– Мама, мама! – Воскликнули Эрин и Ларк и кинулись обниматься. Их щечки горели алым цветом, глазки блестели от восхищения.

Я крепко их обняла.

– У-у, как соскучилась. Понравилось в парке?

– Очень, - признался сын.

– Там столько каруселей и магии, - добавила Эрин, поглаживая по пушистой головке спящего за пазухой фамильяра. – Мы катались, играли, снова катались.

– А потом папа купил нам яблочной пастилы, пирожных и лимонада. Было весело!

Я покосилась на мужа-дракона.

Он задумчиво смотрел на детей и сдержанно улыбался. Высокий, сильный, крепкий, словно скала.

– Спасибо, - произнесла одними губами, обнимая детей.

Драконьи глаза задорно блеснули.

– Не за что, профессор.

– Останетесь с нами на ужин, лорд Торнот? – Ой, я спросила это вслух. Что на меня нашло?

– Не могу, - Коннор покачал головой, сохраняя бесстрастный вид. И только в синих глазах полыхали смешинки. – Должен вернуться в Академию.

– Тогда до завтра.

– До завтра, Алисия.

– Пока, папа!

– Пока! – Хором воскликнули Эрин и Ларк, помахав отцу ладошками в вязаных рукавицах.

Дракон исчез. А я прикрыла дверь в полном недоумении, сбитая с толку и совершенно растерянная. Вот так денёк.

Я думала «игра в отца» - это разовая акция, но сильно ошиблась. Через день Коннор забрал детей в лавку с игрушками, скупив там половину ассортимента, потом повел их в детский театр, а после дети совсем лишили меня дара речи.

Застыв у заснеженного крыльца, куда мы подошли минуту назад, я с изумлением, глотая морозный воздух ртом, прошептала:

– Вы хотите остаться на ночь у папы?

Ларк и Эрин с милым малышом-фамильяром на ручках весело закивали.

– Хотим.

По спине побежал холодок. Уж не знаю, когда дракон успел завоевать любовь моих детей, но судя по всему – как раньше мы жили, уже не будет.

– Боюсь, это не самая хорошая идея, - буркнула, покосившись на окна драконьей квартиры. Они были темными.

Близнецы обиженно надули губки, а затем из-за спины раздалось хрипло-тягучее:

– Почему?

Дракон словно вышел из серебристой метели и через мгновение замер поблизости.

– Папа, папа. – Дети ринулись к отцу обниматься.

Я закусила губу, опустила глаза. Почему когда он рядом мне всё время неловко и больно?

– Эрин. Ларк, - муж присел возле детей на корточки, потрепал по плечам, смахнув с одежды пушистые хлопья, бросил в мою сторону долгий многозначительный взгляд. – Алисия.

– Добрый вечер, господин ректор, - выдавила с трудом. С мужем за целый день мы не виделись.

Он выпрямился, подхватил мою руку в перчатке и крепко сжал. Разбуженная невинным прикосновением чувственность откликнулась в теле волной жаркой дрожи.

– Итак. Вы не ответили на вопрос, - напомнил дракон.

– Это, - сглотнув, заставила себя говорить ровно и сухо, - будет невежливо.

– Детям полезно общаться с отцом. – Коннор нежно перебирал мои пальцы своими, заставляя заметно нервничать. – Или вы мне не доверяете, профессор?

Еще спрашивает. Конечно, не доверяю!

– В таком случае, - синие глаза с вертикальными зрачками блеснули азартом, - можете подняться в мою квартиру и всё проверить. Прямо сейчас.

Пульс подскочил. Внутри всё сладко замерло.

Он что, меня соблазняет?

Кое-как уняв волнение – или это я дрожу из-за мороза? – строго отрезала:

– Сейчас неуместно. Быть может, позже. После Зимнего бала.

– Как вам будет угодно, - уголки мужских губ едва заметно улыбнулись, дав понять, что меня поймали на слове.

Коннор простился с детьми и я, едва передвигая налитыми свинцом ногами, потянула обиженных близнецов в теплый подъезд. Спину между лопаток до последнего жег испытующий драконий взгляд.

Новое утро началось с неожиданного подарка. Под дверью квартиры я обнаружила букет алых роз, перевязанный серебряной лентой расшитой рунами драконьего рода.

Коннор.

От пряного сладкого аромата закружилась голова.

Супруг прислал мне цветы?

