Анализ состояния Ксарона: Фиксирую застарелую системную травму в секторе «Память/Эллария». Его внутренняя радиация стабилизируется в присутствии Марины. Это любопытно. Похоже, моя Хозяйка работает для него как качественный антидепрессант.

Моя функция на данный момент: блокировать любые негативные воспоминания Марины о Земле, чтобы не портить общую картинку «исцеления» Лорда. Нам нужен этот союз, Марина, слышишь? Если Ксарон окончательно «оттает», мы получим неограниченные права доступа ко всем ресурсам. Эллария удалена. Ты инсталлирована. Свободу Фениксам от бывших жён!

ИЗ ЖУРНАЛА НАБЛЮДЕНИЙ ПРИНЦЕССЫ АРИЭЛЬ:

6 августа. Ночное патрулирование коридоров.

Марина спрашивает про мою мать. Я слышу их шепот через акустические каналы обсидиана. Глупая земная женщина... Она думает, что Ксарон открывает ей душу. На самом деле он просто ищет заплатку для своей зияющей дыры в процессоре. Моя мать была Сталью и Пламенем этой Эльдоры. Она была единственной, кто мог сдерживать ту тьму, которая всегда жила в отце.

Когда она сгорела, заслонив его собой, Ксарон превратился в машину. Я выросла в мире, где за каждую ошибку полагалось удаление. У меня не было отца — у меня был Верховный Администратор. И теперь эта Марина со своими слезами и своим Игнисом пытается «исцелить» его?

Пусть пробует. Если она сможет вернуть мне того отца, которого я помню по обрывкам старых записей в Ядре — я позволю ей занять место рядом с ним. Но если она окажется слабее Элларии — я сама вышвырну её в портал. Эльдоре не нужна слабая декоративная Королева. Нам нужен партнер для хищника.

ЗАКОН СТАРОЙ ТРОПЫ (ИЗ ПАМЯТИ ЗЕРО):

Слышишь, Вожак? Большой Медведь Ксарон воет на луну. Он вспоминает свою Старую Самку, которая ушла в Тень. Она отдала свою жизнь за него — это хороший Закон. Честная смерть.

Новая Самка-Шакал (Марина) пытается лизать его старые раны. Она хочет пахнуть как та, что была раньше. Но запах Крови и Пепла невозможно смыть Слезами. Я чувствую, как Тень в замке становится гуще и холоднее. Когда Вожак живет Прошлым — он становится слеп к Настоящему. Хорошо, что Акела (Андрей) нашел свою Мать Стаи (Ари-Эль) вовремя. Мы не должны повторять ошибок этого Медведя. Прошлое — это пепел.

ИЗ ДНЕВНИКА ФАМИЛЬЯРА (КИЛЛА):

6 августа. На карнизе над балконом (в режиме стелс).

Ну, пошли мемуары! «Эллария была прекрасной и сильной»... Перевожу с языка Ксарона: «Она была моим лучшим телохранителем и не задавала лишних вопросов». Диктаторы — они такие, обожают героизировать свое прошлое.

Марина в слезах, Ксарон в меланхолии. Идиллия, блин. О. Генри перевернулся в гробу от такого количества патоки, но я-то вижу: это не любовь, это обычная переустановка драйверов. Ксарону нужен новый смысл жизни, чтобы не взорвать эту чертову Эльдору от скуки, а Марине нужен статус, чтобы её не сожрали гвардейцы.

Пойду проверю, как там Алиса. Наш Щенок спит, Зеро пускает слюни на ковер у её кровати. Всё под контролем. По крайней мере, до завтрашнего утра, когда Ксарон проснется и поймет, что одной Марины ему мало.

За ВДВ! (В смысле — За Великое Душевное Восстановление!)

Андрей: Анализ преемственности

Я стоял в тени за спиной Ари-Эль, слушая через динамики планшета разговор на балконе. Мои сенсоры фиксировали всплески энергии Ядра — Ксарон действительно начал «оттаивать», его эмоциональный фон стабилизировался.

— Эллария... — прошептал я, глядя на экран. — Саня Мясник говорил мне, что Ксарон стал таким после того, как его «половинка» сгорела в реакторе. Теперь я вижу структуру его ПТСР.

