Понимание пришло само собой.

— Варнэ, можно объединить это?

— Что? — некромант из Цепей обернулся. — Как объединить?

Агата тряхнула головой, обращаясь к своим скудным знаниям о магии вообще и о черной магии в частности.

— Синхронизировать подчинение. Я смогу его усилить. Думаю, в разы. Накрыть намного больше э… объектов.

Варнэ без раздумий кивнул и принялся раздавать указания.

— Синхронизируйте на третьем и пятом секторах. Манэ, Терэ, придержите, Сольтэ — шустрее, Асан, Дагэ — равняемся на вас, идите в слияние…

Живой глава Цепей упомянул почти каждого, выстраивая довольно сложную, но ощутимую Агате структуру, которую сам и поддерживал. Структуру, помогавшую напитывать символы энергией, дававшую шанс произнести слова в унисон…Вот только эта структура перекрывал внутреннее пространство круга.

Клинок ругнулась и, надрезав руку, принялась рисовать на песке, бормоча под нос заклинание изоляции. Если энергия пройдет через живых в центре — будет катастрофа. Отряхнулся Мартэ, сообразив с помощниками, что она делает, принялся помогать…

Они успели. Успели до того, как завершилось общее подчинение, до того, как тьма на внешнем круге набухла, налилась, готовясь вырваться в мир и затопить все…

Агата выдохнула, надеясь, что все поняла верно, и потянулась к внешней черноте. Впустила ее в себя, соединила с той, которая жила внутри, и выпустила в мир. Чернота прянула во все стороны, обогнула стену изоляции, не задела поставивших щиты некромантов и покатилась дальше. Доползла до первого гуля — и изменила его, протянув нить контроля к рукам Агаты. Накрыла еще одного, и еще, и еще, дальше и дальше. Нить, нить, еще одна, десяток… Клинок почувствовала, что не сможет держать больше «поводков», и торопливо направила следующую нить к Варнэ. Благо, намеренья и тихого шепота «авир» хватило — подчинение повисло на некроманте. Еще одно и еще… Десять, пятнадцать — и нужна новая «жертва». А тьма двигается, двигается, тянется дальше. Рассеивается, но связывает новых и новых существ, чье «поводки» Агата только и успевает распределять. Тантэ и Сольтэ выдержали с два десятка, подручные Варнэ — поменьше, как и остальные.

Но этого хватило, чтобы подчинить всех, до кого добралось совместное заклинание. Подчинить и отправить уничтожать себе подобных. Только Варнэ оставил своих рядом, заставив дюжину гулей встать вокруг.

— Зачем? — устало проговорила Агата, чувствуя нити связи со «своей» нежитью и стараясь не задумываться о том, что там, в проулках, одни гули рвут других на части.

— Охрана лишней не будет, — прояснил Варнэ, — не думаю, что нам стоит тут оставаться, а пробраться через город даже с нашими подконтрольными будет непросто.

— Через город нам и не нужно, — Анна указала рукой куда-то в сторону, за ближайшую разрушенную постройку, — тайник все еще на месте. Но ваши, кхм, подопечные, пригодятся как грузчики. Если, конечно, вы готовы пойти со мной.

— Что в тайнике? — решила уточнить Агата. — И как оно нам поможет?

Анна искренне улыбнулась.

— Средства передвижения. Безотказные средства передвижения, на которых мы отсюда и уберемся.

— Звучит заманчиво, — Амин медленно сел на песок, — как сказка. Или как тайна, вроде той, которую хранит мой род и которую знает беловолосая некромантка…

Анна хмыкнула.

— В каком месте я некромантка? А во дворце твоего рода, мальчик, я провела больше лет, чем там живут все те, кого ты знаешь. Но у нас есть проблемы поважнее, чем истории о седой древности. Достаточно того, что я знаю, как работает портал Древних и что мы с помощью него убрались от големов и всех прочих возжелавших нашей и твоей крови. Но Визирь прекрасно знает, что мы здесь, так что стоит сматываться, и побыстрее. Ближайшая крепость мухасиб… Сколько часов пути, Фанэ?

— Два, — нехотя проговорила та, на мгновение прикрыв глаза. — Но там у нас не слишком много людей.

— И все равно с ними лучше не сталкиваться. Так что давайте пока уберемся подальше, а потом будем выяснять, что и как.

