— Всегда говорил, что хуже нет, если чего-то не знаешь, а потом про это ещё и забыл. Например про дату твоего рождения. К тому же, я как раз в начале марта валялся вот на этом диване с ангиной. И причём тут восемнадцать лет?

— Ну-у…

— Понятно, можешь не продолжать. Ты решила, что я предлагаю тебе выйти за меня замуж. Причём, немедленно. Анюта, ты меня совсем за идиота держишь? Я хоть раз дал тебе повод считать меня таким? Не скрою: да, я жутко хочу тебя, как женщину. Но только для этого нужно, чтобы и ты меня хотела, как мужчину. И готова была меня принять таким, какой я есть.

— То есть, тебе от меня нужно только моё влагалище.

Аут! Полнейший!

Отставляю в сторону гитару.

— Ну, что? Ещё по чашечке чая и кусочку тортика перед тем, как я пойду провожать тебя на остановку?

Чайник, зараза, уже успел остыть и никак не желает закипать…

— Миша, а что за песню ты напеваешь?

Мычу, если точнее. Ну, что же. Можно на прощание и спеть. После того, как допьём чай.

— Извини, я ещё не очень хорошо выучил, как она играется, могу сбиваться…

Я пытался уйти от любви,

Я брал острую бритву и правил себя.

Я укрылся в подвале, я резал

Кожаные ремни, стянувшие слабую грудь.

Я хочу быть с тобой.

Я хочу быть с тобой.

Я так хочу быть с тобой.

Я хочу быть с тобой,

И я буду с тобой

В комнате с белым потолком,

С правом на надежду.

В комнате с видом на огни,

С верою в любовь.

Твое имя давно стало другим,

Глаза навсегда потеряли свой цвет.

Пьяный врач мне сказал, тебя больше нет,

Пожарный выдал мне справку, что дом твой сгорел.

Но я хочу быть с тобой.

Я хочу быть с тобой.

Я так хочу быть с тобой.

Я хочу быть с тобой,

И я буду с тобой

В комнате с белым потолком,

С правом на надежду.

В комнате с видом на огни,

С верою в любовь.

Я ломал стекло, как шоколад, в руке,

Я резал эти пальцы за то, что они

Не могут прикоснуться к тебе.

Я смотрел в эти лица и не мог им простить

Того, что у них нет тебя, и они могут жить.

Но я хочу быть с тобой.

Я хочу быть с тобой.

Я так хочу быть с тобой.

Я хочу быть с тобой,

И я буду с тобой

В комнате с белым потолком,

С правом на надежду.

В комнате с видом на огни,

С верою в любовь.

В комнате с белым потолком,

С правом на надежду.

В комнате с видом на огни,

С верою в любовь.

— Чья это песня?

— Я не знаю фамилию этого свердловского музыканта, — вру я и неожиданно для себя срываюсь. — Да уйдёшь ты, наконец, или так и будешь продолжать издеваться надо мной?

Значит, всё будет, как и в «первой жизни». Пусть едет после распределения в тот Орск, рожает дочь от нелюбимого мужа, возвращается в Миасс и мыкается, пока тётка не оставит ей в наследство квартиру, повторно выходит замуж за отца «случайного» второго ребёнка…

Чем лучше всего вышибать дурные мысли из башки? Правильно: физическими нагрузками. Поэтому, после того, как мы со Смегельской в полном молчании («пока, пока» не считается) дошли до остановки автобуса (движение транспорта по центральным улицам Машгородка уже запустили), я двинулся не к дому, а в противоположную от него сторону. Мимо «двадцать третьей» общаги, тропками на дорогу, ведущую к НПО Электромеханики, потом вдоль забора предприятия и, наконец, в крутой, градусов сорок, подъём на Ильменский хребет.

Широкая тропа (место пользуется популярностью) упирается в каменную стену, высотой метров пять, с перерывами тянущуюся на пару километром на юг. Но там, куда подходит тропа, между скалами есть довольно удобный проход. Оттуда метров двести к северу, и выходишь на место, называемое «Балкон». Это действительно относительно (для гор) ровный скальный выступ, с которого отрывается потрясающий вид на долины между Ильменским хребтом и хребтом Большой Таганай. Все остальные горы заметно ниже главных таганайских вершин, хотя нельзя сказать, что они низкие.

