Он откинул крышку блока удалённого запуска. Кнопки были привычно знакомыми.

Без промедления. Не раздумывая и секунды, капитан корабля ввёл код активации:

«Е27182». Пуск.

Время. Таймер был на нуле. Ещё одно нажатие и всё полетит к чертям. Быстрый взгляд на экран с траекторий, где датчики мигали красным и предупреждали: «На пути посторонний объект. Время до столкновения — сто девять секунд».

Пальцы сами не глядя набили: «сто восемь» и нажали кнопку запуска.

Макар поднялся из кресла. Окинул кабину в последний раз. Даже если ввести код отмены, уже ничего не изменить. Оставалось только надеяться, что он успеет.

Он уже закрыл шлем, как его кожа забугрилась, пошла волнами и перед ним возник Гардадо. Макар сделал жадный глубокий вдох. Моргнул непонимающе.

— Что происходит?

— Нужно уходить.

Настоящему капитану корабля хватило мгновения, чтобы бросить взгляд на экраны и оценить обстановку.

— Нужно отправить послание, — с холодной решимостью произнёс Гардадо и сел в кресло.

— Нужно уходить! — завопил парень.

— Если мы не успеем отправить сообщение, то никто не узнает, что здесь произошло.

Он быстро набирал цепочку символов с какими-то кодами, понятными лишь флоту ихлетов. Макар обернулся на переборку. Время на таймере истекало, а расстояние до Разведчика стремительно сокращалось.

— Мы не успеем!

— Мне нужно закончить. Даже если это будет стоить мне жизни.

Руки парня бессильно повисли. Он никак не мог повлиять на ихлета.

— Иди. Я догоню. — Капитан бегло нажимал кнопки на пульте. Вжикнула и отъехала в сторону переборку, открывая проход.

Отталкиваясь, что есть силы от кресел, хватаясь за что придётся, Макар устремился в спасательный модуль. Он находился на ярус ниже.

Спускаясь по лестнице, корабль тряхнуло. Эхом отдались удары и скрежет. Ещё несколько Генератов проникли внутрь, а Разведчик продолжал выпускать всё новых и новых, пытаясь уничтожить корабль, не дав ему подлететь.

Макар занял кресло в капсуле и до последнего не закрывал её. Он мысленно считал секунды таймера и смотрел на проём в ожидании Гардадо.

— Пятнадцать… четырнадцать… — шептал уже вслух.

Он успел. Успел!

Гардадо подлетел к капсуле. Макар открыл шлем и одновременно нажал кнопку закрытия и катапультации. Ихлет осуществил симбиоз. А капсула уносила Макара и инопланетянина всё дальше от Разведчика.

— Три… Два… Один… — продолжал считать Макар.

Глава 34

Взрыва не было. В космосе нет кислорода, чтобы взрывчатое вещество воспламенилось. Но энергия детонации ударила невидимым кулаком: ослепительная тепловая вспышка, поток раскалённой плазмы от Разведчика и чудовищный электромагнитный импульс.

Капсулу отшвырнуло и закрутило, но не разрушило.

На короткие мгновения, пока она вращалась, Макар мог наблюдать, как Разведчик накренился, а в месте столкновения откололся огромный осколок.

Операцию можно было считать успешной. Генераты и Сателлиты повисли в пространстве, лишившись своего улья.

Но что-то пошло не так. Ударная волна отбросила капсулу, но всё, что было рядом, обломки корабля, Генераты и Сателлиты, которые пытались убраться подальше и не погибнуть, стягивались в одну точку.

Пространство в месте взрыва схлопывалось, образуя пустоту, которая не подчинялась никаким законам физики.

Сперва в ней исчез Разведчик. Затем и все его части, которых он создал: рой Сателлитов, Генератов.

Вокруг царила тишина. Перед глазами темнота.

Когда капсулу перестало вращать, в уголке сбоку виднелся солнечный диск.

Чудом спасшийся Макар парил в невесомости. Повернул голову, разглядывая «пустоту». Прислушался к себе, попытался разобрать, не тянет ли его туда.

Разобрать что-либо на приборах не удавалось. От страха, что он был всего на волосок от смерти, от реальной смерти, что ему только чудом удалось её избежать, взгляд остекленел. Он не мог что-либо разобрать. Даже в симбиозе.

Рукой, спрятанной в большую перчатку скафандра, Макар ощупал себя.

