Над головой захлопывается крышка багажника.

Машина вздрагивает, тяжело заводится и наконец трогается. Сначала я дергаюсь в багажнике, но потом затихаю. Надо заставить себя успокоиться, восстановить сбитое дыхание и справиться с болью во всем теле после короткой, но насыщенной схватки. Главное – не паниковать, истериками делу не поможешь.

Но это, конечно, позорище.

Минуту просто лежу, прихожу в себя и думаю, как же можно было так феерически, извините, продолбаться! Расслабилась, дура. Мало мне было покушения на Степанова, теперь вот лежу в багажнике связанная, и меня везут черт знает куда. А я даже не успела рассмотреть того, кто за рулем, запомнила только тяжелый маслянистый взгляд.

Главный вопрос: кто это, и какие же у него на меня планы? Просто с моим образом жизни выбор большой. Это могут быть уроды, покушавшиеся на Степанова, недобитые народовольцы, почти не проявляющие себя масоны, или кто-то из тех, с кем я успела поссориться в Петербурге. А еще это могут быть враги светлости, потому что официально я все же его невеста. Плюс не стоит сбрасывать со счетов местного маньяка.

«Девушки пропадают с марта прошлого года», – рассказывали мне. – «Первую жертву нашли в лесу избитой и изнасилованной…»

Кажется, он еще говорил, что девушка умерла от переохлаждения. Потом были еще две жертвы: одну нашли закопанной в лесополосе, тело второй до сих пор не обнаружено. Еще одна девушка вырвалась живой, но так и не смогла опознать насильника.

Я, если что, тоже не опознаю. Пока машина проезжала мимо, я не особо рассматривала водителя. Напал он сзади, да и по ходу дела я не присматривалась. Некогда было.

Но это, конечно, не те вещи, о которых приятно думать, лежа в темном багажнике связанной и с кляпом во рту. Приходится снова отгонять панику и заставлять себя думать конструктивно.

Что ж, будем искать плюсы. Минусы потому что очевидны: везут неизвестно куда, темно, жарко, во рту кляп, дышать из-за этого тяжело, руки связаны за спиной и затекают, лежать неудобно, багажник тесный, да еще я предупредила светлость, что могу задержаться, поэтому неизвестно, когда меня хватятся. И еще у нападавшего дар воды, и не из слабых, потому что когда я пыталась использовать свой, он сразу перехватил контроль и не позволил.

Из плюсов: меня не обыскивали, руки связали кое-как, а кляп просто засунули в рот и даже не закрепили. Еще у меня маленький дамский пистолет в кармане, надо только добраться и снять с предохранителя – раз уж не получилось сделать это во время схватки.

Повезло, что водитель его не заметил. Не почувствовал подозрительной тяжести в кармане, когда запихивал меня в багажник и отрывал кусок ткани от подола. Платье сбилось и задралось, и он все по ногам шарил и другим нежным местам, пока связывал. Плюс я вертелась и пиналась, и даже куда-то попала.

Все это, кстати, заставляет склоняться в пользу версии с маньяком. Очевидно, что нападал не профессионал – меня и не обыскали, и связали кое-как. Да и то, что мужик показался не совсем трезвым, говорит о том, что это любитель.

Любитель запихивать девушек в машину, насиловать и убивать.

Теперь главное не пополнить этот прекрасный список. И не скатываться в истерику, а действовать с холодной головой.

Для начала надо избавиться от кляпа. Я не стала вытаскивать сразу, и сейчас тряпка во рту постепенно становится влажной от слюны. По ощущениям у меня разбита губа, это тоже немного помогает. С усилием выталкиваю ее языком и жадно вдыхаю воняющий выхлопными газами воздух.

Так, теперь руки.

Багажник, зараза, тесный, но не настолько, чтобы это стало проблемой. Извернувшись, подтягиваю колени к груди, и, стиснув зубы, пытаюсь перетащить руки вперед. Меня завязали некрепко, так что вскоре это удается, и я распутываю узел зубами.

И машина вдруг останавливается.

Затихаю, стараясь не шевелиться, и нащупываю пистолет. Надо же, даже не выпал – спасибо, карманы глубокие. Специально выбирала платье такого покроя, чтобы можно было носить оружие незаметно. Надеюсь, не накаркала.

