— Аврора? — позвала Пастра, показываясь в проёме отсека. — У меня для тебя хорошие новости.

Девушка понеслась вниз в медотсек за инопланетянкой. Консила тоже хотела бы, уже догадываясь о чём речь, но служебный долг брал верх. А ещё тяжёлый взгляд капитана.

Когда все разошлись, Макар нашёл среди вороха своих вещей в рюкзаке старый мобильный и протянул его Гардадо.

— Это для связи. На всякий случай. Смотри, у каждого аппарата есть номер, по которому можно позвонить… — принялся объяснять Макар. Он не заметил, как Гардадо изумлённо изогнул бровь, а Магнис, занимавший кресло старпома тихо хохотнул.

Ной протиснулся мимо с тяжёлым ящиком инструментов. На его перепачканных пальцах виднелись ссадины. Парень любил работать руками, из них с Фруком получилась отличная команда.

— Ты бы видел какие у них технологии! Один Регадо чего стоит. Ты знал, что у них спасательная капсула способна подавать сигнал в космос на свой корабль? Что все эти отсеки покрыты тонким сплавом, способным защитить от радиации? А инструменты? У Фрука нет ни одного гаечного ключа. Он чинит пробоины каким-то излучателем, который просто «склеивает» молекулы! — восхищался Ной.

— Да ладно? Покажи! — Глаза Макара загорелись.

Фрук последовал за своим аватаром, но случайно задел Макара, и тот, не удержав, выронил мобильный.

В следующий миг раздался треск — всё-таки мелкие приборы ихлетам лучше было не давать. От мобильника остались крошки.

— Ну ладно… у меня ещё есть. — Он потянулся в рюкзак.

Ной обернулся и закатил глаза — неловкость симбионта поражала.

— И почему именно мне досталось это недоразумение? — простонал парень. — Ведь за то, что я тут протухаю, потом отрабатывать придётся. Идём, — сурово бросил он и спустился на нижний ярус.

— Нам ещё установку резонатора проверять, — протараторил Фрук капитану и побежал за Ноем.

Насколько это было возможно с его габаритами тела. Ной, как никак, в любом случае выглядел более юрким и быстрым, чем двух с половиной метровый ихлет. Да и во все двери Ной проходил легко и с запасом, это механику приходилось передвигаться осмотрительнее.

Парень направлялся к месту осмотра. Дыхание Фрука за спиной становилось всё тяжелее, но каждый раз Ной держался до последнего, не желая соединяться со своим ихлетом. Ему не нравилось, что приходилось симбиотиться именно с механиком.

Всю дорогу он негодовал и бубнил под нос:

— Этому выскочке сам бог велел стать аватаром для старпома, два сапога пара. Маменькиному сынку свезло соединяться с капитаном. А мне? За что мне это? — Он бросил взгляд через плечо. — И только мне досталась обуза в виде несмышлёного механика.

Эта несправедливость раздражала. И ему было всё равно, слышит его Фрук или нет, потому что всё равно никуда не денется.

Дойдя до последнего повреждённого участка корпуса, Ной смилостивился.

— Ладно, давай, — нехотя протянул руку.

Фрук не посмотрел ему в глаза и молча сделал то, что необходимо.

Изменив форму, вся клеточная масса впиталась в тело и распределилась по организму. Добравшись до спинного мозга и установив связи Фрук больше не слышал, что о нём думает Ной. Но будто с новой силой его охватили чужие эмоции — негодование и раздражение. И спроси его потом, что лучше, слова или эмоции, ихлет не смог бы ответить.

Но он знал одно — не только он был причиной такого отношения, и не только недовольство испытывал парень. Была ещё глубокая тоска, о причине которой Ной старался не думать, чтобы заглушить её в себе.

Он всегда закрывался внутренне, чтобы никто не мог найти его слабое место. Это уже было привычным.

Находясь в симбиозе, Ной старался усерднее и в основном молчал.

Глава 17

Инопланетяне слишком часто всё роняли и были чересчур неловкими. Даже восемь пальцев им не помогали. А кожа…

Полина с интересом посмотрела на руки Гардадо. Взглядом спрашивая разрешения, она потрогала их, мысленно вспоминая схемы строения органов и тканей, которые ей открылись в симбиозе.

