Консила надела наушники и передала Фруку голосовое сообщение на его коммуникатор, чтобы тот обеспечил доступ.

— Когда вылетим, будем использовать свои системы наведения.

Переключатели щёлкнули, в отсеки подалось питание, загудел двигатель. А комплекс, который сжимал водород, превращая его в металлический, начала нагреваться. По системе охлаждения потёк хладоген.

— Сколько нужно времени? — уточнил Фрук, присоединившийся к ним.

— Ещё семь минут, — отозвалась Консила.

— Протоколы сейчас откроют, пробуй подключиться, — сообщил Фрук старпому.

— Отлично, как раз определим примерное местоположение. И приготовьтесь, взлёт будет трудным, чтобы преодолеть притяжение и выйти в космос. Местные взлетают вертикально, — сообщил Магнис.

Консила с Фруком переглянулись.

— И не такое проходили. — Они улыбнулись друг другу.

В центре базирования началась суматоха. Все срочно передавали данные, уведомляли о закрытии воздушного и морского пространства, устанавливалось экранирование и проводился ускоренный инструктаж.

— Защиты хватит, чтобы выйти на орбиту в двести километров — там вас не засечёт ни один спутник Корпорации, — объяснял Константин Павлович. — Перед возвращением по этому каналу связи мы сообщим коридор входа.

Он сделал паузу, поправил очки. Взгляд стал жёстким. Он привык отправлять людей в небо.

— Один раз у вас уже получилось остатьсяпочти незамеченными. Второй — мы на связи. В космосе нет места для ошибок. Ни одной. Сделайте всё, что от вас зависит, а мы сделаем остальное. — Он повернулся к помощнику: — Передай на все наши спутники, чтобы временно передавали информацию только нам, и чтобы ни один байт не ушёл в сторону. И отметь на всякий случай, что это «наш» запуск. Понял?

Макар хоть и хотел бы как-то помочь, быть полезным, но учёные и ихлеты о том, что делать, знали лучше. Единственное, что от него зависело — как долго Гардадо сможет дышать там, в космосе.

Быстро проморгавшись от растерянности и приходя в себя, он сверился с таймером. Вычислил безопасное время и подошёл к своему симбионту.

— У вас не так много времени, чтобы успеть вернуться.

Глава 23

Макар был растерян и не знал, куда бежать и что делать в связи с происходящим. Он перевёл взгляд на инопланетный корабль.

Капитан склонил голову и положил ладонь ему на плечо.

— Ты бы хотел лететь, да? — уточнил он, и на миг в глазах Макара блеснул огонь.

Конечно, он бы хотел! От пронзительной жёсткой речи КаПэ в груди Макара защемило, будто это он собирался лететь в космос. И наверняка не у него одного.

— Мы не можем вас взять. Это опасно.

Парень кивнул.

— Я понимаю. Но если кайгу там снова…

Гардадо не дал ему договорить:

— Либо летим мы, либо прилетают они. Наш искатель прибыл в вашу звёздную систему с целью обнаружения кайгу. И вот они здесь. Наш протокол обязывает нас действовать. Тем более что на планете есть жизнь. — Лицо капитана на миг смягчилось.

— Планета превыше всего, — согласился с инопланетянином Макар, хотя его взгляд всё ещё метался. Ему не удавалось примириться с внезапно открывшейся истиной: капитан ихлетов не думал, не сомневался, он строго следовал поставленной задаче, в каких бы условиях ни оказался. И Макару оставалось только позавидовать его спокойствию и выдержке. Судорожный вздох сорвался с его губ.

Гардадо оставил своего носителя и отправился в шлюз. Фрук впопыхах собрал в охапку оставленные то тут, то там мелочи приборы, инструменты, запчасти и, чуть не теряя это всё, побежал за капитаном.

Шлюз закрылся.

— Они вернутся? — с грустью спросила Полина.

Никто из подростков не был готов к тому, что им придётся так быстро попрощаться с ихлетами.

Однажды этот момент всё равно бы настал. Но они не думали, что случиться так скоро.

— Я очень на это надеюсь, — ответил Макар.

Не отдавая отчёта, он приобнял подругу на плечо. Но ни он, ни она не придали этому значения, слишком взволнованные приближением кайгу к Земле и расставанием с ихлетами.

