— Если хотите — можете сходить на кухню и попросить повара приготовить для гостя порцию еды, — кивнула я им. — Он бывал у нас, наверняка повар в курсе, что он ест, что не ест.

Девчонок как ветром сдуло, и мы с Истаром остались одни. Тот тут же опустил глаза.

— Давай честно, — кивнула я, решив, что все проблемы надо разбирать до того, как негатив накопится, — ты ревнуешь?

У Истара опустились плечи. Он дал себе пару секунд собраться с духом, а потом выдохнул и, посмотрев на меня чуть неуверенно, пояснил.

— Госпожа Сэйнарель велела мне говорить тебе прямо о любом дискомфорте. Причем, говорить это так, как мне чувствуется. Аэ… сейчас я не ревную тебя к нему. Я, скорее, чувствую себя никчемным и боюсь, что ты меня им заменишь.

Я улыбнулась и мысленно расцеловала Сэй. А потом поставила себе памятник за то, что прочитала так много всего про полигамию, взвесила все возможные варианты развития событий и, в целом, была готова вот именно к этому.

— Отлично, — кивнула я. — Я прекрасно понимаю, что словам твоя кошка-тревожка не поверит.

— Кошка… тревожка? — озадачился Истар.

— Так в моем мире говорят, — кивнула я. — Когда кому-то грустно или боязно, говорят, что на душе кошки скребут. А нервное состояние иногда называют кошкой-тревожкой. Итак, если я просто скажу твоей злой кошке, что это все не так, то она поверит и перестанет тебя царапать?

Истар подумал, а потом обеспокоенно покачал головой. Зато честно.

— Тогда как мне доказать, что ты мне так же дорог, как и раньше, а Лаур — это просто интересная игрушка, подвернувшаяся под руку? — спросила я. — Как твоя личная кошка мне поверит?

Истар завис, схватившись за подбородок.

— Не думаю, что есть какое-то волшебное решение, — сказал он. — Наверное, проблема в том, что мы с тобой сравнительно недолго вместе. В этом есть как плюсы, так и минусы…

Он вздохнул и потупился.

— Да, если бы я был с тобой дольше, мне сложнее было бы все это принять, — пробормотал он. — Всегда думал, что я совершенно лишен ревности. Но, как оказалось, мне просто никто до этого настолько сильно не нравился.

Я тоже задумалась о том, как ему помочь.

— Ну, — хмыкнула я, — давай вот с чего начнем. Во-первых, я не просто так тебя подрядила за ним ухаживать. Присмотрись к нему. Удостоверься, что он не враг ни тебе, ни мне. Просто запутавшаяся душа, оказавшаяся в беде.

— Гм, на самом деле, к нему у меня никаких претензий больше нет, — признался Истар. — Никогда бы не подумал, что эльф, которого я столько времени ненавидел, может оказаться настолько похожим на меня. Пусть мы мучились по разным причинам, но он явно настрадался так же, как и я. Если не больше, учитывая то, в каком он состоянии.

Я удивленно кивнула.

— Просто госпожа Сэйнарель говорила, что у меня очень крепкая психика, — смутился он. — И что обычно людям и меньше надо для того, чтобы сломаться. Говорила, что мой разум должен походить на труху из-за всего, что я пережил, но я хорошо сохранился. Теперь, на примере Ларуэанта, я вижу, что она была права.

Я улыбнулась ему уже более уверенно, поняв, к чему он это.

— Я с радостью позабочусь о нем несмотря ни на что, — продолжал Истар. — Есть только одна вещь, что меня тревожит.

— Это что-то по поводу твоей сестры? — уточнила я.

— Да, — кивнул Истар.

— Слушай, — осторожно начала я, — я тут подумал… просмотрела вчера то письмо, которое мы посчитали «неопровержимым доказательством его вины», Но я нефига ничего не понимаю. Слова «я был очень рад спустить пар» в конце будто кричат, что он просто прибил ее или избил хотя бы. Но хоть ты тресни, если он не отличный актер или конченый социопат, я не верю, что он мог этого сделать. Так что я вообще не понимаю, к чему были те слова.

— Тоже понятия не имею, — хмыкнул Истар. — Прости, тут мне нечем тебе помочь.

— На самом деле есть чем, — я придвинулась к чему чуть ближе. — Истар, а… с чего ты вообще взял, что именно он ее убил? И какие ты нашел доказательства в его доме?

