Натянув белый халат и перчатки, я склонилась над парнем с третьим резервом. Будущий артефактор был бледен, температура его тела то повышалась, то понижалась. Огромных усилий стоило вскрыть будто кем-то запечатанные магические точки, чтобы через мгновение разочарованно ахнуть:

– Опустошен.

До дна. Никаких перспектив.

Я занималась студентами до позднего вечера. Бегала от койки к койке, меняла капельницы, считывала показатели, вливала в истощенных магов целебные зелья. Высокомерная леди Далор палец о палец не ударила. Сев за мой стол, она сослалась на плохое самочувствие и уткнулась в старый журнал мод.

Забив на бесполезную помощницу болт, я сделала всё самостоятельно.

… Уставшая и вымотанная тяжелыми процедурами, втянула горьковатый воздух носом и покосилась на часы. Почти восемь вечера. Не удивительно, что Академия давно затихла. За окнами разыгралась метель, выл пронзительный северный ветер. Старые кованые фонари во внутреннем дворе гулко поскрипывали.

Мелия с кислым лицом поднялась из-за стола.

– Рабочее время вышло. Я ухожу.

Пожала плечом. Да ради бога.

Я отвернулась к умывальнику всего на минуту, ополоснуть лицо прохладной водой. Ничто не предвещало новой беды. По крайней мере, моя женская интуиция мирно дремала. Но неприятности, как это бывает, случаются, когда их не ждёшь.

Неожиданно вечернюю тишину лазарета огласил истошный вопль:

– Аааа!

Я обернулась.

Из-за полок со снадобьями выскочила Мелия. Ее высокая прическа была объята синеватым огнем. Она вопила и с выпученными глазами пыталась сбить огонь беспорядочными заклинаниями. Бух. Бах. Бох. Но все они пролетали мимо полыхающей цели.

– Ваши дети, чудовища, Рейт! – Заметив меня, леди бросила: - Они подожгли мои волосы!

Из-за полки с бинтами высунулись веселые близнецы. Ларк мстительно потирал ладошки, объятые искрами. А Эрин, прикрывая рот кулачком, старалась не засмеяться.

Я перевела тяжелый взгляд на избалованную аристократку.

– Не смейте называть моих детей чудовищами. Они еще маленькие и не умеют контролировать первый резерв. А вам, миледи, стоило бы поучиться хорошим манерам.

Любовница Коннора не услышала. От ее высокой прически валил густой серый дым, а новая плеяда водных заклинаний обрызгала леди, где угодно, вымочив платье, лицо, сапоги, но не пламя.

Я молча набрала из крана воды, сократила между нами расстояние и вылила воду девице на волосы.

– Ааа! Как вы смеете? - Завопив, она схватилась за рассыпающиеся мокрые пряди.

– Мелия, твои крики слышны на первом этаже. Что происходит? – Ледяной голос дракона, кажется, за долю секунды заморозил воздух жарко прогретого лазарета.

Я невольно поёжилась.

Близнецы при виде вошедшего в помещение отца обменялись взглядами и юркнули за стеллаж, а вот Мелия, не сдержавшись, дала волю чувствам.

– Коннор, - она бросилась мужчине на шею и зарыдала, - посмотри, что дети Рейт со мной сотворили. Они это специально. Мелкие пакостники! Я… Я похожа на драную кошку.

Цепкий взгляд Коннора выхватил меня, застывшую возле раковины с пустым стаканом. Прочесть его эмоции, разобраться, о чем дракон размышляет, какие мысли его обуревают и стоит ли начинать бояться – было практически невозможно. Лорд Торнот напоминал каменную стену, и только его синие нечеловеческие глаза пылали магией.

Он окинул любовницу недовольным беглым взором. Мелия действительно выглядела плачевно. Мокрое местами подпаленное платье, на голове клок обожженных светлых волос, лицо и руки перепачканы сажей.

Я словно зачарованная проследила, как он молча убрал руки девушки от шеи, отстранил любовницу и предложил:

– Сходишь завтра в салон красоты.

Девица оскорбленно вытаращила глаза.

– А сегодня прикажешь разгуливать в таком отвратительном виде?

Дракон невозмутимо пожал плечом:

– Надень платок.

Она секунду заторможено хлопала пышными ресничками, потом сорвала с себя халат и швырнула дракону в лицо.

