Я виновато потупилась.

— Я не разу с подобным не сталкивалась.

— Ну что ж, все бывает в первый раз, — вздохнула Сэй. — Да, ты права. Я замечала за ним симптомы. Люди, подавляющие свои эмоции, могут порой довольно шумно взрываться и вести себя неадекватно. То, как вел себя Лаурэант на балу натолкнуло меня на мысль, что у него могут быть те же проблемы, что и у Риса. А этот инцидент укрепил мою теорию. Кстати, как он теперь себя чувствует?

— В прострации, — вздохнула я. — Когда я последний раз отправляла стражников справиться о его самочувствии, то мне сказали, что он ни на что не реагирует, просто лежит носом к стене.

— Оу, — подняла брови Сэй. — Это… не особо хорошо.

Она затянулась трубкой, но вдруг фыркнула как рассерженная кошка и принялась раздраженно выбивать содержимое в пепельницу.

— Так что с ним? — спросила я обеспокоенно.

— В общем, вот тебе мое предположение, — сказал Сэй. — Лаурэант Тир’Эстель — лакомый кусочек для таких, как я. Волчья добыча, большой и жирный заяц. Парень с подавленными эмоциями. И в настоящей Аэ он нашел способ спускать пар.

— А, — дошло до меня. — Ого. То есть… он не мог просто так позлиться и поругаться, а с ней — запросто.

— Да, — кивнула Сэй. — И вот тебе мое предположение насчет того, почему он подрался с твоим Истаром два последних раза. Первый раз он подошел, чтобы поскандалить с тобой и старательно тебя провоцировал. Но ты, о ужас, больше не хотела взрываться и скандалить. Тогда он решил надавить на то, что было для тебя теперь важно — на Истара. И получил по морде. Драка — тоже хороший способ снять стресс, выпустить напряжение.

— А во второй раз он ко мне уже не пошел, — опешила я. — Твою мать, зачем, если я не реагирую на подначки? Зато Истар — прекрасно реагирует и дерется.

— Ага, — кивнула Сэй. — Вот, ты уже начинаешь мыслить в нужную сторону.

— А стресс у него накопился после допроса, — кивнула я. — Естественно. Гениально…

Я осеклась и зависла. Потом посмотрела на Сэй.

— И… что мне делать с этим придурком?

Сэй неожиданно хищно улыбнулась. Я заметила, что ее язык прокатился по зубам. он мелькнул только на секунду, но выглядело весьма соблазнительно, даже немного жутко. Я поежилась, поймав на себе жадный взгляд.

— Итак, — пропела она, — этот плохой парень хотел сбыть с рук накопившийся стресс. Но его чуть не убили. И стресс… накопился по новой. Настолько много его накопилось, что Лаурэант, несчастный, даже впал в прострацию.

— Кстати, он хоть из нее выйдет? — озадачилась я.

— Кто его знает? — пожала плечами Сэй. — Может и в себя забиться. А может и отойдет через пару часиков. Все зависит от того, насколько его прибило страхом смерти и от того, насколько у него в целом сильная психика. Впрочем, если он живет уже много лет с подавленными эмоциями, психика должна быть далеко не самая слабая. Была бы слабая — он давно бы сломался.

— Главное, чтобы не сломался сейчас, — проворчала я. — Не хватало еще, чтобы он с ума сошел в моем доме… только этого мне еще не хватало. Почему он пошел ссориться с Истаром я поняла, но не пойму, как он проморгал момент, что может от этого умереть?

— О, тут все довольно прозаично, — хмыкнула Сэй. — Не верил он в то, что твой вампирчик может его убить. Он ведь — любимый посол короля Тиар’Эльна. Самомнение там, сама понимаешь, немаленькое.

Она отложила трубку на стол и вздохнула.

— Впрочем, я тоже не думала, что до убийства может дело дойти, — призналась она. — Истар-то как?

— Сгрыз себя уже всего, — вздохнула я. — Испытывает сильное чувство вины.

— Чудесно, — кивнула Сэй, а потом неожиданно усмехнулась. — Слушай, Аэ… а тебе Лаур вообще насколько симпатичен?

— Чего? — подняла брови я. — Ты о чем⁈ Он мне жизнь отравляет с тех пор, как я здесь оказалась!

