Дом ведь совсем рядом, а они улетают.

— Каково это? Видеть дом и снова улетать?

— Теперь наш дом тут, — глубокомысленно вымолвил капитан. В голосе мужчины звучала тоска, хотя и хорошо скрываемая за воодушевлением. — Что же, мягкой посадки! Возможно, ещё увидимся.

— Разве что только где-нибудь на просторах космоса, — усмехнулся Клим.

— Всё возможно.

За капитаном закрылся люк, и гидравлические поршни медленно и мягко отсоединили посадочный модуль. Включился двигатель, управляемый с главного корабля, и модуль отправился в полёт. Домой. На Землю.

Следом вылетел второй. С ихлетами.

— Они не захотели оставаться на корабле МКФ, — вдруг сказал Ной.

Он-то не был в симбоизе и всё время с того момента, как «Пилигрим» перехватил спасательную капсулу, находился в полном сознании.

Никто не ответил. Все смотрели на гигантский корабль Международного космического флота, чьи очертания и огни наблюдали в иллюминатор.

Тем временем Земля стремительно приближалась. При входе в плотные слои атмосферы модуль затрясло. На корпусе, через всё тот же иллюминатор тонким слоем горела плазма.

Ощущение полёта резко сменилось ощущением падения.

Дисплеи со знакомыми родными буквами и цифрами сигнализировали о перегрузке. Скорость превышала одиннадцать километров в секунду.

Стиснув зубы, подростки держались за кресла и молились Богам.

— Такой корабль отгрохали, а посадка всё равно как при Гагарине, — еле выговорил Макар.

Снова никто не ответил. В ушах звенело.

Посадка была жёсткой. Давление в модуле упало. Перед глазами ясная картинка сменилась мельтешением. Капсула перешла во вращение, и системе практически до самого приземления не удавалось её выровнять.

Сработал парашют. Модуль дёрнуло вверх потоком воздуха. Когда скорость снизилась, развернулись крылья. Динамик зашипел.

— ЦУП. Принимаю управление на себя, — раздался голос в эфире.

Парашют отцепился. Снова включился двигатель, полёт стал управляемым, и корабль плавно выровнялся.

Теперь это больше походило на обычный полёт на самолёте. Хотя и больше похожем на полёт истребителя, чем на пассажирский лайнер.

— Ну вот, а ты говорил старые технологии.

Макар даже не разобрал, кто из друзей это сказал.

Внизу что-то загудело. Модуль выпустил шасси, которые уже через минуту коснулись посадочной полосы.

И всё-таки посадка была жёсткой. Аврора снова потеряла сознание.

На борт поднялись медики. Её вынесли первой. Остальным оказали помощь на месте. Следом за ними, снова оглушая всё вокруг, приземлился второй спасательный модуль. Как и следовало ожидать, ихлетам помощь не понадобилась.

— Чёрт, как же хочется просто отдохнуть, а не вот это вот всё, — причитал Клим, держась за голову.

Марина Анатольевна заворожённо наблюдала за инопланетянкой.

— Поли-ина… — с мольбой простонала она и посмотрела на дочь. — Это правда всё происходит? — засомневалась она.

— К сожалению или счастью, да.

Эпилог

Несколько дней спустя

Солнце уже несколько часов как перевалило горизонт, готовясь к встрече с морем, за которое закатывалось каждый день. Тени на асфальте становились длиннее. Полина вышла из дверей школы, привычно прижимая к груди учебники. Спустилась по лестнице, держась за металлический поручень. Ещё издалека она заметила шумную компанию спортсменов и Клима среди них.

Чуть поодаль её ждал лучший друг, всё такой же тощий, лохматый и слегка сутулый. Он о чём-то болтал с Авророй и её подружками.

На парковке стоял тёмный седан, который она не сразу заметила. Хотела уже подойти к друзьям, когда услышала хлопок двери.

Уверенным шагом к ней направлялся отец. От неожиданной встречи Полина даже растерялась.

— Полина?

— Привет, пап, — проговорила девушка, оглядываясь по сторонам и ища кого-то взглядом.

— Я к тебе. Найдётся минутка?

Полина уставилась на отца, не сразу найдясь с ответом. Наконец, она кивнула.

