Клинок прищурилась. Она наконец сообразила, почему Владимир так легко согласился посодействовать в решении вопроса с очищением земель некромантов.

— Возможно, надоумил Союз. Как в прошлый раз. Когда уничтожили земли Некроса.

По лицу Владимира скользнула боль. На мгновение, но Агата ее заметила. Василевс явно понял, что выдал себя, и с сожалением признал:

— Это было чудовищной глупостью. Союз тогда был невероятно силен, даже хольды согласились воевать за них. Султанат держал нейтралитет. Если бы мы отказались, то Рутения исчезла бы. Понимаю, тебе до этого дела нет, но… Я исправлю то, что натворили мои предки. Слово василевса. Слово Комнина.

Агата склонила голову. Долгие годы она была Клинком, и этой ее части вина когда-то спасшего ей жизнь человека казалось неуместной, дикой. Но Агата, как к новым доспехам, привыкла и к новой службе народу Некроса, и Королеве Ночи внутри хотелось рвать и метать, сыпать проклятия на голову того, чья семья испоганила ее страну.

— Да будет так, — негромко проговорила Агата после паузы. И, подумав, решила, что сейчас неплохой момент чтобы внести свое предложение: — Инкитэ действительно знает ходы, ведущие в Рутту. Он был там много лет назад. Все, что нам нужно — твое позволение и алхимики с их растворителями.

Владимир тяжело вздохнул.

— Об этом я и хотел поговорить. Ваш главный некромант уже нашел меня и привел свои доводы. Честно признаю: мне пригодились бы ваши немертвые бойцы тут, в охранении, чтобы наши мыши не сбежали из мышеловки. Михаил слишком много мне задолжал, чтобы просто так оставить его тут, пусть и без воинства. Наши потери минимальны, насколько это вообще возможно в такой битве, но немертвых не подкупить и не обвести вокруг пальца. Да, ваш план сработал, и, возможно, захват Рутты правда позволил бы нам избежать марша по северным землям и лишнего недовольства, к тому же, если понадобится, там можно пересидеть любые шторма…

— И какое тут «но»?

Владимир глянул на реку. Агата проследила за его взглядом. Сейчас Стремяжная мирно текла прочь, словно от ее воды еще недавно не несло кровью и смертью.

Василевс молчал долго, но все же тяжело признался:

— Светлана.

— И что с ней?

— Скажем так… Ингвар, говоря о том, что отправил своих людей в Рутту, упомянул не все. Разведка была важной частью его предприятия, но вообще-то они должно были вернуть мою дочь.

— Вернуть? В смысле?

— Я уже говорил, что послал Андрея договариваться с северными магнатами, отставными поедрами и всем тем сборищем старых друзей моей семьи. Теми, кто ждет, когда можно будет сделать вид, что они всегда поддерживали именно меня, но пока во всем лояльны новой власти. Однако, договора с союзниками заключал не только он, но и Светлана. Она отправилась в Рутту. Город невероятно важен, у меня там есть пара знакомых, так что она выдала себя за до того воспитывавшуюся в Союзе дочь одного из них, благо, в лицо ее почти не знают. Мы вели переписку с помощью парных дощечек. Она говорила, что отправляется в «Женское Благородное Училище», что-то вроде, как я понял, вашей Цитадели, только без изменений и учат всякому вышиванию и всему прочему. Через него проходят все дочери магнатов и всех влиятельных лиц города. Она собиралась закрепиться там, влиять на местных через их дочерей. Я отговаривал, но Света хотела быть полезной, делать «что-то важное»…

— И ничем хорошим это не кончилось? — Агата начинала понимать, куда клонит василевс.

— Да. Наша переписка прервалась. Новых сообщений не было уже месяц. Светлана, как мне сообщил тот, кто был ее «названным отцом», оказалась в тюрьме как шпионка и предательница. Если я подойду к Рутте, то… — Владимир развел руками.

