К вечеру пальцы уже болели, а на среднем начала проступать мозоль. Анабелла посмотрела на почти готовый комплект и улыбнулась.

Ну вот. Получилось.

Светлая ткань лежала на ладонях и в сумерках казалась чуть темнее. Конечно, ещё не идеально. Но хорошо. Очень хорошо для первого раза.

Анабелла снова надела нижнюю часть. Теперь посадка стала значительно лучше: ничего не давило, не собиралось и не натирало, линия по бедру мягко подчёркивала форму. Следом она надела верх, поправила ткань, распустила волосы и только после этого повернулась к зеркалу.

Несколько секунд Анабелла не двигалась.

Это была она.

Дымчато-розовый оттенок удивительно красиво смотрелся на светлой коже. Серое кружево подчёркивало грудь, но не делало комплект нарочито вызывающим. Талия казалась тоньше, линия бёдер — мягче. Анабелла провела пальцами по кружевному краю. Ей нравилось даже само ощущение материала: чуть шероховатое кружево, гладкая ткань, прохлада воздуха на открытой коже.

Она подняла глаза на собственное отражение и поняла, что ей нравится всё. Она чувствовала себя женщиной. Живой. Красивой. Сексуальной и чувственной.

И почти сразу появилась мысль: что было бы, если бы мужчина увидел её сейчас?

Фантазия ожила мгновенно. Дверь спальни, шаги. Она стоит к нему спиной. Он входит — и останавливается. Молчит. Анабелла не поворачивается сразу, потому что знает: он смотрит. На открытые плечи, линию талии, бёдра, непривычно тонкое бельё.

Потом она всё-таки оборачивается и видит в его глазах желание.

Где-то внизу живота разливается тепло. Анабелла медленно проводит ладонью по талии и на мгновение представляет вместо своих пальцев чужие — крупную мужскую ладонь, движущуюся нарочито медленно. Пальцы скользят выше.

Она прикрыла глаза. Дыхание стало чуть глубже. Фантазия оказалась настолько яркой, что на несколько мгновений ей почти почудилось настоящее прикосновение.

Анабелла открыла глаза и снова встретилась взглядом со своим отражением.

Теперь сомнений не осталось.

Это работало.

Глава 15. Лавка оживает.

Сегодня Анабелла поймала себя на мысли, что дорога к лавке перестала быть для неё новым неизведанным путешествием. Она уже знала, что в одном месте мостовая немного проседает и после дождя там обязательно собирается небольшая лужа. За следующим поворотом всегда пахло тестом и свежей выпечкой, чуть дальше слышался звон металла, а возле одного из домов часто сидел пожилой мужчина и чинил корзины. Город проникал в память постепенно, вот такими простыми мелочами. Анабелла уже здоровалась с людьми, которые узнавали её, и сама всё чаще замечала знакомые лица.

Сегодня на ней было светлое платье из более плотной ткани и лёгкая накидка — с утра заметно похолодало. Пока одевалась, Анабелла поймала себя ещё на одной мысли: гардероб она постепенно собирает почти так же, как когда-то собирала дом. Оставляет то, что нравится, выбирает цвета, которые стали близкими, и всё реже надевает вещи просто потому, что они уже лежали в шкафу.

Кот сегодня упорно не желал отпускать её одну и теперь гордо вышагивал рядом, распушив огромный хвост. Люди совершенно не скрывали любопытства. То он смотрел на прохожих с выражением истинного ангела, и тогда за Анабеллой почти неизменно прокатывался дружный вздох умиления. То вдруг принимал вид существа, которому весь окружающий город обязан быть благодарен уже за одно его присутствие, и шествовал вперёд, не удостаивая никого взглядом.

Имя пришло неожиданно. Люцифер. Анабелла мысленно повторила его, прислушалась к звучанию, а потом произнесла вслух:

— Люцифер.

Мелодично и вместе с тем достаточно грозно. Кот вдруг остановился и пристально посмотрел на неё, словно действительно услышал и теперь хотел уточнить, окончательное ли это решение. У Анабеллы потеплело в груди. Да. Её огромному ангелу с дьявольским характером это имя подходило идеально.

— Ну всё, Люцифер. Поздравляю. Теперь ты официально обзавёлся именем.