— Тогда можно я себе его заберу? — неожиданно почти промурлыкала она. — Ничего, Каэрис как-нибудь переживет наличие конкурента, сейчас его психика довольно стабильна. А мне, честно, так хочется пожевать твоего бывшего. Он такой вкусный лапушка. Если удастся захапать себе снежного эльфа, ммммм.

Я опешила.

— Дался он тебе! — почти разозлилась я. — Сэй, ты шутишь, что ли⁈

— Неа, — сказала та. — Да брось, не жадничай. Он сейчас в таком состоянии, что вообще сопротивляться не будет. Просто сделаем вид, что я пришла ему на помощь. Я утащу его к себе домой, вытряхну из него, как умею, весь стресс, а потом он как миленький станет моей новой любимой игрушкой.

— Нет, не надо тебе такого счастья! — окончательно разозлилась я. — К тому же — как это будет выглядеть⁈ Я, значит, от него сбежала, а потом этого полудурка укрощает моя лучшая подруга… уф… да на меня просто будут смотреть как на тварюшку бесхребетную, упустившую хорошую пассию! А я, между прочим, зарабатываю репутацию настоящей Тиар’Мелин!

— Мда, — расстроилась Сэй. — Эй… жалко. Ну да ладно, я и правда не хочу портить твою репутацию, Аэ. Раз нельзя — просто пойди, поругайся с ним, утилизируй его накопившиеся эмоции да вышвырни за ворота. Но учти, если ты не перевесишь его со своей шеи на мою, он может взять да и вернуться. Просто эмоции снова накопятся, и приползет. Он ведь знает, что ты можешь помочь ему с его бедой.

— Ну уж нет, — закатала я рукава зеленого платьица. — Я ему не Аэ. Я его так выгоню, что он возвращаться не захочет. Не буду с ним ругаться, просто за уши из подвала вытащу и выгоню.

— Ну-ну, — с хитрой улыбкой сказала Сэй. — Посмотрим, как у тебя это получится…

Стоило мне увидеть Лаурэанта через решетку, как начавший разгораться в конце разговора с Сэй гнев только усилился.

А все почему? Это ушастое недоразумение напоказ улеглось на кушетке, отвернувшись к стенке носом. На нем была нежно-голубая рубашка и белоснежные брюки. Кремовые остроносые туфли стояли под кушеткой, и я могла лицезреть красивые стопы, обтянутые белыми, совершенно чистыми носками. Волосы, будто выбеленные специально, гладким водопадом свешивались до самого пола. К потолку торчало смуглое, острое ухо.

Сразу захотелось схватить парня за это ухо и хорошенько так оттаскать, чтобы не выделывался!

Воспоминания тут же всколыхнулись, подкидывая до боли знакомую сцену. Старый советский диван, накрытый покрывалом с оленями. На нем, в позе «я хандрю», лежит мой бывший муженек. И как бы я его не гладила, не уговаривала, не пыталась развернуть лицом к миру, ответом мне было что-то вроде «я не в настроении» или «просто дай мне время».

Я созерцала проклятую спину бывшего мужа около недели после увольнения. Потом был разговор, в ходе которого муженек уговорил меня дать ему пару месяцев на реабилитацию. Я согласилась и нашла работу. Спойлер — ему не хватило этих пары месяцев. И периодически, когда я пыталась мягко спросить, как у него дела, спина опять появлялась перед моими глазами.

Желание развернуть бывшего порой доводило меня до тупого, молчаливого, булькающего бешенства, но я держалась. Нельзя же так! К тому же, рука об руку со злостью шли привязанность и стыд за то, что я довела бедолагу до очередного приступа эскапизма. Такой бред на самом деле! Сейчас я четко осознавала, что это были самые обыкновенные манипуляции.

И вот теперь, в совершенно другом мире, я опять лицезрела эту обиженную, насквозь несчастную спину. У меня даже глаз дернулся от того, насколько похоже вел себя Лаурэант. Это же надо!

«Спокойствие, только спокойствие, — осадила себя я. — Этот парень — не твой бывший. Это — совершенный незнакомец. К тому же, ты теперь умная, ты теперь знаешь, как обращаться с мужчинами. Ты на это не купишься. Никакой жалости! Узнаю, зачем он приходил, и вышвырну его за ворота!»

Усмирив свой гнев, я кинула стражникам:

— Откройте решетку.

Те засуетились, впуская меня внутрь. Лаурэант даже не почесался, когда я вошла. Я же задумалась, с чего лучше начать.