— Какого… демона⁈ — рыкнула Клинок, отплевываясь и нащупывая ногами дно.

— Долго спишь. Смотришь в никуда. Старик заморочил и тебя?

Агата глубоко вздохнула.

— Нет… не думаю. Кажется.

— Долго спала. Даже я… спал.

— А ты можешь?

— Я видел сны, — Тча дернул головой, — не воспоминания, а сны. Как живой. Это было так странно… Ты вчера так и не сказала, зачем позвала.

Агата вздохнула.

— Думала, что заблудилась в пустыне.

— Думала?

— Э… Ладно. Заблудилась, наверное. Но теперь я тут.

— Тут — это где? И где остальные?

— Хороший вопрос, и…

Дверь хижины отворилась и на пороге появилась девушка. Раненая, теперь в просторной мужской одежде, явно пыталась понять, где она и что происходит. Ее взгляд остановился на Агате, потом — на Тча, и она со вскриком спряталась обратно.

— О. Третья появилась, — костяной дракон склонил голову, — я чувствовал ее. Рядом со смертью шла…

Клинок пожала плечами.

— Шла. Но теперь вроде на своих двоих.

— Кто она? И почему ты одна?

— Длинная история, — призналась Агата, — и, может, она ее и дополнит.

Как общаться со спасенной, едва ли знавшей фроантийский, Клинок понятия не имела. Но не стоять же тут в воде и дальше? К тому же стоило попытаться узнать, где у этих мухасиб база или что-то подобное, может, проще будет ее туда доставить… Да и вопросы, и не только насчет даалис, у Агаты имелись.

Клинок выбралась из воды, отжала волосы и одежду, мысленно «благодаря» Тча, и направилась к хижине. Дракон словно бы затаился, хотя она могла поклясться — от одушевленного конструкта исходило любопытство. Ну хоть рука зудеть перестала.

Девушка обнаружилась в углу хижины. Прятаться там было негде, дверь — из тонкого, хлипкого дерева, одно название… Но кинжал раненая, даром что вся в повязках и к стене прижалась, где-то все же раздобыла. Впрочем, Агата не удивилась, если бы узнала, что в одном из местных сундуков спрятан арсенал Цитадели.

— Не подходи! — выкрикнула раненая, сжимая клинок. — Я буду драться!

Агата моргнула. Не от нелепости угрозы — йохрка и лисицу сейчас бы не прихлопнула, а от странной двойственности. Ее уши, определенно, слышали уже ставший привычным язык пустынников, но Агата каким-то образом его понимала. Понимала так же, как если бы раненая говорила на фроантийском или некромантском.

— Ты говоришь на фроантийском?

— Не подходи! — истерично выкрикнула девушка и взмахнула кинжалом.

Похоже, что не понимает. М-да… Агата оглядела девушку. И что делать? Сражаться с ней просто глупо, да и бессмысленно, еще добьет. Но как с ней беседовать? Внезапно появившееся понимание чужого языка казалось безумно странным, но мало понимать, еще и говорить на йохрском надо…

Клинок подумала и попыталась подобрать нужные слова на языке Древних:

— Не причиню вреда.

— Ты — некромант! Всех убила, всех уничтожила! Заодно с преступниками, убийцами!

— Защищала. Спасла. Нужен лекарь, — Агата чувствовала, что у нее от усилий едва ли пар из ушей не шел, — тебе.

— Ты ничего от меня не узнаешь!

Клинок вздохнула, в очередной раз пожалев, что во все это вообще ввязалась. Сидела бы сейчас с Тарой и остальными в «крепости» местных менталистов и горя бы не знала.

— Откуда ты? Соти-Сарай?

— Не скажу! Ничего не узнаешь!

Клинок скрежетнула зубами.

— Хочу помочь. По-другому умрешь ты. Ребенок. Могла оставить.

На языке Древних Агата знала в основном выражения, нужные для заклинаний, и сейчас ей приходилось постоянно вспоминать нужные слова. Да еще и тьма внутри каждый раз слабо ворочалась — Клинок привыкла выпускать ее говоря на этом же языке.

— Могла оставить. — Повторила она. — В песок. Откуда ты? Где помогут?

Несколько долгих мгновений раненая смотрела в глаза Агаты. Смотрела, смотрела… А потом просто сползла по стене и села на пол.

— Нигде. Делай, что хотела, черная.

— Помочь. Где семья?

Ну хоть кто-то же должен у нее быть?

— Э… мухасиб? Нести к… хакиму Соти-сарай?

Раненая хохотнула.

— Тогда просто прикончи и подними, ты же этого хочешь?