– Меня предупреждали, что мужчины семейства Торнот бесчувственны и бессердечны. Уже начинаю жалеть о наших с тобой отношениях.

И пробкой вылетела из лазарета. Если она ждала, что кузен императора броситься следом, то жестоко ошиблась. Дракон не шелохнулся. Пугающий сине-фиолетовый взгляд был прикован ко мне.

Самое время искать оправдания. Я застыла, не представляя, чем невинная шалость детей обернется для их мамы, нелюбимой жены главы академии. Вздохнув, сцепила пальцы и попыталась объяснить:

– Это Ларк натворил, простите, господин-ректор. Понимаете, у него совсем недавно проснулся первый резерв. Сыну еще очень тяжело контролировать нестабильную магию, я помогаю, как умею. Мы практикуем заклинания подавления и усмирения, но время от времени сила всё равно прорывается и тогда…

– Поджигает волосы тем, кто находится рядом, - с язвительной ноткой закончил дракон. От его хищной усмешки сделалось не по себе.

Я напряглась.

Сейчас опять заведет шарманку о необходимости поездки в замок.

– Этого больше не повторится, даю вам слово, - буркнула глухо. У Ларка уже случались выбросы. Несколько раз. К счастью, мы всегда находились или дома, или на улице, и дремлющая драконья магия никому не причинила вреда. У Эрин магия вообще еще спит, хотя вчера она обзавелась милый пушистым фамильяром, а это первый сигнал к пробуждению силы.

– Вы не можете знать, повторится это или нет, - вновь перейдя на официальное обращение, рявкнул дракон. – Детям нужен опытный маг-наставник.

– Я уже говорила, гувернантки от нас отказываются.

– Я, как и вы, на память не жалуюсь. Наставники прибудут в Академию уже завтра, а до этого времени, - Коннор сделал паузу, его взгляд метнулся к полкам со снадобьями, пузырьками, шкатулками. – Хватит прятаться, я вас слышу.

Мгновение царила тишина, а затем на свет выступили Эрин, прижимавшая к груди белоснежного котёнка, и Ларк. Близнецы были растеряны, заинтригованы, но страха перед дядей-драконом не выказывали. На их губах то и дело проскакивали шаловливые улыбочки.

Я затаила дыхание.

Муж сквозил уверенностью, спокойствием, силой. Присев на корточки рядом с нашими детьми, посмотрел сначала на Ларка, потом на Эрин.

– Вы сегодня не очень хорошо себя повели, вы понимаете? – Произнес миролюбиво.

Эрин не шелохнулась, надув пухлые губки, точь-в-точь как у мамы, и глядя на «страшного» дядю исподлобья. Зато Ларк с вызовом бросил:

– Ваша леди обидела маму.

– Обидела? – Коннор нахмурился.

– Да! Я поступил как мужчина и защитил ее честь. Так делают все лорды-драконы.

Я похолодела до кончиков пальцев.

Ларк, солнышко, что ты наделал? Зачем говоришь такое дракону в лицо? Он не должен знать о нас правду!

Поздно.

Коннор резко оглянулся, бросив на меня о-очень многозначительный взгляд. В темной синеве пугающих глаз закрутился магический смерч.

– Ты слышишь… зверя в себе? – Вновь обратив внимание на сына, Торнот прищурился.

Ларк всегда был сообразительным и сразу понял, что выкрикнул лишнее. Мой малыш испугался, от его личика отхлынула кровь, а глаза потемнели. Он отступил от папы-дракона и помотал головой.

– Ларк, ты же знаешь – обманывать нехорошо. Скажи, ты чувствуешь внутри звериную ипостась.

Ларк упрямо сжал губы.

– Ларк, ответь?

– Нет…

– Ларк!

Я запоздало вмешалась.

– Коннор, ты пугаешь его.

– Кто ты сказала, отец близнецов? - Словно не слыша моего крика, кузен императора стремительно выпрямился.

– А говоришь, что на память не жалуешься, - подколола его.

В синий мгле драконьих глаз блеснул азарт.

– Рядом с тобой я ни в чем не могу быть уверен. Со вчерашней встречи у фонтана ты странно действуешь на меня, дорогая супруга.

– А ты действуешь мне на нервы, постоянно заглядывая в лазарет по поводу и без, - не осталась в долгу.

– Каюсь, грешен. Не могу прожить без тебя ни минуты, Алисия, - съязвил этот нахал.