— А где Лука? — Марк оглядывается.

— Не знаю, — дрожит Варя. — Скажите только одно… с вами тоже это было?

Влад с Марком поняли, о чем она говорит, поэтому осторожно закивали.

— Это было испытание.

Перед ними из ниоткуда появился Проводник. Полы его балахона развивались над землей. Но теперь на нем была грустная маска.

Варя прижалась к Марку, он обнял ее за плечи. Влад встал рядом с ними.

— Варя, — Проводник обратился к ней. — Твоя эмпатия и сочувствие всегда брали вверх. Но теперь ты поняла, что помощь другим — это не всегда выход?

Варя кивнула, дрожа.

— Марк, — фигура повернулась к нему. — А с тобой я давно хотел поговорить. Эмоции — это не ключ к нормальной жизни. Ты согласен?

Марк ничего не ответил, отведя взгляд.

И теперь Проводник перевел взгляд на Влада.

— В городе происходит сбой. Так называемый парадокс, выброс. Ты нарушил Правило. И вернулся…

Влад открывает рот, но осекается. Он все понял слишком поздно.

— А теперь…

Проводник проводит рукой рядом с маской, и она исчезает. Но Влад пока не может разглядеть, кто скрывается за капюшоном.

Когда Проводник его снимает, Влад расширяет глаза.

Перед ним стоит Лука. В его глазах читается сочувствие, боль и ощущение точки невозврата.

— Это шутка какая-то? — серьезно спрашивает Марк. — Что ты сделал с Лукой?

— Он ничего не делал, — прямо говорит Лука. — Я и есть Проводник.

— Но как такое возможно? — спрашивает Варя. — Не играйся с нами, Лука.

Влад смотрит на Марка и Варю. Они, кажется, до конца не понимают, кто стоит перед ними. Но Лука здесь. Он осязаем, он настоящий. Просто не тот, кем они его считали.

Лука

Лука сделал шаг вперед, но и он дался с трудом, словно ноги налились свинцом. После того, как Влад переместил их на Боровом мосту, Луку откинуло, а перед глазами выросла фигура в черном.

Так вот о ком говорила Варя. Тяжелое дыхание, парящий в воздухе силуэт. И маска с трещиной в уголке рта. По коже пробежал холодный разряд.

— Где Варя, Влад и Марк? — осторожно спросил Лука.

— Они еще сыграют свою роль, — казалось, что фигура в черном не усмехалась, а говорила серьезно, размеренно, — а ты свою.

— Что вам нужно?

— Лука, — фигура протянула руку в кожаной перчатке, — я знаю, что нужно тебе. И могу это дать.

Лука сразу вспомнил Серафима. Но это ловушка. Ошибка, в которую влезать ни за что не стоит.

— Пропавший брат ведь давно не дает тебе покоя?

Лука сглотнул. Он не должен поддаваться на провокации и на что-либо соглашаться.

— Сейчас все решится, Лука, — сказала фигура. — Ты должен стать тем, кем являешься. Хочешь спасти своих друзей? Или хочешь видеть, как их спасают?

Пальцы немеют. Фигура сейчас настойчиво манипулирует им, но если Лука даст слабину, то будет значит, что он пришел к той точке, откуда не возвращаются.

— Я просто хочу, чтобы они жили. Даже если без меня.

— Тот же ответ, что и всегда, — казалось, что фигура горько усмехнулась.

— «Всегда»? — переспрашивает Лука. — Кто вы?

— Твое неизбежное завтра, — фигура касается пальцами его холодного лба. — А теперь иди. Ищи брата там, где кончается память. И не оборачивайся, когда услышишь голос за спиной. Потому что он будет принадлежать тебе.

Сознание мутнеет, лица Марка, Вари и Влада осыпаются на глазах. Он вступил в игру, из которой не выбраться.

И Лука принес свою жертву.

Марк

Тучи темнеют, а сам город накрывает их куполом, из которого не выбраться.

— Проводник — это сам город, — произносит Лука. — У него не было оболочки. Когда сделка была заключена, я понял: чтобы увидеть брата, мне нужно стать самим городом, стать его олицетворением.

— И как, помогло? — хмыкает Марк.

— Брата не вернуть. Он теперь нигде. Его просто нет.

