На тёмном радаре мигали две красные точки.

Двое мужчин, одетые в солидные брюки и белые рубашки с закатанными рукавами, следили за сближением объектов.

— Это они.

— Как думаете, у нас получится? — спросил один из наблюдавших. Его голос немного дрожал от волнения.

— Мы не можем спрогнозировать, какой будет эффект, — ответил ему второй.

Весь центр замер в ожидании.

Через центральный иллюминатор космического корабля — искателя — виднелась Земля размером с футбольный мяч. На панели управления пульсировал красный индикатор аварийного оповещения, сенсоры фиксировали множественные сбои по всем системам. Тревожная сирена наполняла командный пункт корабля.

Двигатели были выключены; внутреннего освещения едва хватало, чтобы подсветить аппаратуру холодным голубым. Корабль парил в космосе, едва вращаясь в потоке солнечного ветра.

Экипаж затаил дыхание.

В иллюминаторе проплывали не только Земля и Солнце, но и другой космический корабль, в несколько раз превышающий искатель в размерах.

Они медленно сближались.

— Капитан⁈ Так какое решение? — не выдержал старший помощник.

Сфокусировав взгляд на радаре, капитан сосредоточился и крепче сжал рычаг управления. Кожа была натянута так сильно, что сквозь неё проступали очертания костей. Казалось, вот-вот лопнет.

— Действуем по плану, — твёрдо ответил капитан.

Старпом кивнул, переключил показания приборов. Капитан бросил взгляд на тонкую полосу над приборной панелью.

К виску капитана крепился нейродатчик. Обтянутый прозрачным кожухом провод уходил к капитанскому креслу. По этой линии пробежал импульс с просьбой бортовому искусственному интеллекту замолчать. Полоса погасла, ИИ вмиг умолк в голове капитана.

На вражеском космическом корабле пришли в движение оружейные заслонки.

Прежде капитану никогда не доводилось делать столь сложный выбор: спасение или погибель? За спасение придётся заплатить, значит, это в любом случае погибель. Кто-то должен.

Глава 1

Солнце медленно клонилось к горизонту, готовясь к встрече с морем, за которое закатывалось каждый день.

Ной проснулся в своей комнате. Рука, закинутая за голову, затекла. В горле пересохло. Высокий и крепко сложенный Ной размял затёкшие пальцы и сел на так и не расправленной кровати. Оранжевый закат ослеплял.

Недовольно зажмурив один глаз, парень поднялся и дёрнул занавеску.

На нём была простая чёрная футболка, помявшаяся ото сна, и джинсы. Ной осмотрелся в полутьме. Нашёл бутылку воды и осушил почти всю. Заскочил в туалет и нахмурился, с раздражением глядя в собственное отражение на подбитую скулу. После ночной стычки с двумя отморозками, которые поджидали его после подработки, останется синяк. Ной плеснул в лицо водой.

Острые скулы и тяжёлый взгляд делали Ноя старше и опаснее. Даже когда он улыбался, глаза оставались настороженными, разучившись улыбаться.

Ной пошарил по карманам — сегодня опять придётся идти на подработку в автосервис. Вчера ночью у него забрали всё, что он заработал за смену.

Он вернулся в комнату и наклонился над столом. В слабом свете настольной лампы переворошил тетради и чертежи мотоциклов. Движения становились порывистее, он никак не мог найти то, что искал. Достав из заднего кармана джинсов телефон, он набрал нужный номер, но никто не ответил.

— Чёрт, — сведя брови, он посмотрел на время на экране. Сунул его обратно и продолжил поиски.

— Опять уходишь? — вдруг спросил с вызовом младший брат.

Недовольный Рома стоял в дверном проёме и подпирал косяк плечом, сложив руки на груди. Осенью ему исполнилось четырнадцать.

— Опять не говоришь, куда уходишь, не предупреждаешь, когда вернёшься. Ты совсем не думаешь о маме, — упрекнул Рома брата.

Он шагнул внутрь на запретную территорию. Глаза скользнули по книгам на полках, которые собирал Ной. Биографии известных учёных и изобретателей. На полке среди изданий стояла фоторамка — Ною десять, он с отцом на мотоцикле возле гаража, крыша которого уже изрядно проржавела.