Заозёрный хребет, охватывающий озеро Тургояк с запада, с такой же каменной стеной, как та, на которой я сижу, только куда более высокой (её в шутку называют «Великая Китайская стена»). Малый Урал с характерной «пипкой» южной оконечности, горой Крутой Ключ. Главный Уральский хребет с ещё более характерной скалистой Александровской сопкой. Вершины Малого Таганая с этого ракурса смотрятся невыгодно, но вот Большой Таганай — во всей красе. Похожий на спину стегозавра Откликной гребень, вечно белая (летом из-за складывающих её горных пород, а в прочие времена года — от снега) высшая точка окрестностей — гора Круглица.

Тургояк, «Жемчужина Урала» и «младший брат Байкала», почти со всех сторон закрытый горами, отсюда — как на ладони. Хорошо видны многочисленные озёра, пруды, разрезы, находящиеся в черте Миасса. Вплоть до Старого Города. А вот бОльшая часть Машгородка закрыто горой Керосинка.

Столь необычное название горушка получила из-за активности молодых ракетостроителей. Им в первые годы существования городка не хватало развлечений, вот они и придумали проводить «Керосиновые игры» на её склонах. В основном, катались с неё на лыжах и санях. А из-за ранней зимней темноты освещали трассы… керосиновыми факелами.

«Балкон», как и вся территория хребта, начиная от забора НПОЭ, это уже заповедник. Заповедник, ставший известным из-за обилия минералов. Да что там говорить? Примерно в полукилометре к северу от «Балкона» я в «первой жизни» натыкался на огромные булыжники красно-розового, «мясного», поделочного камня нефелина. В двух сотнях метров от северо-западного угла забора НПО лежат глыбы породы с вкраплениями огромных, с куриное яйцо, сапфировидных корундов. Будь они чуть прозрачнее, назывались бы уже сапфирами.

Если отойти от «Балкона» на десяток метров к востоку, открывается не менее впечатляющий вид на начинающуюся сразу от подножья Ильменского хребта равнину. С цепью множества озёр, больших и малых, растянувшихся вдоль древнего тектонического прогиба на полторы сотни километров. Находящиеся в поле зрения озёра, Большое и Малое Миассово, это тоже территория заповедника. И рыбалка на них — закачаешься! Когда в «той» жизни родители работали в заповеднике, мы с отцом ездили туда рыбачить, потому о ней и знаю.

Лесник кордона «Няшевская курьЯ» тогда рассказывал, как лодку одного из его гостей полчаса «катала» по заливу (а именно этот смысл имеет диалектизм «курьЯ») клюнувшая щука. Что это был за монстр, выяснить так и не удалось, поскольку рыбаку пришлось перерезать леску, которую он сдуру стал наматывать на локоть, чтобы не сломать спиннинг. Но в музее заповедника есть чучело щучьей головы, «хозяйка» которой, пойманная в каком-то из этих озёр, весила сорок кило.

Красотища! Листья на деревьях только-только начинают распускаться, да и то — далеко не везде (горы покроются зеленью немного позже). И после апрельской серятины это не может не радовать взгляд.

Просидел на горе почти до семи вечера. «Стрельнул» у компании, также, как и я, решивших полюбоваться окрестностями, спички и разжёг на камнях костерок. Рядом с ним как-то уютнее. Провонял дымом, но, когда вернулся домой, в дырявой голове — уже ни одной дурной мысли. Зато в холодильнике — ещё половина торта, который можно умять в одиночку под любимую музыку из колонок. В общем, лепота, описанная ещё в фильме «Ирония судьбы»:

Если у вас нету дома,

Пожары ему не страшны,

И жена не уйдет к другому.

Если у вас, если у вас,

Если у вас нет жены,

Нету жены.

Даже «гражданской» жены или просто подруги.

61

Как бы ни хорохорился, а окончательный (на что я за выходные настроил себя) разрыв с Аней пришлось «выбивать клином». Просто стал больше внимания уделять Катюхе. Не доставать ухаживаниями, как это делал Попцов, а просто больше с ней общаться. Если девушка сказала «нет», это вовсе не значит, что она вечно будет настаивать на этом решении. А мне от неё даже не столько «да» нужно, сколько возможность по-человечески пообщаться.