как у бабки, но еще так мала. Ей надо еще года два, чтобы стать взрослее и тогда она сможет перенять наследие в свои руки.

– Так что вы сделали? Продлили ей жизнь на два года?

Ведьма кивнула головой.

– Она выкурила своею магической трубкой уже все легкие. Знаешь, малышка, за все в жизни надо платить. И если ты не ведьма от рождения и в тебе нет резерва, ты платишь чем-то другим. Чаще всего здоровьем.

– Во мне тоже нет магии, – громко вздохнула Этэри, – значит жить мне придется не долго.

Стало печально. Она думала об Икаре. Когда он станет совсем стар и дряхл, придется просить Лину не оставлять его до конца.

– Ой ли, – растянула в улыбке ведьма свои тонкие губы, – та, что без магии, стоит разговаривает со мною и печально вздыхает. А та, что пришла просить могущества стоит со стеклянными глазами таращится в пустоту.

Ведьма взяла Этэри за руку и привела обратно к тому камню за котором пряталась девочка.

– Непогода вот-вот закончится, – показала она что Этэри нужно вернуться на свое место, – никому не рассказывай, что тут произошло. Особенно тем, кто обладает магией, поняла?

Этэри села под камень и кивнула головой. Ведьма наклонилась и поцеловала девочку в лоб. Царевна закрыла глаза и провалилась в сон.

– Сестра, сестра, – теребила Этэри за плащ Лина. – вставай живее!

Этэри зашевелилась и открыла глаза. Вокруг было темно, уже наступила глубокая ночь. Она застонала и растерла глаза.

– Что случилось?

Прохрипела она спросонья и тут же подскочила, вспомнив, где они находятся. Лина оглядывалась по сторонам.

– Что происходит? – спросила Этэри, – это не страшный сон?

– Нет, – потянула ее за руку вперед Лина, – но нам пора торопиться.

Одежда была вся промокшая и остывшая. Было тяжело переставлять ноги в плаще, который путался и прилипал к ногам. Силуэты кочевников остались позади. Они все еще стояли неподвижно. Этэри опустила глаза и увидела много оранжевых цветочков. Огромные одинокие бутоны на единственном легком стебельке, совершенно без листочков.

– Что это за цветы? – наклонилась ближе к оранжевой головке Этэри, – их не было раньше.

– Не знаю.

Раздраженно отвечала Лина. Она нервничала, что маленькая сестренка не может передвигаться так же быстро как она. Но тоже заинтересовалась странными цветами.

– Это крокусы, – ответила она и выпрямилась, – обычные крокусы.

– Обычные? – тихо прошептала Этэри, – ну надо же.

Она очень отчетливо помнила, что весь холм был застелен зеленой травкой и никаких крокусов и в помине не было. А теперь все пространство, где ходила ведьма, покрыто этими прекрасными цветами.

Этэри решила проверить, не приснилось ли ей все то, что она видела. Присела и тронула кончиками пальцев несколько цветов. Словно легкий звон колокольчиков раздался у нее в ушах, так похожий на смех той прекрасной ведьмы. Маленькая царевна улыбнулась.

– Этэри! – обернулась Лина и хлопнула себя по бокам.

– Бегу! – подскочила девочка и помчалась за сестрой.

– Ты слышала? – спросила она сестру, когда они поравнялись.

– А что я должны была услышать? – спросила Лина, – как бьют набаты по нашей пропаже?

Этэри обернулась и в кромешной темноте за спиной не было видно ничего: ни крутых холмов, ни домиков в складках бархатного сукна трав, ни кочевников. А впереди фосфоресцировало море. Оно волновалось и билось о песчаный узкий берег пенистыми волнами. Мягкие подошвы уже ступали по скрипучим доскам пирса.