Ной мрачно посмотрел на брата, так и не удостоив ответом. Обошёл стол и слегка толкнул его в сторону от стены.

— Из школы звонили. Сказали, что ты опять прогулял.

— Не твоё дело, — бросил Ной, не глядя на Рому.

Он наклонился и достал с пола несколько завалившихся за стол листов со схемами и заметками и искомый брелок с ключами. Повернулся к брату.

— Тебе вообще плевать на маму? — Голос Ромы стал резким, отрывистым. Каждое слово он будто бросал в Ноя.

Парнишка сжал дрожащие кулаки.

Ной шумно втянул носом воздух, сдерживая раздражение, и направился к двери. Он уже обошёл младшего брата, когда тот выкрикнул:

— Тебя оставили на второй год, а в этом вообще выгонят из школы! О чём ты только думаешь⁈

Медленно обернувшись, Ной шагнул к брату и крепко схватил за затылок. Их лица оказались близко друг другу.

— Ты понятия не имеешь, почему я прогуливаю, — прошипел Ной.

— А мне и знать ничего не надо! Всё и так видно. — Рома посмотрел на синяк на скуле.

— Раз такой умный, то отвали.

— Мама из-за тебя вчера опять успокоительное пила! Когда ты не пришёл ночевать.

Они мерились суровыми недовольными взглядами. В конце концов, Ной отпустил брата. Ушёл, не сказав ни слова, ощущая между лопаток злобный прожигающий взгляд.

Рома лукавил. Он не знал, чем занимается брат, кроме того, что тот постоянно пропадает то в промзоне, где, говорят, проводятся нелегальные гонки, то в гараже своего отца. Дома Ной ночевал редко, а о том, чтобы появиться в школе, и говорить нечего. И ему было очень интересно узнать, чем же занимается его брат.

Услышав, как хлопнула входная дверь, Рома огляделся в комнате брата.

Глаза зацепились за часы.

— Нужно уроки сделать к маминому приходу, — пробурчал он себе под нос и в сердцах хлопнул дверью.

Ему было ещё невдомёк, почему Ной прогуливал школу, и вместо этого занимался починкой машин и мотоциклов. Почему он возвращался поздно ночью, а чаще вообще под утро, и валился от усталости…

Ноя заметил один из городских воротил, когда он обогнал его со светофора на своём едва исправном байке. Нашёл, расспросил и предложил подработку. Дело оказалось незаконным, в сервис часто обращались любители погонять с просьбой чипировать двигатели. За выполненную работу Ной получал немного. Совсем.

Большую часть денег забирал себе тот самый авторитет, хозяин мастерской. Просить поднять плату — бесполезное занятие. Во-первых, именно он приводил заказчиков, во-вторых, он давал помещение для работы, и в-третьих, ни о каких официальных трудовых отношениях, тем более с несовершеннолетним, хозяин слушать не хотел.

Он умел хорошо забалтывать, но Ной не поддавался на его уловки.

Парень, воспитанный улицей, это прекрасно понимал. Но не мог отказаться от подработки сейчас, а мастерскую, помимо прочего, использовать для своих целей.

В глазах Ромы ещё оставался страх, но с каждым разом его становилось меньше. Ещё год-два, и скоро младший брат перестанет отступать. Возможно, однажды ударит первым.

С такими мрачными мыслями парень шёл по вечерней улице города в сторону восточной бухты, засунув руки в карманы мятых джинсов.

Полина вышла из школы. Её чёрная толстовка с принтом бабочки на спине казалась слишком большой. Девушка куталась в неё, как в кокон и прижимала в груди учебники, словно щит. Школа была современным трёхэтажным зданием, занимала большую территорию. Здесь были и стадион, несколько спортивных площадок, два отдельно стоящих здания для занятий ботаникой и столяркой, а также своя школьная метеостанция.

Город раскинулся вдоль морского побережья: центр у пляжа и набережной, западные районы уходили вглубь континента, огибая скалистую часть, а восточные граничили с бухтой, за которой тянулась промзона до заброшенной верфи.