Агата ругнулась про себя. Те, кто сообразил, что у них в руках дочь предводителя восстания, будут использовать ее как козырь в своих играх. Она не представляла, что делала бы на месте Владимира, чем пожертвовала, если бы пришлось выбирать, что дороже: страна или Доминика. Или Вэл…

— Ингвар предложил отправить своих парней, — продолжил василевс, — в надежде, что их не свяжут со мной и что они смогут вытащить Свету. Увы. Им удалось только узнать, что всех «интересных» узников, тех, кого обвиняют в «предательстве родины», а по факту в связях со мной, держат в восточной подземной части города, там, где раньше находились старые цеха по «тонким работам». В прошлом алхимики работали там с только что извлеченной рудой. Цеха давным-давно пустуют, выработки закончили еще лет двести, а то и больше, назад, официально Гильдия Алхимиков перенесла все свои эксперименты за городскую черту. Просто так туда не добраться, даже если ударим быстро.

Агата вздохнула и поднялась на ноги.

— Идем, поговорим с Инкитэ.

— Зачем? Мы не пойдем на Рутту…

— Вы — не пойдете. Но тут и не-рутенов достаточно. Надо выяснить, нельзя ли как-то быстро подобраться к этим заброшенным лабораториям. Если Инкитэ знает ходы, то он должен знать и куда они ведут.

Лич знал. Выслушав Владимира, который постарался обтекаемо упомянуть о «важном человеке, находящемся в старых подземных лабораториях», Инкитэ какое-то время стоял неподвижно. Без своих парадных доспехов, которые по-прежнему носил прикорнувший в тени Тайрэ, в знакомой Агате простой костяной броне без всяких украшательств, лич казался просто еще одним немного странным бойцом в их и так разношерстой армии. Бойцом, который вполне мог оказаться старше некоторых рутенских городов и, может быть, даже видел излучину Стремяжной без темной тени Оршка на ее берегу.

— Помню это место. Около экспериментальных лабораторий есть сеть пещер. Раньше в них содержали подопытных, думаю, там ваша пропажа. Могу отвести, только нам все еще нужен растворитель.

— Его-то достать можно, но… — Владимир замялся, — но ваши бойцы ведь лучше всех других приспособлены для осады крепостей…

— И они останутся здесь. Мои живые коллеги справятся с костяками, — отмахнулся лич. — Добудьте растворитель и соберите хотя бы десяток тех, кто умеет сражаться и видит в темноте, ваша цель наверняка будет охраняться. Я лишь покажу путь, не более — в городе, догадываюсь, есть прелаты, способные почуять и мое появление, и использование мной некромантии, и поднять тревогу.

Владимир кивнул.

— Людей найдем.

В небольшой отряд вошли пятеро хольдов во главе с Игваром, и двое йохров — мрачный Халед с покрытым шрамами лицом и Махти, моложе, юркий, проворный и похожий на ласку. От некромантов согласился идти Варнэ, собиравшийся оставить Тайрэ и дальше изображать лича, а остальных — приглядывать за конструктами, ну и Инкитэ, без нежити. И Агата.

Стоило все согласовать и Клинок, оглядев лагерь, вернулась на «свое» место поодаль и растянулась прямо на траве. Стоило отдохнуть.

Короткий дневной сон принес лишь небольшое облегчение. Благо, часть пути предстояло проделать по реке на лодках, которые успел раздобыть Мото. Клинок думала, что придется ждать, пока Гильдия доставит растворитель, но приехавший с Василием его личный алхимик Юрий уверил, что нужное средство он сделает на месте из захваченных с собой ингредиентов. Похоже, деспот с самого начала поддерживал нападение на Рутту…

Выступать собирались после того, как на землю опустится ночь. Медлить не было никакого смысла.

— Зачем тебе это? — хмуро поинтересовался у Агаты подошедший Валентин. Явно не спавший маг выглядел крайне недовольным.

Клинок зевнула.

— Ты о чем?

— Думаешь, Инкитэ не справится? — Вэл сел рядом на траву.

— От тебя пахнет алхимией, кровью и недовольством, — заметила Агата. — Лучше помоги доспехи одеть, скоро будем выдвигаться.

— Нет, я серьезно. Ты каждый раз рисковать будешь?

Клинок закатила глаза.

— Мы это уже проходили.

— Я могу понять твое желание управлять конструктами, в этом твои силы незаменимы, напрямую костяки никто не может подпитывать. Но эта вылазка… Тайрэ сказал, что сначала вы собираетесь действовать вообще без магии. Стоит ли так рисковать? Большой город, в котором у Владимира нет союзников, все эти подземелья, где могут зажать в угол…