Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Попробуй.

Я послушно отправила его в рот, а потом с подозрением посмотрела на Ансела.

— Ты ведь даже не знаешь, вкусный ли он.

— Зато знаю, что тебе понравится.

И ведь понравился.

Позже мы сидели на диване под одним пледом. Я рассказывала ему о каких-то незначительных вещах, которые почему-то вспомнились именно сейчас, а он слушал, иногда задавая вопросы и проводя пальцами по моим волосам. В какой-то момент я замолчала и просто посмотрела на него. Свет торшера мягко ложился на его лицо, за окном шумел дождь, а мне вдруг стало так хорошо, что захотелось остановить этот вечер и оставить его неизменным хотя бы на несколько часов.

— Что? — спросил Ансел, заметив, что я смотрю на него.

Я придвинулась ближе.

— Ничего. Просто люблю тебя.

Он коснулся губами моего лба и обнял крепче.

— И я тебя люблю.

Следующие дни постепенно сложились в недели. По утрам я уходила в колледж, а Ансел отправлялся в антикварную лавку. Иногда мы успевали позавтракать вместе, иногда я просыпала будильник и носилась по дому, пытаясь одновременно застегнуть пальто, найти телефон и вспомнить, куда положила конспекты. Ансел обычно наблюдал за моими сборами с таким невозмутимым видом, что однажды я заподозрила его в тайном удовольствии от происходящего.

В то утро я особенно сильно опаздывала. Сначала не могла найти второй ботинок, потом обнаружила, что забыла зарядить телефон, а уже возле двери вспомнила о кофе, без которого совершенно не представляла себе предстоящую лекцию.

— Всё, я осталась без кофе, — объявила я с таким отчаянием, будто речь шла о катастрофе государственного масштаба.

Ансел протянул мне термокружку.

— Я сделал, пока ты искала телефон.

— А телефон?

— В правом кармане пальто. Ты сама положила его туда пять минут назад.

Я сунула руку в карман и действительно обнаружила пропажу. Несколько секунд смотрела на Ансела, пытаясь понять, как он умудряется следить одновременно за моими вещами, собственными делами и завтраком.

— Как я без тебя жила?

— Полагаю, не очень счастливо.

Я рассмеялась и толкнула его в плечо, после чего схватила сумку и выбежала за дверь. А уже в машине обнаружила, что он успел положить мне в сумку яблоко и бутерброд с сыром.

В тот день я улыбалась так часто, что Нора в конце концов не выдержала.

— Лиора, у тебя всё нормально?

Мы сидели на последней паре, и я пыталась закончить набросок декоративного орнамента, пока преподаватель объяснял особенности реставрации старых деревянных поверхностей.

— Конечно. А что?

— Ты уже минут десять улыбаешься своему альбому.

Я посмотрела на рисунок. Ничего смешного в нём не было.

— Просто хорошее настроение.

Нора некоторое время изучала моё лицо, а потом покачала головой.

— Господи, как же ты влюблена.

— Нора!

— Что? Я разве сказала что-то плохое?

Она улыбнулась и вернулась к конспекту, а я, чувствуя, как теплеют щёки, попыталась сосредоточиться на рисунке. Впрочем, спорить с ней мне совершенно не хотелось.

После возвращения из Франции мы стали чаще встречаться с друзьями. Софи и Оливер почти всегда приходили вместе, Нора периодически появлялась с очередным молодым человеком, которого представляла с таким видом, будто на этот раз действительно нашла любовь всей своей жизни. Через неделю имя очередного избранника могло исчезнуть из её разговоров так же внезапно, как появилось, но я давно перестала удивляться.

С Майком всё оказалось сложнее.

После новогодней вечеринки он заметно отдалился от нашей компании. В колледже мы по-прежнему здоровались, иногда перекидывались несколькими словами перед занятиями, но прежней лёгкости между нами больше не было. Он почти перестал соглашаться на совместные встречи, а если всё-таки приходил, обычно уходил раньше остальных.

Мне было жаль, особенно потому, что я прекрасно понимала причину.

Однажды мы столкнулись возле лестницы, когда я спешила на следующую пару. Майк стоял у окна с телефоном в руках и, заметив меня, убрал его в карман.

— Привет.

— Привет. Как дела?

— Нормально. У тебя?

— Тоже.

Разговор на секунду оборвался. Раньше мы могли болтать часами, а теперь оба словно разучились находить подходящие слова.