— Тогда оставить в песок.

— Да, было бы проще… Ты понимаешь меня? Почему не говоришь по-нашему?

— Понимаю. Не говорю.

— Так не бывает.

Агата пожала плечами. Сделала пару шагов и села на пол около раненой.

— Научили. Магией, старик. Его дом. Тебе — куда?

Девушка попыталась пожать плечами. Зашипела от боли и криво улыбнулась.

— Куда хочешь. Я провалила задание, потеряла подопечную, оказалась в плену… Выпотрошат разум и убьют. Семья — в столице, но… Если узнают, что сбежала из мухасиб, то убьют всех. Я… мы на плохом счету. Предложили доказать верность… паршиво вышло.

Агата скрипнула зубами.

— Даалис. Атака. Нет вины, люди.

— Они — преступники!.. Нам обещали, что мы будем использовать улучшенных даалис против бандитов, во благо закона, но… Те люди не очень походили на опасных разбойников.

Последнее девушка сказала словно бы самой себе. Сказала и замолчала, смотря в никуда пустыми глазами. Агата вздохнула и принялась готовить чай. Нужно поесть и решать, куда двигаться дальше.

Вариантов не то чтобы много: или возвращаться в Соти-Сарай и догонять посольство, или направиться в столицу и ждать некромантов там, в каком-нибудь оазисе неподалеку. Все-таки к городу лучше не подлетать, мало ли… У раненой хотелось узнать много чего, но не с ее нынешними разговорными навыками, пускай Анна допрашивает. Агата и так вечно упускала что-то важное. Вон вчера нужно было узнавать у старика, как очистить землю, он же сам сказал, что знает все. Но эта простая мысль пришла в голову только теперь, а момент-то уже упущен.

Девушка — все-таки, несмотря на беременность, она была слишком юна, чтобы называться женщиной, по крайней мере в представлении Агаты — настороженно следила за тем, как Клинок готовила чай. Этот же настой вчера использовал старик, и вкус у него был отличный. И еда еще осталась.

Агата без слов протянула порцию раненой, так и сидевшей в углу.

— Зачем? — спросила та.

Клинок пожала плечами.

— Путь. Далеко.

— Нет. Зачем все? Зачем я тебе?

Клинок вновь пожала плечами. Подумала и сказала только то, на что хватало слов:

— Иначе — неправильно.

Да, ей нужна была информация, «взгляд» с другой стороны… Но сейчас говорить об этом не стоило, да и она все равно не сумела бы объяснить как нужно.

Йохрка склонила голову. Думала, думала — и приложила руку к сердцу.

— Фанэ.

Агата не удержалась от того, чтобы удивленно поднять бровь.

— Имя Некроса.

— Отцу нравитесь… Вы. Культура, вот это все. Он активно поддерживал идею посольства к вам, радовался, когда наследник отправился в путь. За что и поплатился, — вздохнула Фанэ.

— Агата, — через паузу отозвалась Клинок. Тоже приложила руку к сердцу, а потом протянула девушке ладонь.

Та, после паузы, руку все же пожала. Рукопожатие вышло не очень сильным, да и слабый жар от кожи Агате не нравился. Разговоры и волнения раненой на пользу не шли. Нужно было что-то решать. И, возможно, лучше сразу лететь к посольству. С драконом что-нибудь придумает, но там и Анна, и Вэл, и Доми. Хотелось увидеть их как можно скорее — мало ли кого и куда еще отправили вместе с даалис.

К тому же, если скрыть Фанэ лицо, то можно выдать ее за Тару. Да, рыжих волос у раненой не наблюдалось, но платки-то в хижине имелись, как для лица, так и для волос. Скажет, что маскировались для задания… Да хоть что встретили даалис в пустыне и пришлось звать дракона чтобы не погибнуть. Да, должно сработать.

Агата в два глотка допила настой, доела оставшиеся сушеные фрукты и, прикрыв глаза, сосредоточилась на этом странном новом ощущении пустыни вокруг. Стоило вспомнить его, как пески вновь предстали перед мысленным взором.

Клинок постаралась сосредоточиться теперь не на месте, а на пути. На пути от Соти-Сарая к Езам-Сараю, столице. Тантэ его описывал, карту она видела и спустя несколько десятков вдохов и выдохов смогла понять, где проходит цепочка оазисов с парой небольших караван-сараев. Не так уж и далеко, если подумать. Клинок чувствовала, что тут, между городом на краю Султаната и его столицей, непрерывно движутся десятки, сотни разумных и не очень. Караваны, караваны, тянувшиеся потоком, двигающиеся туда и сюда…