Сердце галопом билось где-то в горле и готово было вырваться.

— Господи, невероятно, — выдохнул он.

Внутренняя связь защёлкала, и раздалось радостное многоголосье:

— Он спасся!

— Я слышу его.

— Это точно он⁈

Голоса девчонок надрывались. Будь они бы сейчас на земле, а не закованы в спасательные саркофаги, Полина бы уже душила его в радостных объятиях. Он услышал знакомый всхлип. А после она обязательно бы…

— Да как ты посмел⁈ — воскликнула она со всем присущим ей возмущением, на которое она была способна. — Попадись ты мне только! Нас главное отправил, а сам…

— Кэп, там слева есть кнопка, которая отключает эфир, — шепнул Клим.

— Даже не смей! — пригрозила Полина.

Макар легко мог представить, как подруга грозит ему пальцем. Нечасто, но у них порой случались подобные красочные споры.

В небольшом люке на двери капсулы Макар заметил своё отражение и улыбку на губах. Он улыбался. Всё шире и шире.

— Мы живы… — выдохнул он.

— Э-э-э, — раздалось задумчивое в эфире. Макар узнал голос Ноя. — Откровенно говоря, шансов у нас не так много. Особенно у вас. До Земли нам лететь и лететь, ваше время симбиоза уже вышло, а терморегуляторы все пф-ф-ф. — Ной развёл ладони, растопырив пятерни, насколько позволяли перчатки и теснота капсулы.

В эфире установилась тишина.

— Аврора? Ты как там? — Макар понял, что за это короткое время он ещё не слышал её голоса.

В наушнике щёлкнуло.

— Так себе, — честно призналась девушка. Её голос был вялым, а дыхание надсадным.

Она отключала эфир, чтобы её не слышали остальные.

— Рассимбиоться, — велел Ной, на мгновение опережая Макара. Он хотел сказать то же самое. — Открой шлем. Консила сможет некоторое время побыть клеточной массой отдельно от тебя.

Спустя полминуты они услышали выдох облегчения.

— Конси, если ты меня слышишь, следи за ней.

— Как ты узнал, что эта за штука была? — вдруг спросил Клим.

— Интуиция подсказала.

— А КаПэ-то у нас прошаренный, знает о чрезвычайных ситуациях.

— Всё-таки военный, лётчик, сам космонавт. Мужик знает толк не только в полётах, — с немалой долей восхищения неспешно проговорил Ной.

Макар попытался выглянуть в иллюминатор, чтобы найти взглядом друзей, но ничего не увидел, кроме захватывающей дух темноты. Его капсулу слегка развернуло.

Множество звёзд раскинулось перед ним на бесконечном небесном полотне. Звёзды, галактики. Они существовали не где-то там, не в компьютерной игре, а вот — наяву. И где-то там был Исток — планета ихлетов, Рубеж — территория кайгу и ещё миллионы и миллиарды неизведанного. Где-то там могли оказаться и другие виды. Множество видов.

Дисплей моргнул. Радар зафиксировал неизвестную область, так и не исчезнувшую после взрыва Разведчика. Она продолжала существовать, висеть в пустоте. Но больше не притягивала. Уже или, по крайней мере, пока.

Строчка за строчкой приборы определяли её показатели, излучение и выводили на экран результаты.

— Пространство в этой точке искривилось, — прошептал Макар, слегка прищурившись.

В голове вновь заработали шестерёнки.

— Это червоточина, — заговорил ИИ.

— Регадо! — радостно воскликнул Макар.

— Приветствую, капитан.

— Я думал, что ты…

— Моя резервная копия есть в каждой капсуле.

— Кру-уто… Так что ты говорил?

— На корабле был резонатор, — начал Регадо, а Макар включил его в общий эфир. — Он предназначался для генерации кантанов, которые в квантовой последовательности цеплялись за Всеобразующую и корабль сёрфил по галактике. Вероятно, что энергия взрыва, скорость создали похожие условия, что и в резонаторе. Также мне известно, что незадолго до взрыва, а вероятно, и в сам момент, установка работала.

— Но рядом не было Всеобразующей, — простонала Аврора. — Я искала её.

— Всеобразующая есть везде. В Разведчике тоже. И в том оружии, которое взорвали. Гравитационный трос Хаттса цепляется за Всеобразующую, их частицы входят в контакт, создавая…