Кот моргнул и снова двинулся вперёд с таким видом, будто решение было исключительно его. Анабелла рассмеялась.

Впереди шла женщина в платье насыщенного зелёного цвета. Анабелла машинально начала рассматривать его и, к собственному удивлению, не нашла ни одного изъяна. Посадка почти идеальная, юбка ложится мягкими волнами и слегка покачивается при каждом шаге. Даже отделка была подобрана ровно настолько, чтобы не перетягивать внимание на себя. Просто красиво.

Чуть дальше ей встретилась молодая девушка с очень интересной вышивкой на рукавах. Эту идею Анабелла тоже запомнила, хотя сама сделала бы отделку тоньше, а рисунок нежнее. Ещё одна женщина выбрала настолько удачное сочетание зелёного и кремового, что Анабелла мысленно поставила галочку: обязательно попробовать что-нибудь похожее. Теперь она почти не могла идти по улице, не оценивая одежду.

У цветочной лавки стояли две молодые женщины. Одна держала несколько веточек с мелкими белыми цветами.

— Я сказала матери, что больше туда не пойду, — услышала Анабелла, проходя мимо.

— И?

— Она сказала, что я должна хотя бы попытаться.

— Увидеть главу?

— Чтобы он увидел меня.

Вторая девушка рассмеялась.

— А ты сама хочешь?

Первая ненадолго замолчала. Анабелла невольно замедлила шаг.

— Не знаю, — наконец призналась девушка. — Он красивый.

Подруга фыркнула.

— Очень серьёзное основание для брака.

— А что ты хочешь, если я с ним даже не разговаривала?

Анабелла улыбнулась и пошла дальше. Город невест продолжал подтверждать своё название почти каждый день.

Сегодня до лавки они добрались довольно быстро. Анабелла старалась не слишком отвлекаться на прохожих — времени было не так много. Дома её ждали начатые комплекты для Селестины, но она поняла, что если проведёт ещё один день в швейной комнате, полностью закопавшись в тканях, то просто умрёт от любопытства.

После большой уборки Анабелла наняла нескольких мужчин, чтобы заменить испорченные доски и привести в порядок окна, которые уже начали пропускать влагу и холод. Вчера девушки закончили уборку после ремонта, и сегодня Анабелла наконец могла увидеть результат.

Люцифер внезапно остановился возле лужи. Анабелла заметила это слишком поздно и едва не врезалась в него. Кот внимательно смотрел на собственное отражение.

— Любуешься? Ну да, красавец. Что уж тут скрывать.

Проходивший рядом мужчина усмехнулся. Люцифер расправил грудь ещё сильнее, словно действительно вспомнил, насколько он прекрасен.

— Главное — скромность, — пробормотала Анабелла.

Через несколько минут впереди показалась лавка. Закрытая, но уже не заброшенная. Фасад заметно посветлел. Окна за открытыми ставнями блестели чистотой и теперь ловили гораздо больше света. Мусор, годами скапливавшийся возле двери, исчез. Даже старая вывеска казалась уже не такой мрачной.

В первый раз лавка показалась Анабелле дверью в прошлое. Местом, которое сохранило в себе жизнь Вероники и остановилось вместе с ней. Сегодня Анабелла впервые увидела в ней будущее.

Она открыла замок. На этот раз ключ повернулся почти без сопротивления, и дверь тоже поддалась легче. Внутри ещё пахло пылью, но теперь этот запах был гораздо слабее. К нему примешивались чистота, сухое дерево и ткани. Анабелла распахнула дверь настежь, и свет сразу ворвался внутрь, широко разлился по полу, зацепился за прилавок и стойки.

Раньше всё скрывалось под слоем пыли. Дерево казалось тусклым, поверхности — выцветшими, а сама лавка будто принадлежала другому времени. После уборки ореховые оттенки проступили ярче, и всё помещение стало тёплым, почти медовым. Анабелла замедлила шаг. Всё оказалось настолько красивым, что впервые ей почти не хотелось ничего менять.

Люцифер, не разделявший её трепета, тут же запрыгнул на один из столов, несколько раз повернулся вокруг себя и свернулся клубком.

— Конечно. Именно этого здесь и не хватало.