Влад устало трет глаза, подсчитывая последние деньги, которые ему выплатили.

Не густо.

Он хватается за голову обеими руками, думая о том, как ему быть.

Марк прав, назвав его странником. Хоть Влада это и не так сильно задевает, но сейчас он задумывается об этом как никогда раньше. Что, если он так и будет перебиваться подработками и не найдет себя, дело своей жизни?

А ведь Катя не была такой.

Она всегда к чему-то стремилась. Но ее история закончилась по-другому. Хотя тогда Катя уже знала все наперед. Окончив университет, она собиралась устроиться на работу, начать новую жизнь. Однако душевные раны не залечить ничем.

Перед смертью она осунулась, стала меньше общаться с друзьями, потеряла счет времени. И Влад ее поддерживал как мог. Но только не спас в самый последний момент.

После той случайной встречи в библиотеке Катя и Влад стали больше общаться. Он все-таки согласился принять ее помощь по учебе, поэтому она основательно за него взялась. И у Влада как будто стало лучше получаться.

Однажды она его привела на крышу, чтобы посмотреть на закат. Розовые и багровые лучи освещали парящие над землей облака, расстилали свой яркий свет, покрывая серый город. Казалось, что и без того хмурые хрущевки переливались, а окна в них приобрели причудливый оттенок. Вдалеке можно было разглядеть проезжающие мимо машины и людей, размером с букашек.

Влад потянулся к солнцу, закрывая его рукой. Ладонь стала теплой, обдаваемая летним ветром, с которым на всю округу разносился приятный аромат сирени.

— Люблю это место, — Катя закрыла глаза. — Здесь можно быть собой.

Влад опешил. А разве она может быть другой? Собранная, целеустремленная, мудрая. Что же тогда скрывается за этой маской?

Влад засунул руки в карманы и протараторил:

— Да-а-а, понимаю.

Хотя на самом деле он не понимал. Но при этом очень хотел. Ему нравилась Катя. Не просто как друг. И, наверное, это может перерасти внутри него в нечто большее, чем просто симпатию.

— Почему ты не уехала домой на каникулы, а осталась в общежитии?

Катя вздохнула:

— Я стараюсь реже туда возвращаться.

— Почему?

Влад снова не понимал. Он ладил с родителями, хоть и не так хорошо, как хотелось бы. Но все-таки чаще всего приезжал в гости. После смерти Кати, после того как он бросил университет, с родителями они больше не общались. И Владу было тяжело, хоть он и понимал, что это его цена за помощь другим. Одиночество.

— Когда мне было одиннадцать, мой отец повесился в нашем доме. Я первая его нашла.

На ее глазах заблестели слезы. Видимо, она так и не смогла с этим смириться. Влад не умел поддерживать словами, поэтому он подошел и тронул ее за плечо.

— Катя…

— Он был болен, — ее голос дрожал. — Шизофрения. Он в последнее время бредил, был сам не свой. Говорил про каких-то призраков, чертей. Мама сказала, что это пройдет и я ей верила. А потом… случилось то, что случилось.

Она прижалась к нему, уже рыдая. Влад обнял ее, гладил по голове, но не проронил ни слова. Она так и стояли молча на крыше, пока солнце садилось за горизонт, уступая место мраку. А может, так оно и есть? После света всегда приходит тьма? В лучах закатного солнца Катя казалась такой живой, но Влад еще тогда не знал, что жизнь в ее глазах скоро погаснет.

Они встретились взглядами. Влад смотрел в ее заплаканные голубые глаза, а она небрежно вытирала слезы, всхлипывая. Он впервые видел ее такой. Может быть, это и есть настоящая Катя? Со своими слабостями и болью в груди. Но Катя нравилась Владу любая и он готов ее принять такой, какая она есть.

Вдруг она взяла его лицо в ладони и улыбнулась. Еще мгновение и их губы встретились. Это был горький от прошлого и мокрый от слез поцелуй. От Кати исходил приятный терпкий аромат, ее волосы развивались на ветру, он чувствовал их на своих щеках. Она задержала дыхание, будто хотела запомнить этот момент, удержать его в памяти на долгое время.

