Взмах, и три твари лишаются своих голов, боевых и передних конечностей, а туловища оказывались искромсанными. Символы, сияющие синим светом, оставляли в воздухе след, показывая траекторию движения смертоносного удара.

Посох замирал на отлёте, словно и не кромсал только что врагов, ожидая пока новая партия насекомых переберётся через содрогающиеся останки сородичей, что скатывались по склону.

Ещё один взмах, и новая партия существ скатывается по склону.

Никакой суеты, лишних движений или выкриков. Простая работа мясника, или робота. Взмах. Ожидание. Новый взмах.

А твари всё напирали и напирали. На меня уже кидалось по две-три за раз, так что мне пришлось двигаться, уворачиваясь. Твари так спешили добраться до нас, что просто проскакивали мимо меня, стоило уйти у них с дороги.

Натиск закончился столь же стремительно, как и начался. Остались только груды порубленных трупов, некоторые из которых всё ещё шевелились, да четыре твари что проскочили мимо меня. Впрочем, они пали точно так же как и те что нападали с фронта.

Закончив нарезать тварей, я наткнулся на внимательный взгляд старика. В его фигуре небыло и намёка на привычные кривляния старого Изверга, а из взгляда пропали искорки веселья. На меня смотрел совершенно иной сиинари, одним своим взглядом способный пронзить меня насквозь. Словно бедуин-воитель, вооружённый двусторонней глефой.

И почему я только сейчас вспомнил как называется его оружие?

- Впредь, постарайся не пропускать их мимо себя, - заговорил он, всё так же просвечивая меня взглядом, - Когда их станет больше, ты не сможешь разобраться с теми кого пропустил мимо себя. Они ударят тебе в спину, пока ты будешь разбираться с теми что перед тобой. Перемещайся, если не можешь удержать строй. Наноси удары так, чтобы трупы мешали следующим. Пинай, толкай, принимай на клинки. Но, ни в коем случае не пропускай их мимо себя.

Голос старика был совершенно непохож на него прежнего. В нём отчётливо ощущался холод, и звенел металл. Теперь передо мной был не Изверг-Каалнигар, но Наставник-Каалнигар.

Где же ты был раньше?

Молча поклонившись корпусом я принялся за туже процедуру что и раньше. Отчищал оружие и одежду. Закончив с этим я, без удивления, обнаружил что старик вновь ждал только меня.

- Мы перебили почти всех воинов из ближайшей норы. Следом попрут рабочие, так что тебе придётся принять стойку пониже. Их будет много, примерно сотня, и они навалятся на нас единым скопом. Идём.

Ещё спустя пару сотен метров, и три бархана, мы наконец достигли цели. Нора жуков расположилась в склоне особо крупного бархана. Круглое отверстие было окружено белёсой коркой, с расстояния неприятно напоминавшей нечто живое. Само отверстие было непроницаемо чёрным, словно внутри царила первородная тьма. Даже несмотря на то что светило уже стремилось скрыться за барханами на западе.

Вся местность была перепахана следами ног жуков, но их самих небыло видно.

- Внутри остались только рабочие, и несколько воинов. И матка. Последнюю можно не учитывать, она не будет участвовать в сражении, слишком неповоротливая. А вот все остальные, только и ждут как бы броситься на нас, - вещал Каалнигар, скидывая рюкзак и неспешно спускаясь по склону, - Лезть внутрь – верное самоубийство, поэтому мы их выманим и перебьём.

- И как? Как я понял, оставшиеся это охрана матки, сомневаюсь что они ринутся на нас, пока мы снаружи.

- Ну да, - кивнул он головой, садясь на корточки и подымая руку, ладонью вверх, - Вот только они не смогут противиться импульсам маны. Именно она и заставляет их переть на Веннисаар, когда их становится слишком много. Ну, это моя теория. Смотри, - он зажёг над своей ладонью замысловатую печать, - Это сканирующее заклинание. Оно просканирует почву на сотню метров вокруг. Разумеется, при этом будет неслабый всплеск маны. В прошлом после такого они сходили с ума, забывали про всё а свете и ломились к источнику.

