Я послушно кивнула, и мы вошли в дом. За дверью нас ждал настоящий хаос: полумрак, громкая музыка, дым и очень много людей. В воздухе смешались запахи крепкого алкоголя, приторно-сладкого кальянного дыма, китайской еды из доставки и чего-то ещё, что я никак не могла распознать.
Музыка ударила по ушам. Гулкая, тягучая, она пульсировала в воздухе, заглушая чужие голоса, смех и звон стаканов.
Люди были повсюду: на кожаных диванах, за столом, у стен и на ступенях лестницы. Некоторые парни уже явно выпили лишнего и провожали девушек откровенно хищными взглядами. Девушки, казалось, только радовались вниманию: громко смеялись, фотографировались, картинно выдыхали дым и то и дело поправляли волосы. Всё блестело: одежда, украшения, стразы на лицах девушек, серебряный диско-шар под потолком.
Алкоголь лился рекой. Кто-то пил прямо из горла, кто-то лениво потягивал коктейль через трубочку, даже не глядя на собеседника.
В центре комнаты танцевали. Девушка в коротком топе двигалась так, будто никого вокруг не было: глаза закрыты, губы чуть приоткрыты. Парень за её спиной повторял каждое движение, но смотрел не на неё, а куда-то в сторону.
Чуть дальше, у стены, почти в тени, целовались двое. Их силуэты сливались в одно пятно, руки скользили по спинам, путались в волосах. Казалось, они совершенно забыли, где находятся.
Возле журнального столика прямо на полу сидела девушка с растрёпанными волосами. Она держала пустой стакан и неподвижно смотрела перед собой, почти не моргая. Рядом парень пытался её развеселить, но та словно не слышала ни слова.
Всё это мелькало перед глазами, как в замедленной съёмке.
— Как тебе? — спросил Ансел.
— Не знаю, — ответила я.
Мне хотелось выбежать на свежий воздух.
— Там, наверное, есть двор, — сказал он, кивнув в сторону стеклянных дверей в конце зала, будто прочитав мои мысли. — Пойдём.
Мы двинулись сквозь толпу. Кто-то задел меня плечом, кто-то — взглядом. Я чувствовала себя чужой.
— Не обращай внимания, — сказал Ансел, чуть крепче сжимая мои пальцы.
Я кивнула.
Он открыл стеклянную дверь, и мы вышли во внутренний двор.
Здесь царил полумрак, прорезаемый неоновыми лентами: розовыми, синими, фиолетовыми. Их свет стекал по стенам, отражался в воде и делал лица людей похожими на маски.
Посреди двора раскинулся огромный бассейн. Вода в нём светилась призрачно-голубым, а над гладкой поверхностью стелился искусственный туман. По краям сидели люди, свесив ноги в тёплую воду. Кто-то уже купался, разбрызгивая светящиеся в неоне капли. Кто-то танцевал на бортике, босиком, с бокалом в руке, и его тени прыгали по стенам, как живые.
Молодые девушки и парни сидели на диванах, стояли у стен, лежали на шезлонгах. Я бегло оглядела их лица и многих узнала — встречала раньше в колледже.
— Ты кого-то ищешь? — спросил Ансел.
— Нору. Она должна быть где-то здесь. Кстати, а Дориан придёт?
— Обещал.
— Ты спросил у него про Нору?
— Нет. Думаю, они сами разберутся.
Я не стала спорить, но моё любопытство протестовало.
Мы устроились на широком шезлонге у самого бассейна. Я стянула ботфорты и опустила ноги в воду. Она была тёплой, почти ласковой. Неоновый свет играл на поверхности, и мои ступни казались то розовыми, то синими.
Ансел сидел рядом, не раздеваясь. Его лицо оставалось в тени, лишь изредка в глазах вспыхивали отблески — то розовые, то синие.
— Ты не хочешь искупаться? — спросила я.
— Не здесь. Лучше как-нибудь вдвоём, — ответил он.
Я не совсем поняла, что он имел в виду, но расспрашивать не стала.
— Здесь красиво, — сказала я.
Он ничего не ответил.
Я посмотрела на него. Ансел не отрывал взгляда от воды.
— Хочешь пить? — спросил он наконец.
— Воды.
Он кивнул и направился к барной стойке — высокой, чёрной, с рядами бутылок, подсвеченных снизу. Бармен в белой рубашке смешивал коктейли, и его движения были такими быстрыми, что казались танцем.
