— Есть.

— Вода?

— Есть.

Андрей поднял палец.

— Мозги?

Машка повернулась.

— АНДРЕЙ!

Он довольно улыбнулся.

— Отлично. Значит, тоже на месте.

Папа расхохотался. А мама неожиданно подошла и поцеловала дочь в макушку.

— Удачи, моя хорошая.

Машка обняла её.

— Спасибо, мам.

Потом обняла папу. И наконец повернулась к брату. Он протянул ей кулак.

— Давай, мелкая. Покажи этому Громову, что Поповы способны не только котлеты придумывать.

Машка стукнула своим кулачком о его.

— Постараюсь.

Андрей улыбнулся.

И неожиданно сказал совершенно серьёзно:

— Мы тебя любим. С любой оценкой.

Машка посмотрела на него. На секунду растерялась. Потом крепко обняла.

— Я вас тоже.

Папа вызвался отвезти её в университет. По дороге Машка почти не разговаривала. Смотрела в окно. На деревья. На прохожих. На знакомые улицы.

А когда машина остановилась возле главного корпуса, вдруг вспомнила первый день.

Сентябрь.

Безуспешные поиски коричневой юбки, которую она ещё летом порвала на заборе.

Опоздание.

Пролитый кофе.

И знакомство с Денисом, после которого она всерьёз думала, что университетская жизнь у неё не сложится. Машка неожиданно улыбнулась. Папа заметил.

— Чего смеёшься?

Она показала на дорожку к главному входу.

— Помнишь мой первый день?

Сергей посмотрел. Потом рассмеялся.

— Как же не помнить.

— Господи, пап… Я тогда думала, что умру со стыда.

Он улыбнулся.

— А сейчас?

Машка задумалась.

— Сейчас понимаю, что история с юбкой и кофе была только разминкой.

Папа захохотал. Она наклонилась. Поцеловала его в щёку.

— Спасибо, что подвёз.

— Удачи, дочка.

Машка вышла из машины. Поправила сумку. И направилась к университету. На этот раз — не опаздывая, без поисков юбки и без кофе, пролитого на будущего парня. И, слава богу, в удобных брюках. Возле аудитории уже собралась почти вся группа.

Лера сидела на подоконнике и повторяла названия костей. Кристина проверяла конспект. Денис стоял возле окна.

А Стас Морозов…

Стас держал бумажный пакет. Машка остановилась. Посмотрела. И тяжело вздохнула.

— Морозов.

Он обернулся.

— Привет!

Она указала на пакет.

— Что там?

— Булочки.

Машка закрыла глаза.

— Сколько?

— Шесть.

— Зачем?!

Стас удивился.

— Ну как зачем? Сегодня последний экзамен!

Она посмотрела на него.

— И?

Он совершенно серьёзно ответил:

— Либо отмечать, либо заедать горе. Я подготовился к обоим вариантам.

Лера расхохоталась. Кристина покачала головой. А Денис обнял Машку.

— Привет, любимая.

Она прижалась к нему.

— Привет.

Он поцеловал её.

Потом тихо спросил:

— Как настроение?

Машка задумалась.

— Знаешь, удивительно спокойное.

Денис улыбнулся.

— Хорошо.

Она посмотрела на дверь аудитории.

— Правда, если оттуда сейчас выйдет Громов и спросит, какая мышца отвечает за движение моего левого уха, я сразу передумаю.

Денис рассмеялся. Ровно в девять дверь открылась. На пороге появился профессор Громов. Строгий. Подтянутый. В белом халате.

С журналом в руках. Он осмотрел студентов.

И спокойно произнёс:

— Доброе утро, коллеги.

— Здравствуйте!

— Сегодня ваш последний экзамен первого курса.

Кто-то нервно вздохнул. Громов приподнял бровь.

— Надеюсь, за год вы успели убедиться, что человеческий организм устроен несколько сложнее, чем изображено на рекламных плакатах фитнес-клубов.

По коридору прокатился смешок.

Профессор продолжил:

— Не нужно демонстрировать абсолютное знание всей анатомии. Но основные структуры, их расположение, функции и взаимосвязи вы должны понимать.

Он сделал паузу.

— И ещё.

Все замерли.

— Если чего-то не знаете, не пытайтесь убедить меня в существовании нового органа.