— Слушай, Майк…

Он посмотрел на меня, и я вдруг поняла, что совершенно не знаю, что собираюсь сказать. Извиняться за собственное счастье было бы жестоко, а делать вид, будто ничего не произошло, — нечестно.

Майк, кажется, догадался.

— Лиора, всё нормально, — сказал он спокойно. — Правда.

Я внимательно посмотрела на него.

— Ты уверен?

Он чуть улыбнулся.

— Мне просто нужно немного времени.

Я кивнула.

— Хорошо.

Мы попрощались, и я пошла дальше, чувствуя одновременно облегчение и грусть. Мне хотелось, чтобы однажды всё снова стало просто, но теперь я хотя бы понимала, что торопить его не стоит.

Вечером я рассказала об этом Анселу.

Мы сидели у меня на кухне. Я готовила ужин, а он устроился возле окна с книгой, которую принёс из лавки. Услышав имя Майка, Ансел отложил чтение и внимательно выслушал меня.

— Мне кажется, я потеряла друга, — призналась я.

— Возможно, ненадолго.

— Ты правда так думаешь?

— Не знаю. Но он имеет право переживать это так, как ему нужно.

Я посмотрела на него.

— Ты ведь не любишь Майка.

Ансел немного помолчал.

— Думаю, мы с ним никогда не станем друзьями.

— Очень дипломатично.

Он улыбнулся, но продолжил уже серьёзнее:

— Я не хочу, чтобы из-за меня ты чувствовала себя виноватой перед ним.

Я подошла и обняла Ансела, положив голову ему на плечо.

— Я не чувствую себя виноватой за то, что люблю тебя. Просто мне жаль, что ему больно.

Он поцеловал меня в волосы.

— Я понимаю.

Мы ещё немного постояли так посреди кухни, пока я не вспомнила про оставленную на плите сковороду.

К середине февраля в Морригане установилась странная погода. По утрам город покрывался тонкой коркой льда, к обеду солнце растапливало снег на крышах, а вечером всё снова замерзало. Узкие улицы старого центра блестели под фонарями, с карнизов свисали прозрачные сосульки, и даже река, тёмная и быстрая, казалась холоднее обычного.

Однажды вечером я задержалась в колледже почти до закрытия. Нам задали большую работу по восстановлению старого орнамента, и я так увлеклась, что не заметила, как за окнами стемнело. Когда наконец вышла на улицу, Ансел уже ждал возле машины.

Он стоял, прислонившись к дверце, в тёмном пальто и с привычно спокойным выражением лица. В свете фонарей на его волосах поблёскивали мелкие снежинки.

Я ускорила шаг.

— Давно ждёшь?

— Недолго.

— Ты мог зайти.

— Не хотел отвлекать.

Я остановилась перед ним, и он сразу протянул руку, убирая выбившуюся прядь волос мне за ухо.

— Устала?

— Ужасно.

— Тогда поехали домой.

Я даже не заметила, как он это сказал.

“Домой”.

Не ко мне и не к себе — просто домой.

В машине я почти сразу сняла перчатки и протянула ему руку. Ансел переплёл наши пальцы, а я откинулась на сиденье и смотрела, как за стеклом проплывают освещённые окна, витрины магазинов и редкие прохожие, торопящиеся спрятаться от холода.

Раньше мне постоянно казалось, что счастье требует усилий. Нужно было куда-то идти, что-то делать, стараться не упустить хорошие моменты, потому что они обязательно закончатся. Теперь же оно словно растворилось во всём, что меня окружало: в запахе кофе по утрам, в его рубашках, которые я всё чаще надевала дома, в коротких сообщениях посреди дня, в том, как Ансел автоматически протягивал руку, когда мы переходили дорогу. Мне нравилось даже скучать по нему, потому что теперь я точно знала: вечером мы увидимся.

Постепенно наши вещи тоже начали перемещаться из одной квартиры в другую. Сначала я оставила у Ансела зубную щётку, потом крем, расчёску, несколько книг и любимую пижаму. Через неделю обнаружила, что в его шкафу появилась отдельная полка для моей одежды, хотя я совершенно точно не просила её освобождать. У меня дома происходило примерно то же самое: в ванной появилась его зубная щётка, на кухне — любимая чашка, а на тумбочке возле кровати постепенно выросла небольшая стопка книг. Иногда, возвращаясь из колледжа, я обнаруживала Ансела за своим столом с ноутбуком, окружённого бумагами из лавки. Он поднимал голову, приветствовал меня и протягивал руку, предлагая подойти ближе, даже если продолжал разговаривать по телефону.

59
{"b":"982678","o":1}