Как мне кажется, очень неплохие результаты.

9

Совсем избежать зависти, как я и думал, избежать не удалось. Шепотки «это Мишка Карасёв, его отец опять в „Спортлото“ выиграл. Везёт же кому-то!» пришлось слышать за спиной недели две. Потом, конечно, затихло, поскольку родители смогли удержаться от искушения броситься по магазинам, чтобы одеть нас с братом «с иголочки», прибарахлиться «в меха» самим и одним махом поменять мебель в квартире. Да и вообще «сорить деньгами налево и направо». Удержались, в том числе, и благодаря моему постоянному нытью о том, как не следует делать. Немедленно зачастившие в «мой» домик после этого одноклассники и знакомые даже удивлялись, почему это халупа до сих пор не увешана коврами и не уставлена хрусталём.

— А какой смысл это делать? Меньше, чем через год, дом ломать придётся. Он и так пока мной используется исключительно как «запасной вариант» для ночёвки. И куда это всё девать, когда ломать его будем? Вот если останутся деньги после того, как новый дом построим и переедем в него, тогда и можно будет что-то дорогое купить.

Правда, зная ситуацию с возможностями родителей Раи обновить машину, я сам предложил Азату поговорить с моими «предками» о том, чтобы занять у нас недостающую на покупку сумму. Там что-то от пятисот до семисот рублей недостаёт после намеченной продажи их Москвича. В обмен на некоторые услуги. Во-первых, помочь в найме «нормальной» бригады для строительства «коробки» дома, баньки и дворовых построек, а во-вторых, к осени присмотреть молодую корову на смену нашей Красуле.

Мой столь «практичный» подход тоже стал для мамы и папы сюрпризом. Обсудили на семейном совете, одобрили. Как я понял, не без предварительного разговора родителей между собой о перспективах наших с Раей дальнейших отношений: то, что у нас всё «серьёзно» для них далеко не секрет. К тому же, переселение в другой населённый пункт ещё и связан с налаживанием отношений с живущими так людьми, а заранее иметь друзей или приятелей на новом месте — великое дело. В общем, мои усилия посредника увенчались успехом.

— Ждите первого мая в гости, — объявил мне Зякиевич. — Заодно и Райка с Ольгой пообщаются.

Смешно, но, забегая вперёд, упомяну сплетни, которые пошли гулять по Зелёной Роще после этого визита: «Приезжали свою девку за Мишку сватать». Правда, сватовство происходит, когда родители жениха приезжают в дом невесты. К тому же, рановато нам для создания семьи: шестнадцать лет, когда по закону разрешено «расписываться» даже «по необходимости» (говоря словами из фильма «Собака на сене», когда «плоды их любви стали заметны окружающим»), нам обоим исполнится только в сентябре. Мы же не в Средней Азии и не на Украине, где для этого невесте в эти времена требуется всего лишь четырнадцатилетний возраст. Но кого из любителей почесать языками волнуют такие «мелочи»?

Вторая сплетня — производное от первой. О том, что «Витька Карасёв дом в Атляне строит для Мишки, который вот-вот поженится». Разочаровывать односельчан в этой версии, естественно, никто не стал. Ясное дело, никто не поверит, что задумано всё совсем не так. Пусть болтают.

Судя по тому, что семейство моей подружки прибыло в полном составе, и за столом до конца обеда присутствовали даже дети, у Азата с Манифой, помимо «три пишем» собственные «семь на ум пошло» относительно нас с их дочерью тоже имелись. На несколько отдалённое, конечно, будущее. Об этом все, конечно, молчали, как рыба об лёд, но сватовство, не сватовство, а этакие «смотрины» получились. Продолжившиеся для женщин общением в квартире, для мужчин — осмотром нашего хозяйства, а для нас с подружкой — поездкой на мотоцикле «по местам боевой славы». Ну, с посещением перед этим Богдановых, где Ольга с Раей «почирикали» с часок.

Родители договорились, что я второго числа отвезу подружку домой на «Восходе», а отец, когда снимет необходимую сумму со сберкнижки, заберёт мотоцикл. Ночует девушка, естественно, не у нас, а у Богдановых.