Машка моментально посмотрела на Стаса.

Тот обиженно прошептал:

— Почему сразу на меня?!

Она едва сдержала смех. Первой вошла Кристина. Потом Денис. Следом несколько других студентов. Машка стояла возле окна. Пыталась смотреть на деревья.

Но каждые две минуты поворачивалась к двери. Наконец вышел Денис. Она сразу бросилась к нему.

— Ну?!

Он улыбнулся.

— Пять.

Машка завизжала.

— ВОЛКОВ!

Он рассмеялся. Обнял её.

— Тихо! Ты следующая.

Она замерла.

— Чего?!

Из аудитории раздался голос Громова:

— Попова Мария!

Машка посмотрела на Дениса. Тот улыбнулся.

— Иди.

Она глубоко вдохнула.

— Всё. Если не вернусь…

— Вернёшься.

— А если…

— Маш.

Она посмотрела на него.

Он тихо произнёс:

— Ты справишься.

Машка улыбнулась. И вошла. Аудитория показалась непривычно большой. На столе лежали экзаменационные билеты. За кафедрой сидел Громов. Рядом — второй преподаватель.

Машка поздоровалась. Подошла. Протянула руку. Взяла билет. Посмотрела. И почувствовала, как сердце резко ударило.

Билет № 17. Первый вопрос — строение локтевого сустава. Второй — мышцы плеча. Третий — основные сосуды верхней конечности. Машка медленно выдохнула. Это она знала.

Не идеально. Но знала. Она села за стол. Достала ручку Андрея. Развернула лист. И начала писать план ответа.

Подготовка прошла удивительно спокойно. Сначала она набросала основные структуры локтевого сустава. Кости. Суставные поверхности. Капсулу. Связки.

Потом вспомнила движения. Сгибание. Разгибание. Пронацию. Супинацию. Дальше — мышцы плеча.

Передняя группа. Задняя группа. Функции. Иннервация. На третьем вопросе пришлось задуматься. Машка осторожно записала основные артерии.

Потом проверила мысленно их ход. И вдруг вспомнила, как на первом курсе пыталась выучить каждое название отдельно. Без понимания. Просто зубрила. А потом удивлялась, почему всё забывает. Теперь было иначе.

Она представляла расположение структур. Связи. Направления. И постепенно ответ складывался сам собой.

— Попова, готовы? — спросил Громов.

Машка подняла голову.

— Да, Пётр Николаевич.

Она подошла к преподавательскому столу, села и разложила листы. И начала отвечать. Сначала немного нервничала. Но уже через минуту почувствовала, что всё идёт хорошо. Она рассказывала о локтевом суставе. Объясняла его строение.

Показывала движения. Профессор слушал. Иногда кивал.

Потом неожиданно спросил:

— Почему вращение предплечья возможно, хотя локтевая и лучевая кости соединены между собой?

Машка задумалась. Вот тут требовалось не просто назвать сустав. Нужно было объяснить механизм. Она выпрямилась.

— Потому что при пронации и супинации лучевая кость движется относительно локтевой. В этом участвуют проксимальный и дистальный лучелоктевые суставы. Локтевая кость при этом относительно стабильна, а лучевая меняет положение вокруг неё.

Громов кивнул.

— Хорошо. А какие мышцы выполняют супинацию?

Машка ответила. Профессор уточнил ещё несколько деталей.

Она справилась.

На втором вопросе возникла небольшая заминка. Громов попросил назвать особенности иннервации одной из мышц. Машка вспомнила основной нерв. Но затем преподаватель уточнил деталь, которую она изучала давно. Она остановилась. Подумала.

Потом осторожно произнесла:

— Пётр Николаевич, здесь я не уверена. Основной ответ знаю, но дополнительную особенность сейчас могу назвать неправильно.

Громов внимательно посмотрел на неё.

— Хорошо. Тогда вернёмся к более общему вопросу.

Он предложил объяснить функциональную связь нескольких мышц при движении руки. Машка сосредоточилась. И ответила. Уже увереннее. Третий вопрос прошёл почти без затруднений. Профессор слушал.

Потом закрыл журнал. Посмотрел на студентку.

И неожиданно спросил:

— Попова, скажите мне одну вещь.