Марк поднимает голову к небу и видит призраков, летающих вокруг них. Они пробирались в бреши, чтобы вылететь в мир живых.

— Я хотел спасти Клуб, — Лука опускает голову. — Но теперь понимаю: на его месте можно построить что-то новое. Независимое от старого.

— И что теперь будет? — спрашивает Варя.

Лука указывает на Влада:

— Ты должен был исчезнуть. Город должен был поглотить тебя и не вернуть обратно. Однако ты — это уже последствие.

Но что тогда будет с ним и с Варей? Что будет с Клубом?

Лука словно прочитал его мысли:

— Один из вас должен заплатить цену. И это ты, Влад. Ты расплачиваешься за всех.

— Но как? — спрашивает он.

— Клуб распадается, вы забываете его, друг друга, — говорит Лука. — А я остаюсь Наблюдателем, который больше не вмешивается. Иначе брешь не закрыть. Иначе Небытие рухнет.

Марк сжимает кулаки:

— Бред какой-то.

— Марк, — Лука поворачивается к нему. — Я проживал все это тысячи раз. И все тысячи раз город забирал вас. Но я вмешался, чтобы спасти тебя, Варю, Влада. Чтобы вы прожили достойную жизнь. Без Клуба.

Марк оглянулся, видя, как здания падают друг на друга. Как будто рушатся его надежды и мечты.

Варя прижалась к Марку еще сильнее:

— Но… мы не можем…

— Либо город превратиться в хаос. Призраки будут бродить днем, пространство исказится, люди почувствуют присутствие чего-то потустороннего, того, чего они не должны видеть.

— Но мы можем попытаться все исправить, — говорит Влад.

— Небытие уже поглощается. А город дает вам шанс.

Варя

Варя смотрит на Марка. Ее глаза блестят. Он притягивает ее к себе и целует. Нежно, невесомо, словно пытается запомнить запах на долгое время.

— Марк, не покидай меня, — слезливо умоляет Варя. — Прошу.

— Мы встретимся, — дрожащим голосом произносит Марк. — Мы обязательно встретимся снова.

— Обещай, что найдешь меня, Марк, — она берет его за руку. — Я не смогу без тебя. Я это поняла еще раньше, чем признала свои чувства к тебе. Но раз все это — единственный выход, то я не готова. Не готова, Марк.

Он смотрит на нее, на лице — грустная улыбка. Та самая улыбка Марка, которую не спутать ни с чьей другой.

— Я бы хотел уйти с тобой, — голос Марка дрожит. — Но мы — лишь пешки в игре. И мы проиграли.

— Нет, не говори так, — Варя хмурится. — Мы еще обретем друг друга.

Варя уже сама верит в эти слова. Потому что пока он рядом, она не сможет думать иначе.

Она снова целует его, не мягко, с напором и той страстью, которую она отдает ему в последний раз. Все еще случится. Все еще будет как прежде.

И тут Варя смотрит на него, но забывает имя.

Она оборачивается и видит незнакомого растерянного парня, который глядит на бушующие воды Обводного канала.

Где она? И что происходит?

Но память — такая ненадежная вещь.

И в следующее мгновение Варя забывает все.

Влад

Звенит дверной колокольчик. Влад вбегает в лавку Баженова. Счастливый, окрыленный, держа в руках книгу.

— Аркадий Андреевич! — Он машет. — Смотрите, что нашел!

— А ну-ка…

Он бережно кладет томик на стол:

— Мастер и Маргарита. Коллекционное издание.

— Боже правый! — Баженов всплеснул руками. — Откуда?

— Места знать надо, — он поднимает указательный палец вверх и прищелкивает языком.

Аркадий Андреевич поправляет очки:

— Вы сегодня на учебу?

— Да, — кивает он. — Поэтому сегодня отпустите меня чуть пораньше?

Влад поступил на очно-заочное отделение Политеха. Сразу на третий курс. Все-таки он решил доучиться.

Варя

Варя в последний день чувствует, что чего-то не хватает. Или даже кого-то. Невидимой нитью это следует за ней по пятам, не отпускает.

Эля так и не вспомнила Варю. Случайная авария, в которой нет виноватых.

Держа в руках чашку кофе, Варя спешит на работу. Завернув за угол, она резко влетает в какого-то парня. Напиток проливается прямо на рубашку.