Корабль ещё не успел вылететь, а она уже чувствовала огромную дыру в груди, будто потеряли что-то очень важное и родное.

Ной, Клим и Аврора находились не в меньшей растерянности, хотя каждый и вёл себя по-разному. Аврора обнимала Лайка, ища у пса поддержки. Клим присел на край стола и, сердито насупившись, сложил на груди руки. А вот по виду Ноя нельзя было сделать однозначного вывода, что чувствовал он. Парня либо действительно это не волновало, либо он только делал вид. С тряпкой в руках он натирал мотоцикл до блеска.

И это отозвалось в сердце Макара непонятным колючим чувством, которого раньше он не испытывал.

Для Ноя происходящее было будто в порядке вещей. И он не сомневался в том, что когда состоится взлёт, тот также спокойно сядет в кресло и будет следить за происходящим через экран, попивая газировку.

Почему одним так больно прощаться, а другие умеют просто отключить эмоции?

Макару отчаянно захотелось крикнуть «тебе что, совсем не жалко их?», но, как обычно, промолчал. Возможно, Ною было так же грустно, как и ему. Просто он умел это прятать.

Слова, чтобы описать чувство, ещё не находились, или чтобы признать его, но одна мысль свербила всё настойчивее: он завидовал ему. И хотел бы обладать такой же уверенностью и бронёй, как Ной.

В мыслях же Ной хоть и сожалел, что ихлеты улетают, в то же время он чувствовал радость, что, во-первых, всё это закончится, что никакие люди в костюмах не будут преследовать его и угрожать, потому что больше на Земле не будет доказательств присутствия инопланетян, а во-вторых, что он успел сдать экзамены с помощью Фрука.

Когда в цехе загудели двигатели инопланетного корабля, Ной отвлёкся от своего занятия.

Он ещё не хотел признавать, но уже мог сформулировать своё чувство — с Фруком было прикольно. И какой бы невезучий и неловкий тип он ни был, вызывая улыбку, снисхождение и недоумение (причём, бывало, одновременно), из них получалась отличная команда. И он будет скучать по нему.

— Почему мы не можем лететь с ними? — вскинул руки Клим, будто предъявляя претензию всем и никому одновременно. — Это же просто, туда и обратно! Что в этом такого? — Теперь он смотрел на КаПэ. — Так нечестно! — вскинулся он от молчаливого ответа учёного и сел обратно.

— Что, хочешь стать супергероем? — фыркнула Аврора, выводя Лайка за ошейник. Бросила взгляд на Ноя: — А ты тоже хотел бы?

— Да мне вообще пофиг! — отвернулся парень.

— Как думаешь, мы когда-нибудь полетим в космос? — спросила Полина.

Не отрывая глаз, с приоткрытым ртом она следила, как через большие ворота космический корабль медленно выплывает наружу. Он левитировал над поверхностью земли, а затем и воды.

По щеке медленно скатывалась слеза, которую она смахнула, пока никто не заметил.

Контактная группа замерла в ожидании и с восторгом наблюдала за происходящим.

— Наденьте-ка наушники. — Маша (по-прежнему в броне и с автоматом) протянула каждому по паре. Её руки даже не дрожали от волнения.

— А нам не стоит удалиться, спрятаться в каком-нибудь укрытии? — уточнил Макар у Константина Павловича.

— Они сами сейчас удалятся вот за тот мыс, чтобы из города их не заметили. — Мужчина постучал пальцем по карте, раскинувшейся на мониторе. Там была отмечена точка, видимо, он уже обозначил Гардадо место взлёта.

Макар смутился:

— А наши зонды умеют летать так далеко и быстро? — уточнил он, быстро изведя расчёты расстояния, которое он преодолел за несколько дней.

Но Константин Павлович не ответил, лишь хитро улыбнулся.

Корабль ушёл под воду, над поверхностью оставался лишь обратный киль, который у космического корабля находился сверху над командной палубой.

Сосредоточенности ихлетов можно было позавидовать.

— Вода даёт дополнительную противодействующую силу, — слегка цокнул Магнис, сверяясь с показателями заряда резонатора. Не нравилось это ему. — Нужно держаться ближе к поверхности.