Я осталась одна.
Ко мне тут же подсел парень — я видела его в колледже, кажется, с третьего курса. У него были светлые волосы, зачёсанные назад, и навязчивая улыбка. От него разило алкоголем и дешёвым одеколоном.
— Ты новенькая? — спросил он, наклоняясь слишком близко. Я чувствовала его дыхание на своей щеке.
— Нет, — ответила я, отодвигаясь.
— А чего я тебя раньше не видел? Я бы запомнил такую, как ты.
Он говорил что-то ещё — про музыку, про дом Милтона, про то, как я выгляжу. Я не слушала. Я смотрела, как возвращается Ансел.
Парень вдруг замолчал на полуслове, заметив его приближение. Самодовольная улыбка исчезла с его лица, он на мгновение застыл, не сводя взгляда с Ансела, а затем поспешно поднялся и ушёл, даже не попрощавшись.
Ансел сел рядом и протянул мне стакан воды.
— Что ты делаешь? Распугал всех моих кавалеров… — с притворной обидой сказала я.
— Всех? — Ансел насмешливо приподнял бровь. — А я-то думал, что у тебя сегодня только один кавалер.
— Какой самоуверенный!
— Есть причины, — улыбнулся он, притягивая меня ближе.
Мы рассмеялись, и я поуютнее устроилась в его объятиях. Я прислонилась к его груди, а он чуть склонил голову, и его дыхание коснулось моей шеи. От его прикосновений внутри всё путалось: нежность, покорность, страх, желание. Мне хотелось раствориться в этом моменте. Мы сидели неподвижно, наблюдая за веселящейся толпой.
Минут через пятнадцать Ансел немного отстранился от меня и произнёс:
— Я найду Дориана, он где-то здесь. Побудешь немного одна? Здесь вроде бы спокойно.
Мне не хотелось оставаться одной, но я всё же кивнула.
Он поцеловал меня в висок и скрылся в толпе.
Я ждала десять минут. Двадцать. Ансел не возвращался.
Музыка давила на уши. Люди вокруг смеялись, танцевали, а я по-прежнему чувствовала себя чужой. Вскоре на задний двор вышла компания изрядно подвыпивших парней. Они громко переговаривались, толкали друг друга и хохотали так, что я невольно поёжилась.
Оставаться у бассейна больше не хотелось, и я решила сама поискать Ансела.
На первом этаже я обошла гостиную, заглянула к бару, ещё раз осмотрела пространство возле бассейна. Его нигде не было.
На втором тянулись коридоры с закрытыми дверями, из-за которых доносились голоса, смех и какие-то странные звуки. Не обнаружив здесь ни Ансела, ни Дориана, я поднялась на третий этаж.
Здесь было тихо. Музыка доносилась приглушённо, словно из-под воды. Коридор освещали лишь тусклые бра на стенах. Двери — закрыты. Ни души.
— Ансел? — позвала я.
Тишина.
Я пошла дальше. В конце коридора виднелась приоткрытая дверь. Я осторожно толкнула её и заглянула внутрь: пустая комната, кровать, тёмное окно.
Я уже собиралась уйти, когда за спиной раздались шаги.
Я обернулась. В дверях стоял парень — я видела его внизу, в толпе. Высокий, с помятым лицом и тяжёлым взглядом. Рубашка расстёгнута, волосы растрёпаны.
— Ты потерялась, красавица? — спросил он. Голос был пьяным, вязким.
— Я ищу друга, — ответила я, отступая.
— А я ищу компанию, — он шагнул в комнату, загораживая выход. — Составишь?
Я попыталась обойти его, но он перехватил меня за руку. Больно. Пальцы впились в запястье.
— Пусти, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Да ладно тебе, — он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то мерзкое, скользкое. — Ты же не просто так сюда пришла.
Свободной рукой он потянулся к моему лицу. Я дёрнулась, ударила его по руке, но он только усмехнулся.
— Дерзкая, — бросил он и резко толкнул меня к стене.
Я едва успела выставить руки, чтобы не удариться головой.
В следующую секунду дверь распахнулась.
На пороге стоял Ансел. Он смотрел на нас неподвижно, и мне вдруг показалось, что в комнате стало теснее. И холоднее.
— Отойди от неё, — произнёс он негромко.
Я никогда прежде не слышала у него такого голоса. Ровного, почти бесцветного, от которого почему-то становилось не по себе.