Влад ответил ей со всей той нежностью, которую он мог дать. Потому что он хотел ее укрыть от всего этого, защитить от невзгод и боли, которые она чувствовала. Касания были легкими, почти невесомыми. Влад будто боялся нарушить то хрупкое, что было между ними. Но Катя не боялась, она действовала. В отличии от Влада. Потому что надо веселиться на полную катушку. Он это запомнил навсегда.

Влад думал, что действительно спасет ее, действительно будет оберегать, защищать. Но он не знал, что это был один из их последних поцелуев.

Над входной дверью звенит колокольчик. Влад обращает на него внимание, но его сразу же отвлекает запах книг и старого дерева. Вереницы стеллажей, полки с антиквариатом, уголок с посудой и настенными часами, из которых тут же выстреливает кукушка.

После очередной неудачной подработки Влад уже не знал, куда себя деть. Поэтому объявление о поиске помощника владельца магазина букинистики пришлось как нельзя кстати. Вакансия постоянно мелькала у него в телефоне и появлялась в самый неожиданный момент на разных сайтах. Но выхода нет. Влад готов браться за любое дело.

И тут из коморки, которая находится в глубине магазина, выглядывает мужчина. На вид ему чуть больше шестидесяти, гладковыбритое лицо, нос с горбинкой, карие глаза. Старый потертый коричневый костюм только разбавляет и без того таинственную атмосферу. Как будто Влад попал в другое измерение.

— Чем могу помочь, молодой человек? — мужчина поднес пальцы к подбородку, сузив глаза. Голос игривый, но немного уставший.

— Э-э-э, я… — запинается Влад, потирая затылок. — По поводу объявления о подработке.

— Ах, это, — мужчина надевает очки, которые болтаются у него на шее, и вскликивает: — Прекрасно-прекрасно! Можете приступать.

Влад удивляется такому внезапному повороту. И что ему делать?

Он сует руки в карманы и начинает глазами пробегаться по книгам. Он примечает самые разные: от советских сборников до фантастики нулевых. Некоторые из них потрепаны временем, другие же отлично сохранились, как будто ими даже и не пользовались. В противоположной стороне располагается антиквариат: столовые приборы, броши, фарфоровые фигурки, небольшие картины. Влад уже теряет счет времени, засмотревшись на предметы прошлого, словно они отмотали время назад. Но нужно ли ему это?

— Взгляните! — Влад вздрагивает и оборачивается, услышав голос позади себя. — Эту книгу мне принесла сегодня одна приятная дама. «Азбука» Бенуа. Тысяча девятьсот пятый год. Фантастика…

Влад обращает внимание на выцветшую обложку книги, но даже и так можно было понять, что в свое время она была очень красочная. Каждая страница – произведение искусства.

— Такого вы нигде больше не увидите, — подмигивает ему мужчина.

— И правда… — растерянно отвечает Влад, до конца не понимая, что в этой книге такого, хоть она и правда выглядит любопытно.

Владелец магазина, видимо, не замечает притупленные эмоции Влада, потому что бежит в противоположную сторону, проводя пальцами по корешкам.

— Так-так, сейчас… — шепчет мужчина, а Влад не понимает, что он ищет. — Ах, кажется, нашел!

Походка у него пружинистая, легкая. Будто ему все двадцать, а не за шестьдесят.

— Вот, — мужчина достает небольшую книгу. — «Трактат о городских призраках» Свиридова, начало двадцатого века. Посмотрите…

Он разворачивает ее, а Влад вглядывается в содержание:

Призрак Павла I.

Огюст Монферран.

Пьяный могильщик.

Но привлекает Влада следующее:

Призрак Софьи Перовской.

Он округляет глаза, а мужчина, видимо, довольный реакцией Влада, начинает улыбаться и потирать руки, чуть сгорбившись.

— То-то же! Это невероятная редкость!

— Откуда это у вас? — спрашивает Влад.

Мужчина задумывается, а затем поднимает указательный палец вверх:

— Захаживал тут ко мне один молодой человек. Хотя… даже не знаю, каков он: весь в черном, говорил мало, но бывал у меня не в первый раз. Только сказал странную фразу: «Он еще придет…» Я так и не понял…