— У вас слишком гладкая кожа… — заключила она. — Вы иначе осязаете, плюс сила притяжения, и поэтому не можете удержать в руках вещи…

Ной с Фруком уже были далеко и не слышали её.

— Ты права. Мы почти не используем пластик. С металлом всё иначе, — вставил Магнис.

Полина кивнула и вышла в поисках Пастры.

Шерсть лабрадора стала, кажется, ещё мягче и шелковистее. Аврора ласково трепала пса и никак не могла отпустить. Лайк в ответ, тоже соскучившись по хозяйке, радостно вилял хвостом и тявкал.

Пастра и сама загляделась на эту парочку. Когда Лайк посмотрел на неё и звонка гавкнул, словно требуя внимания, она не сдержалась и нерешительно погладила его.

— Можешь забирать его, больше ему ничего не требуется. Но следи за костями. Они могут… иногда вести себя не так, как раньше. Ваши кости не уплотняются, не гнуться. У твоего животного теперь есть суперспособность — он может их согнуть и пролезть туда, куда не мог раньше.

Аврора прислонилась лбом к мягкой, тёплой шерсти, не в силах отпустить Лайка. По щекам девушки струились солёные дорожки.

— Спасибо, — шмыгнула носом.

Почти весь оставшийся день они провели на верфи. Закончив с починкой и дав ихлетам возможность дышать следующие несколько часов, собрались по домам.

— Слушайте, мы же так и не решили, что делать, если эти учёные придут снова, — забеспокоилась Аврора. — Кстати, а почему они пришли именно к тебе? — Она задумалась.

Под пристальным взглядом Полина смутилась. Да, она отличалась от остальных, не была такой активисткой, как Аврора, такой заучкой, как Макар, или спортивной, как Клим. Полина была заурядной школьницей, которая училась ради того, чтобы учиться. Потому что так сказали взрослые. Потом она будет работать, ради того, чтобы работать. Как и все… И без лишних слов Полина понимала, на что намекает Аврора — что она слабое звено в их компании, которое может в любой момент предать.

Ответ так и не пришёл на ум. Полина сунула руки в карманы и, ссутулившись, пошла вперёд.

Ни с кем не попрощавшись и не обмолвившись ни словом, её обогнал Ной, устремившийся по своим делам. Он достал ключ от мотоцикла, толкнул ржавую дверь, возмущенно скрипнувшую, и вышел… под дождь.

— Чёрт, — выругался он, глядя, как мокнет на улице байк.

Его волосы сразу впитали воду и стали ещё чернее. Морщась от падающих на лицо капель, он сел за руль.

— Ездить в дождь опасно, — бросил Клим, проходя мимо.

— Без тебя знаю.

— Лучше на автобусе, — вставил Макар, на секунду останавливаясь рядом. Но от сурового взгляда Ноя сбежал скорее на остановку.

— Вот и езжай, маменькин сынок! — крикнул вдогонку.

Никто не знал, почему Ной весь день не в духе. Лишний раз соваться к второгоднику никто не решался.

Компания, ещё час назад казавшаяся сплочённой командой, снова развалилась.

Гардадо находился в командном отсеке. Привычно задумчивый, он, в который раз, перечитывал данные об этой планете и искал ответы на многочисленные вопросы.

Почему сюда раньше прилетали ихлеты? Почему данные были засекречены? Кто наих планете знает об этом и в чьём ведении находится эта информация? Ведь кто-то запрограммировал Регадо. Сам искусственный интеллект ничего внятного ответить не мог, лишь ссылаясь на Совет Высших.

И самый главный вопрос: почему именно сюда летят кайгу? Планет и астероидов, богатых кремнием — масса. Даже не удивительно, что кайгу развились за счёт него на Пустоши.

— Нам не известно, ради какой именно планеты прилетели кайгу. Уверен, они разослали генератов на каждую и собирают данные.

— А на эту привели их мы сами, — печально вздохнул Гардадо, наблюдая по одной из внутренних камер слежения, как его аватар взволнованно поправляет волосы, помогая Магнису.

— Они бы и без нас добрались сюда, — сказал Регадо. — Подготовить послание?

Голос ИИ звучал механически и равнодушно.