Он опустил ладонь на песок, за чем последовал всплеск маны, который почувствовал даже я. По песку прошла невидимая волна, расходясь от нас во все стороны. Каалнигар на секунду прикрыл глаза, воспринимая данные сканирования, а затем резко открыл глаза.

- БЕГИ! – заорал он во всё горло, подхватывая свою глефу и срываясь с места в стремительный спринт.

А в следующую секунду всё вокруг провалилось под пески.

***

Зал совета представлял собой сферическое помещение, вырезанное из цельного куска кристалла. Прозрачная сфера была сформирована таким образом что внутри оставалось круглое помещение, вмещающее в себя только стол, да винтовую лестницу. Массивный артефакт располагался на вершине самого высокого шпиля Крепости, помещённый туда в незапамятные времена. И с тех пор он исправно служил Комендантам средством связи.

Стол, расположенный в центре помещения, так же был сформирован из голубоватого кристалла, и имел лишь одно кресло, больше похожее на трон. Разумеется, так же выполненное из кристалла.

Единственное сидячее место предназначалось для Хранителя Юга, который ни разу, как минимум за последнюю тысячу лет, не выходил на связь со своими подчинёнными. Ни один из Комендантов не занимал его, демонстрируя равноправие совета. Традиция, уходящая корнями в толщу прошедших веков.

Однако, такая вещь не стояла без дела. Коменданты Южной Стены использовали её для совещания и обмена новостями. Точно такие же сферы располагались на вершинах каждой из пяти Крепостей, обеспечивая им надёжный канал связи, даже в случае осады.

Вот и сейчас по помещению бродили четыре призрака комендантов остальных Крепостей. Полупрозрачные образы комендантов действительно напоминали призраков. Их контуры источали лёгкую дымку, а голоса разносились слабым эхом в практически пустом помещении. Только Дуарулон находился здесь воплоти.

- Твоё решение, Дуарулон, - заговорил комендант самой западной крепости, Вернаанон, - Не находит отклика в моём сердце. Отпереть древние хранилища, запечатанные самими Предками… - призрак коменданта, облачённый в доспехи, и красующийся волосами, заплетёнными в косы, скрученными в петли, неодобрительно покачала головой, - Деяние, граничащее с кощунством.

- Кощунством? – встрепенулся другой призрак, стоявший возле стола. Волосы, собранные в высокий хвост, воинственно колыхнулись, в такт кулаку, обрушившимся на столешницу, - Да это настоящая измена! Эти хранилища были запечатаны не без причины! Только Владыка Резиденции обладает правом отпирать их!

Гневная речь исходила из уст коменданта самой восточной Крепости. С Дириэлем, как звали этого сиинари, всегда были непростые отношения. Рьяный последователь приказов, законов и уставов, был готов забыть помощь, что ему оказал Дуарулон полтора века назад, когда его Крепость получила серьёзные повреждения, в следствии детонации орудийного артефакта. Тогда погибло сорок семь стражей только при взрыве, и был разрушен целый сегмент внешней стены Крепости, что создало своеобразный склон. Инсектициды воспользовались неожиданной удачей, и прорвались внутрь Крепости.

Они отбились, разумеется, но в ходе сражений были серьёзно повреждены фермы, что могло привести к голодной смерти, как минимум части жителей. Не говоря уже про то что в древних стенах зияла брешь, а коридоры самой Крепости устилали трупы защитников и нападающих.

Дуарулон, не ожидая запроса о помощи от гордеца Дириэля, собрал караван, в который входило продовольствие, строительные материалы и специалисты. Последствия прорыва ликвидировали за каких-то два года, восстановив стену, сеть оборонительных артефактов и избежав голодных смертей.

Однако, несмотря на безвозмездность помощи, о чём Дуарулон неоднократно говорил Дириэлю, в ответ на его неуместные выпады и обвинения, комендант самой восточной Крепости испытывал к нему… чувство сродни ненависти. Совершенно глупое, и не обоснованное, чувство, по мнению Дуарулона.