Хмыкнув, склонилась и подхватила зимний букет, осыпанный заклинаниями неувядания. Что на него нашло? И что нашло на меня, если я вдруг решила принять этот дар?

– Мама, что там?

Ко мне с двух сторон прильнули Эрин и Ларк. Шумно втянули носиками сладко-терпкий запах и развеселились.

– Это папа прислал, да?

Мои маленькие проницательные дракончики. И ничего-то от вас не скроешь.

– Да, мои хорошие, - закрыв входную дверь пяткой, я вернулась в прихожую. – Ваш папа в последнее время меня удивляет.

– Это потому, что он очень любит тебя, мамочка, - с грустными глазками шепнула Эрин, гладя фамильяра по пушистой снежной шерстке. – А ты совсем этого не замечаешь.

– Угу, - с печальным вздохом подтвердил растерянный сын.

Коннор любит меня? Вот уж глупости!

Но расстраивать своих крошек не рискнула. Им сегодня и без того целый вечер придется провести в компании гувернантки и гувернёра, без мамы и папы. А всё из-за Зимнего бала.

Бал, к слову, заметно скорректировал учебный процесс. У младших курсов занятия отменили, а старшим сократили учебное время на треть. Жаль, я не могла позволить себе выходной. Без меня в лазарете – только гуляет и свищет ветер, а потому, поставив розы в хрустальную вазу на тумбу, налила в нее из графина воды, затем поцеловала в пухлые щёчки доченьку и сына и побежала готовить завтрак.

– Хотите оладьи с тертым сыром и черничным сиропом? – Крикнула из кухни, попутно успевая заварить детям ягодный чай, а себе – крепкий кофе.

– Да! – Ответили мне хором.

В девять утра, вверив близнецов госпоже Дрю и лорду Стервуду, я побежала в лазарет. Надо было доделать отчёт, закончить сортировку поставленных зелий и снадобий, подзарядить медицинские артефакты и написать объяснительную. На последнем пункте я смачно скривилась.

Естественно, половины из перечисленного – я не успела. После полудня в Академию пожаловал важный гость. Сам император!

Из лазарета меня поманили шум, смех и крики в холле главного корпуса. Вспомнив о необходимости зайти в деканат медицинского факультета за ведомостью, я всполоснула руки над умывальником и покинула своё тихое царство. Коридоры бурлили как море. Парни с интересом сравнивали себя с гордым и молодым правителем Верденской Империи; девушки томно вздыхали, провожая лорда Себастьяна влюбленными взглядами.

Сбоку чуть слышно шептались бытовички с последнего курса:

– Девочки, смотрите, император приехал без жены!

– Да, верно. Слышала, они разругались и вроде разводятся.

– Разводятся?

– Почему?

– Кузен моей тетушки по папиной линии из Ульдена вроде упоминал о заговоре Ее Величества против мужа.

Магички ахнули.

– Заговор?

– Против такого мужчины?

– Она сумасшедшая.

Пробираясь через толпу в сторону лестницы, я на силу удержалась от раздраженного вздоха.

Взгляд против воли упал на императорскую делегацию в центре холла. Коннор и Себастьян шагали плечом к плечу и вполголоса переговаривались. Сильные, уверенные в себе. Похожие, словно братья и одновременно разные как огонь и лёд, сумерки и рассвет, шторм и затишье. Мой муж был подобен суровому северному морю – бушующий, переменчивый, непреклонный. Император рядом с ним казался монолитной горой, несгибаемый и основательный. И да, студентки, точно подметили. Императрицы рядом с ним не наблюдалось.

Словно ощутив, что я с любопытством разглядываю их со второго этажа, Коннор вскинул голову, безошибочно определяя меня среди пестрой толпы. Бледно-синие драконьи глаза блеснули голодом. Метка истинности на запястье кольнула теплом, по коже покатился приятный озноб.

Я отчего-то смутилась.

Передернула плечами и, смахнув жаркое наваждение, наведенное чарами Истинного, поспешила в деканат. Вот же… искуситель! До бала оставались считанные часы, а еще столько всего надо успеть.

Часы до вечера пролетели незаметно. Я пообедала в столовой вместе с Эрин и Ларком и их наставниками, потом завершила работу и, погасив лампы в большей части лазарета, потянулась к пакетам с одеждой. Чтобы не бегать туда-сюда по пронизывающему до костей ветру, содержимое гардероба захватила с собой.