Беру пистолет в руку, но с предохранителя пока не снимаю – щелчок может привлечь внимание. Сделаю это, как маньяк откроет багажник.

Тихо.

Потом шаги… и голоса, веселые, что-то толкает машину, потом хлопает дверь, заводится мотор, и мы снова трогаемся.

Кажется, маньяк подобрал пассажира! Кого-то из своих знакомых! Они едут и ведут беседу, водитель спрашивает про планы на выходные, и пассажир отвечает что-то нейтральное. А я лежу и пытаюсь решить, что делать. Стоит ли кричать, стучать по багажнику? Как отреагирует на это пассажир? Может, они заодно?

Я пытаюсь как-то понять это по их беседе, но, во-первых, слышно не то чтобы хорошо, а, во-вторых, там пустой треп. А из имен только имя какой-то сволочной бывшей жены маньяка. Которая опять что-то там учудила, потому что стерва, а не баба.

Вот даже не знаю, почему мои симпатии сразу на ее стороне?

Дорогие друзья, я решила все-таки добавить визуал автомобиля.

Тот автомобиль, в который засунули Ольгу, похож на автомобили Buick Roadmaster 1936 года выпускавшиеся с 1936 по 1958 годы, а затем с 1991 по 1996 годы

Найти багажник в открытом виде я не смогла, но он глубокий, тесный и в целом не самое приятное место в автомобиле

Вот примерно так это выглядит спереди

Фото с сайта autoboom.co.il

Тут еще нужно добавить, что сейчас, в 1938 году, в городах Российской Империи достаточно много и российских автомобилей, и иномарок.

Но Ольга до сих пор ужасно путается в моделях, для нее автопром этого мира - кошмар.

Машина едет. Медленнее, чем раньше, но все равно слишком быстро, чтобы выпрыгивать на ходу. К тому же ее надо как-то открыть.

Да, у меня пистолет, но стрелять в замок, находясь в тесном замкнутом пространстве – не самая лучшая идея. Даже если пуля каким-то чудом не срикошетит, от грохота выстрела можно оглохнуть. У меня маленький «браунинг», он хоть и небольшой, но не сказать чтобы тихий. Стреляла в тире – без наушников некомфортно. Но ладно, шум мы потерпим, но не рикошет – ловить свою же пулю совсем не хочется.

Пока маньяк болтает с приятелем, я вспоминаю дорогу: она условно-прямая до самого Бирска, а потом, на «углу страдания», будет перекресток. Даже если на нем мы не повернем, водителю придется снизить скорость. Так я хотя бы смогу понять, сколько у меня будет времени.

Потому что если первоначальный план заключался в том, чтобы дождаться, когда он остановится и откроет багажник, то теперь он нуждается в корректировке из-за пассажира. Сомневаюсь, что я смогу выстрелить больше одного раза, так что надо все хорошо продумать, и только потом действовать.

Итак, замок.

Протянув руку, осторожно ощупываю то место, где должна открываться крышка, и, кажется, нахожу замок. Прекрасно.

Теперь вода. Плеваться долго, да и во рту пересохло от жары, и альтернативные способы меня тоже как-то не привлекают – противно. Поэтому будем использовать кровь. У меня как раз есть разбитая губа плюс пара перспективных ссадин. Часть получила в процессе борьбы. Выбираю бровь, рассеченную, когда этот урод схватил меня за косу и ударил головой об машину. Осторожно расковыриваю ранку и с помощью дара направляю капельки крови на руку, и оттуда – наверх, к замку. Представить, что это отмычка, гибкая, но твердая – а уж отмычками я открывать умею.

Самое сложное в этом – контролировать дар. Заставить воду в моей крови держаться в нужном состоянии. Меня учили, причем не репетиторы, а внезапно Степанов. Кроме дара электричества у него еще дар льда. Он слабее, чем мой дар воды, и светлость легко выдыхается, а выгорание так вообще ловит на раз-два, зато с контролем у него все прекрасно. Помню, я прицепилась к нему с вопросами насчет льда накануне дуэли с Райнером – когда мы уже все обсудили, и надо было расходиться на ночь. Я хотела, чтобы светлость немного переключился, и в итоге мы задержались еще на три часа. Помню, как он рассказывал про Цельсия и Кельвина и рисовал морозные узоры на окне…