— Это долгая история, — кивнул Истар. — В общем… начнем с того, что моя сестра начала странно себя вести примерно за пару месяцев до того, как исчезла.

— Странно себя вести? — озадачилась я.

— Да, — кивнул Истар. — Она иногда приносила домой большие суммы денег, но скрывала их от меня. Пару раз я видел, как она плакала. И ее знакомые говорили, что видели, как она несколько раз, нервно оглядываясь, садилась к кому-то в очень богатый экипаж с зашторенными окнами.

— Ого, — озадачилась я, связав два и два. — Так… выходит, они с Лауром… не один раз встречались⁉ Или это была не его карета и я что-то не так поняла?

— Нет, ты все поняла правильно, — поморщился Истар. — А теперь подумай. Ты сама знаешь, чем сестра занималась. Она однозначно предоставляла ему интимные услуги. Иначе зачем бы ей куда-то с ним ездить⁈

У меня взлетели брови.

«Ага, — протянул мой внутренний голос, — вот ведь подонок! Он еще и изменял Аэ с проституткой! Вот ведь!»

Впрочем, это могло объяснить тот факт, почему Лаурэант не бросился за Аэ в погоню. Он мог просто банально подумать, что она узнала об измене.

— Потом сестру нашли на улице мертвую, ее тело вытащили из городского канала, — сказал Истар. — Городская стража и сыскной дом свалили все на местных бандитов. Они поймали какую-то шайку, обвинили их и отправили на казнь. Но меня зацепил тот факт, что последним, кто видел ее, был некий аристократ, имя которого мне не раскрыли. Он фигурировал по делу инкогнито из-за очень высокого статуса. Но я все равно благодаря друзьям сестры узнал, кто это был. И таким образом вышел на Лаурэанта. Я был так… так обижен и взволнован, что накрепко вдолбил себе в голову, что именно он убил сестру и просто свалил все на бандитов.

— И ты полез к нему домой, — кивнула я.

— Да, и я полез к нему домой, — повинился Истар. — И нашел там, в его комнате… гм… белье сестры. И еще там откровенно пахло ей и слезами луны. Я решил, что это — достаточные доказательства того, что он виновен. А что было дальше ты знаешь.

— Вот оно как, — хмыкнула я. — Занятно. Интересно, что же там на деле случилось?

— Вот и мне теперь интересно, — кивнул Истар. — И скоро мы это узнаем. Он ведь и вчера почти рассказал. Если бы он не был настолько подавлен, то точно бы рассказал!

— Да, но мы далеко ушли от темы, — напомнила я.

— Да, — виновато поник Истар. — Ладно, что ж. В общем, я не злюсь на него, скорее, я заинтересован в том, что у них там случилось. И я не злюсь на тебя. Ты не клялась мне в том, что я буду у тебя во веки веков один. Однако я недоволен собой из-за того, что я не так прекрасен, чтобы тебе не хотелось смотреть на меня и только на меня до конца своих дней.

— Знаешь, в каких случаях местные девушки заводят только одного партнера? — уточнила у него я.

Истар озадаченно покачал головой.

— Они заводят только одного в том случае, если он настолько бедовый, что Лаурэант на его фоне покажется просто образцом душевного здоровья, — пояснила ему я. — А также одного партнера оставляют те дамы, что пережили уже одного своего мужа и знают, что такое проводить в земные недра любимого человека.

— А, — выдал Истар. — Это… многое объясняет.

Потом задумался.

— Так вот почему у госпожи Иллианиэль всего один Сэли, — пробормотал он. — А у госпожи Сэйнарель — только один Каэрис. Я так-то и правда замечал, что в мужской клуб мужчины приходят парами и тройками, от одной дамы. Некоторые соперничают, но куда больше я видел дружеских отношений…

Он задумчиво почесал шею.

— И, к слову, Каэриса называют «проклятьем своей госпожи», — припомнил вампир.

Потом посмотрел на меня виновато.

— Я не хочу быть твоим проклятьем.

— Вот и славно, — кивнула я, радуясь тому, что он сам так ловко из всего этого выкрутился. — А по поводу того, что ты какой-то там не такой — просто выброси это из головы. Ты серьезно считаешь, что я тебя, живого и страстного, готова целиком променять на эту хрупкую ледяную куклу?