Ясное дело, никакого похода по заводу и «исследования» бывших ракетных позиций на этот раз не было. Но гору Любви и Шапочку мы посетили. Под восторженные реплики подруги «а помнишь?». Помню. Всё отлично помню.

Вечером же на «знаменитой» лавочке состоялся мой «сольный концерт», куда пришла и Богданова. Из-за того, что Штирлиц, пару месяцев назад «женившийся по необходимости», на праздники к родителям не приехал. Если бы он «нарисовался», фиг бы Ольга пришла.

За прошедший год мои усилия в овладении мастерством игры на гитаре увенчались значительным прогрессом. С десяток песен, спетых мной, «отскакивали от зубов», в аккордах уже не путался. Не только бардовсие пел, но и популярные эстрадные или «киношные». К всеобщему удивлению, компанию в исполнении мне составила… мать Ольги, проходившая мимо.

— Я, правда, привыкла играть на семиструнной гитаре, но попробую и на шестиструнной сыграть, — попросила у меня инструмент Валентина Петровна.

И сыграла. Неплохо сыграла, исполнив почти забытый даже в это время романс. Если меня аплодисментами никто не награждал, то бывшей школьной учительнице хлопали все. А она, смутившись такого тёплого приёма, отдала мне гитару и пошла по делам дальше. Да уж! Взяла и, этак походя, утёрла нос молодёжи, показав, что и старшее поколение ещё чего-то стоит!

Конечно, Раю могли забросить домой и Богдановы. Всё равно Николай Петрович собирался отвезти Ольгу в Златоуст на «Луазике», а сделать для этого «лишний крюк» километров в шесть, чтобы заскочить в Атлян, совершенный пустяк. Вот только Муртазаева упёрлась: она поедет лишь со мной и на мотоцикле!

«Восход» после покупки машины «передаётся» в моё пользование, хоть мама и бухтит, что я «гоняю, как сумасшедший, и непременно где-нибудь сверну шею». Совершенно безосновательно бухтит. Езжу я аккуратно, хоть на мотоцикле, хоть на машине. Правда, последнего родители ещё не видели. Но эта «передача» состоится только осенью, когда и я, и папа будем с водительскими удостоверениями.

Да-да. Додавил я его, чтобы он подал документы на учёбу в «выездную» автошколу. Которую ему придётся заканчивать практически экстерном. Но даже перед покупкой «левых» прав он очень ответственно подошёл к изучению правил дорожного движения, и теперь ему требуется лишь восстановить имеющиеся знания и «вызубрить» экзаменационные билеты. Впрочем, как и мне: пусть со времени последней моей пересдачи прошло не так уж и много лет, но за четыре с половиной десятилетия правила неоднократно менялись.

Водительская практика? Придётся «припрягать» деда и дядюшек, которые будут появляться у нас. В себе-то я совершенно уверен, а вот папу придётся немного поднатаскать. Особенно — в выполнении обязательных упражнений. Троганье в горку и «заезд в гараж». Собственно, ничего сложного в них нет, нужно только «уловить», как правильно это делается. Ну, и немного потренироваться.

Дед очень ревниво относится к тому, что его «горбатым» управляет кто-то другой. Впрочем, и я такой же. В каком бы состоянии (имеется в виду здоровье, а не опьянение) ни был, а предпочитаю сидеть за рулём сам. И с лангетой на руке ездил, и с гипсом на ступне, и со сломанными рёбрами, и с температурой за 38, и с инфарктом, и с гипертоническим кризом, и с сердечными приступами. В любую погоду, в любых дорожных условиях. Но приходится дедуле терпеть: дело-то нужное — выучить вождению зятя и старшего внука. Особенно, блин, внука, который сел за руль и поехал так, что у деда, водителя от бога, ни единого замечания не нашлось.

Про водителя от бога я вовсе не преувеличиваю. Мне в «первой жизни» несколько раз (по пальцам одной руки можно пересчитать) приходилось ездить «под газом». Не люблю этого, но приходилось. И дорогу хорошо чувствовал, и машину. Дед же — большой любитель «поддать», и регулярно ездит пьяненьким. Причём, в каком бы он опьянении при этом ни был, по стилю вождения не отличить от трезвого. Самое же удивительное, если он едет трезвым, то все гаишники — его. А вот «поддатым» они дедулю никогда не останавливали. Насколько я знаю, вообще никогда!