— Я видел твой полёт. Был там в центре. Знаю, что ты сделала.

Девушка приподняла плечи, не зная, что ответить. Она так хотела выделиться, хотела кем-то стать, совершить что-то незабываемое, чтобы отец её, наконец, заметил. А теперь и не была уверена, этого ли хотела. Потому что где-то рядом находилась ещё одна несчастная девочка, обделённая вниманием отца. И дело было вовсе не в ней самой, не в Полине, а в мужчине, для которого работа всегда была на первом месте.

— Я сделала то, что посчитала нужным.

— А симбиоз. С тобой всё в порядке?

— Да, пап. Я побегу, — отмахнулась она и поспешила к друзьям.

По пути к ней присоединился Клим, оставив свою команду. Он шёл рядом, неловко нарушая её границы, идя слишком близко, чем просто друзья. Потом наклонился и чмокнул в щёку. На глазах у всех. Не постеснявшись. А вот Полина смутилась и покраснела, всё ещё не зная, как реагировать на проявление чувств ставшего внезапно популярным баскетболиста. Да ещё и под странным взглядом лучшего друга.

— Нас ждёт Константин Павлович, — бросил проходящий мимо Ной. Он допил газировку и смял ботинком жестяную банку, так и оставив её лежать на тротуаре. Оседлал мотоцикл и укатил в сторону заката.

Друзья переглянулись и привычно направились к автобусной остановке.

В центре контактной группы практически ничего не изменилось. За исключением одного — инопланетного космического корабля больше не было. Он был разрушен. Вместе со всеми результатами исследований. И ни подростки, ни ихлеты не знали, удалось ли передать сообщение на Главный узел их сородичам, которое отправил Гардадо перед взрывом.

Теперь место корабля в зале занимали пять спасательных капсул, которые были предназначены лишь для экстренной посадки и больше не могли подняться в космос.

Ихлетам теперь не улететь с Земли.

Но им нашлось занятие. Учёные с удовольствием продолжили обмениваться опытом с инопланетянами. А подростки так и продолжали приезжать в назначенное время и симбиотиться с ними.

Но в этот раз во временном центре стояло другое настроение. Все были воодушевлены. И стоило подросткам зайти, зазвучали аплодисменты. Среди собравшихся Полина заметила маму, а Ной увидел младшего брата и поспешил к нему.

— А ты что здесь делаешь?

— Меня ваш КаПэ позвал.

Ной прищурился, разглядывая брата. Не нравилось ему его поведение. Уж очень странно он всё разглядывал. Слишком пристальным и изучающим был его взгляд. Если после уничтожения Генератов и Саттелитов на верфи Рома глупо улыбался и радовался как ребёнок, увидя ихлета, то теперь в его глазах было что-то другое.

Как будто это был не он.

Послушный и смиренный Рома внимательно оглядывался в исследовательском центре. Ной не привык видеть его таким, чаще отмечая за ним дерзость и вспыльчивость.

— Зачем вы привезли сюда эти капсулы? В них сохранился ИИ? Что он знает? — спросил Рома. Вопрос был совсем не по возрасту.

— Что с тобой? — свёл брови Ной.

И вместо упрёка и очередной порции дерзости услышал:

— Я думаю, что его можно использовать. Это ценный источник сведений о врагах.

— Слушай, подожди здесь.

Ной вытянул шею, ища в толпе Полину. Девушка болтала с Климом, мамой и КаПэ, когда Ной вдруг взял её за локоть.

— Ты же в симбиозе уже? Можешь своим взглядом просканировать?

— Что-то случилось? — забеспокоилась она.

— Возможно. Что-то с Ромой. Он говорит такое, чего я от него прежде не слышал. И не знал даже, что он слова-то такие знает.

Они направились к парню, который стоял уже рядом со спасательными капсулами и разглядывал их. За ними потянулись и остальные, в том числе Фрук, до которого Ной ещё не добрался.

— Что ты видишь? — Парень скрестил руки, закусывая палец на одной из них.

Паренёк даже не замечал, что его сканируют.

— Ты знаешь, ничего. Но ещё в прошлый раз, когда мы только забрали его с верфи, мне не понравилось, как он реагировал.