— Разумно, — согласилась Агата прежде, чем поднявшийся Амин решил задать новый вопрос. — Идем.

Анна покачала головой.

— Я возьму Гретту. Вам может понадобиться новая синхронизация.

Тантэ кивнул.

— Сложно сказать, сколько тут нежити. Я смогу сопоставить потоки, но вложить столько энергии… Увы.

— Ладно, идите, — Агата прикрыла глаза и сосредоточилась на пластине в руке. Тча мог пригодиться, да и нечего ему делать в окрестностях столицы.

Ей понадобилось время, чтобы сконцентрироваться на амулете в руке, на его связи с далеким драконом. Сложно было не отпустить при этом привязанных немертвых, которые продолжали сражаться с собратьями, тесня их все дальше и дальше от площади, где расположились некроманты. Ряды «их» нежити медленно редели, но свою задачу подконтрольные выполняли, пусть и тянули силы.

Открывать глаза не хотелось. Не хотелось смотреть на Даниэля. Мертвого, разрубленного почти пополам… Да, один из сподвижников Тантэ накрыл его плащом, но все же.

В мгновения слабости Агата хотела остаться в мире, где существовала только магия и пустыня, заполнившаяся шепотками мертвецов, их черными точками-движениями. Пустыня, бесплодная на многие часы пути. Портал забросил их куда-то далеко от проторенных троп… Но близко к горам. Относительно близко, но все же теперь они оказались намного, намного южнее, чем раньше.

Пустыня шептала, манила… И существовала, не завися от людей и их поступков. В ее величии и незыблемости хотелось раствориться без остатка. Забыть о теле соратника рядом, о смертях тех, кто пошел с ней в Султанат и о множестве погибших рядом йохров. О чужой войне, о Таре, оставшейся где-то в пустыне…

Но Агата открыла глаза. И сделала то, что стоило сделать раньше — сосредоточилась на теле Даниэля. Спустя несколько вдохов она увидела сгусток черноты внутри него. Странный, словно бы… дрожавший. Метавшийся, неспособный решить, надо ли идти дальше или стоит остаться здесь.

— Он опять проснется? — с тихой надеждой проговорила Доминика, проследившая за взглядом Агаты. — Как в Триополе, да?

Клинок заметила, как вздрогнул Валентин. Маг не любил врать, тем более ученице, но ответить правдиво тоже не мог.

— Проснется ведь?

Агата вздохнула. Некроманты молчали, но она чувствовала их взгляды. Могли ли они видеть то же самое? Наверняка. Но никто ничего не говорил. Заброшенные, занесенные песком руины полнились треском разрываемой плоти и возней сошедшихся врукопашную гулей. Ветер трепал волосы, бросал в лицо песок… Царила тишина. Совершенно мертвая тишина.

— Пожалуйста, Агата, ты же королева. Избранная Богиней. Сделай так, чтобы он проснулся!

Клинок еще раз вздохнула. Она могла показать путь прочь. Могла проводить, как сделала с призраками там, на островах. Могла ли приказать остаться? Наверное, могла бы. Запереть, запечатать, запретить уходить. Оставить в мертвом теле, поставить перед выбором — гнить заживо или вернуться, притянувшись к светившейся странным металлическим сиянием татуировке.

— Я постараюсь, — наконец проговорила она, садясь рядом с укрытым телом, — но если он захочет.

Клинок устала. Пульсирующая вокруг чернота и разлитая в воздухе смерть давили, неся в себе силу, тайны и знания, намного большие, чем мог бы выдержать человеческий разум. Чернота могла захватить, забрать целиком — если ей разрешить.

Но Агата этого делать не собиралась. Отщипнула лишь крошечный кусок знания, попыталась найти ответ на вопрос, может ли она прикоснуться к душе Даниэля, не отбросив его прочь из мира.

Получила ответ — и откинула плащ. Постаралась не думать о крови и ранах и положила руку на лоб. Прикрыла глаза и осторожно потянулась разумом к черноте внутри.

Прикоснулась к чужой душе и ощутила осколки мешающих сделать выбор чувств.

Сомнения. Понимание собственной никчемности, бесконечного бегства — от себя, своего дома, своей возлюбленной, своего ребенка. Бегство в поисках чего-то, чего, может, и нет. Путь, который не хотелось продолжать. Понимание, что придется вернуться к неприглядной реальности… И возможность уйти дальше. Там, где ничего этого не будет, там, где покой…