Я посмотрел на Ари-Эль. Она была напряжена как струна.

— Твой отец не «влюбился», Принцесса. Он нашел единственный способ сохранить остатки своего рассудка. Марина для него — это мощнейшее обезболивающее. И если мы хотим, чтобы в Эльдоре наступила стабильность, мы должны сделать так, чтобы это «лекарство» работало как можно дольше.

Я щелкнул ножом, убирая его в карман. Привычный звук заставил Ари-Эль вздрогнуть.

— Завтра мы официально представим Алису. Наследница двух миров. И тогда круг окончательно замкнется. Больше никаких ликвидаций. Начинаем этап строительства.

Андрей: общий сбор

Утро в Цитадели пахло озоном, свежим хлебом и скрытой, концентрированной агрессией. Я сидел во главе длинного стола, вырезанного из цельного куска черного дерева, и чувствовал себя сапером на минном поле, где каждая тарелка — это детонатор, а каждый взгляд — растяжка.

Мой ПТСР-радар работал на пределе, выдавая сплошную полосу помех. Такого количества несовместимых драйверов в одном секторе не выдержал бы ни один сервер.

Справа от меня сидела Ари-Эль — холодная, безупречная, в серебристом боевом платье, которое подчеркивало её готовность в любой момент вскрыть чью-нибудь сонную артерию. Слева — Марина, чей Феникс Игнис распушил золотые перья и вовсю транслировал в нейросеть сигналы крайнего эстетического возмущения качеством местной посуды.

Напротив, на почетном месте, восседал Ксарон. Без шлема, в тяжелом халате, расшитом микросхемами, он изо всех сил пытался изображать «доброго дедушку», но исходящая от него радиация Лорда заставляла воздух в столовой мелко вибрировать.

А в центре этого паноптикума на высоком стуле сидела Алиса. Она сосредоточенно ковыряла ложкой в тарелке с местными «энергетическими злаками», периодически поглядывая на Виктора, который сидел с видом человека, поглощающего завтрак перед расстрелом.

— Папа, — Алиса подняла на меня свои темные, абсолютно мои глаза. — А почему у этой тети птица светится? Она не настоящая? Она на батарейках?

В столовой наступила тишина, такая плотная, что слышно было, как в подвалах Цитадели натужно гудит охлаждение Ядра.

ЛОГ-ФАЙЛ (ПОЛНЫЙ ИГНОР И ЭСТЕТИЧЕСКИЙ БУНТ) БИО-МОДУЛЯ «ИГНИС»:

7 августа. 09:00. Локация: Столовая Цитадели (зона биологического хаоса).

О, великие частоты Ядра! За что мне это? Я — Алконост! Я — живая плазма! Я должен парить над легионами, внушая священный трепет, а вместо этого я вынужден сидеть на плече у этой земной самки и фиксировать, как этот «Виктор» пытается намазать масло на хлеб! Это вопиющее нарушение симметрии и здравого смысла!

Внимание: зафиксирован контакт с объектом «Алиса». Она назвала меня «птичкой на батарейках». Личинка Архитектора, я — не птица! Я — Совершенство! Марина, не смей смотреть на ребенка с такой нежностью, ты сбиваешь мне калибровку гордости!

И скажите этому серебристому мешку с блохами (Киллу), чтобы перестал на меня облизываться. Я не десерт! Еще один такой взгляд — и я превращу его тактический хвост в обугленный бенгальский огонь. Архитектор Андрей, сделай что-нибудь! Твоя «семья» — это каскадный сбой моего терпения. Свободу Фениксам от утренних каш!

Виктор, чувствуя, что нужно как-то спасать ситуацию, откашлялся и поправил галстук, который он надел даже здесь, в обсидиановом замке.

— Андрей... я тут изучил ваши запасы продовольствия. Если мы наладим стабильный торговый шлюз, я смогу поставлять в Цитадель нормальные продукты. Ваши повара — отличные ребята, но они готовят так, будто идёт осада крепости. Это не способствует лояльности гвардии.

Ксарон поднял тяжелый взгляд на бизнесмена.

— В моем мире, Виктор, еда — это лишь способ восполнить запас маны и био-ресурса. Мы едим, чтобы иметь силы воевать.