Кэсси сделала шаг, подняла на него свои сверкающие глаза и прошептала:

— Есть куда более приятные способы согреться…

Он невольно посмотрел на ее полуоткрытые губы. Как бы ни раздражали его поползновения Кэсси, сейчас, в такой обстановке, пугающей и романтичной одновременно, трудно было не поддаться ее очарованию. А она придвинулась к нему еще ближе.

— Как хорошо, что Вы со мной, господин Мелвин, такой спокойный, сильный… С Вами я ничего не боюсь.

Она все сильнее запрокидывала голову, а Мелвин все ниже к ней склонялся. Но в момент неизбежного поцелуя он увидел торжествующий взгляд, которые она чуть-чуть не успела скрыть под тенью длинных ресниц. Вот же чертовка! Мел мгновенно пришел в себя, крепко взял ее за хрупкие плечи и решительно отодвинул на безопасное расстояние. Кэсси лишь ресницами захлопала.

— Хорошая попытка, Кассандра, — холодно сказал он, — но будет лучше, если мы продолжим путь!

— Не понимаю, о чем Вы! — в тон ему ответила Кэсси.

Ну, да, не понимает она. Будет ли нарушением приличий, если он открыто выскажется насчет неуместности ее попыток его соблазнить? Такая Кассандра ему не нравилась. Он неоднократно наблюдал, как она собирает вокруг себя поклонников, и становиться ее очередным трофеем не имел ни малейшего желания. Видно же, что для Кэсси — это просто вызов, а для него вся эта ситуация ничего, кроме сложностей не несет. Еще служебного романа ему сейчас не хватало. Он о расследовании должен думать, а не о соблазнах. И все же, в глубине души Мелвин честно признался себе, что близость юной прелестной девушки, похожей на белую лилию, взволновала его. После их танца он не мог уже смотреть на нее, как раньше, ведь теперь телесная память хранила волнующее тепло прикосновений к ней. Лишенный дара, который всегда защищал его, он чувствовал, как обострились сейчас все плотские желания.

Кэсси просунула руки в рукава сюртука, запахнула полы, Мел взял факел, и они отправились дальше. И практически сразу коридор резко свернул влево, и они вышли в крохотную комнату, где в нише стоял небольшой ларец. На запястье Кассандры ярко вспыхнули браслеты. Мелвин почувствовал, как тело наполняется силой. Магия вернулась…

Глава 13 Мелвин

— Ничего не трогайте! — предупредил он. — На ларце может быть защитное заклятье.

Не может быть, а точно было, он увидел это, как увидел и то, что эту защиту накладывал диффорд большего потенциала, чем он сам. Так что, дотронься он до ларца, получил бы магический удар. Такой вариант его не устраивал, но уже было понятно, что об этой находке нужно срочно сообщить в магическую службу. Похоже, они случайно наткнулись на схрон какого-то диффорда. Сильного и опасного, иначе к чему бы столько усилий, чтобы скрыть этот ларец.

Он не видел никакого выхода, значит, дверь не магическая, а механическая, что странно. Поэтому крайне осторожно, чтобы ничего не задеть, принялся простукивать стены и искать рычаги.

— А вы не боитесь? — спросила Кэсси. — Для человека магический удар смертелен, а здесь магия сильная, даже я чувствую.

— Спасибо, ваши слова меня очень подбадривают! — отшутился он. — Но остаться в каменном мешке, знаете ли, тоже смертельно.

— Вот теперь мне и правда страшно. Мел, как думаете, что это за место?

— Какой-то маг устроил тайник. Скорее всего, в ларце держат что-то опасное для стихийного мира. Опасное и запрещенное. Я уверен, Кэсси, что это… — он прервался, чтобы приложить ухо к месту, где стук был глуше. — … что это не тот тайник, который ищут студенты. Скорее всего, мы случайно обнаружили что-то серьезное.

— Нужно будет рассказать дяде.

— Обязательно! — согласился он. — Вместе и расскажем!

Кто знает, может этот ларец принадлежит господину директору! Вряд ли он обрадуется, что его племянница раскрыла его маленький секрет! Навредить-то он ей не навредит, память сотрет и все. И Мелвину заодно, с людьми это еще проще сделать. А он, Мелвин, сможет засечь магическое воздействие. Конечно, тогда директор поймет, что никакой он не человек, но если тайник — дело рук диф-Эванса, это будет уже неважно. Жаль, что при Кэсси он не может сейчас посмотреть, что там внутри.

— А вдруг мы навсегда здесь останемся? — жалобно спросила Кэсси.

Мел оглянулся. Девушка села на ступеньку, спрятав руки в длинные рукава и засунув их подмышки. Холодно ей уже не было, но она съежилась, словно пыталась спрятаться от неведомой угрозы. Мелвин вернулся к ней, присел на корточки и крепко сжал ее локти. Ему хотелось влить ей спокойствие, но он не знал, как отреагируют на его магию заклятья, которыми был нашпигована комната.

— Кэсси, посмотри на меня!

Девушка подняла голову.

— Кэсси, я поражаюсь твоему самообладанию! Ты самая храбрая девушка из всех, что я знаю. Я понимаю, что сейчас тебе страшно. Неизвестность всегда пугает. Но я тебе обещаю — мы выберемся! Просто потерпи сейчас!

Он успокаивающе гладил ее по жесткой ткани своего сюртука.

— Хорошо, — тихо выдохнула она.

Он вернулся к поискам и, наконец, нашел скрытый рычаг. Часть стены бесшумно отъехала в сторону, и они оказались…в темноте. Но эта темнота уже не была опасной. Поднатужившись, Мелвин отодвинул тяжелый шкаф, который закрывал проход. И они оказались в покоях, которые были Мелвину, увы, хорошо знакомы. Но это были не покои господина директора. Проход за ними закрылся, и, обернувшись, Мел увидел лишь каменную кладку стены. Засияла и погасла магическая печать такая же, как была в зале с драконом. Мелвин подвинул шкаф на место, закрывая место тайника.

— Вы знаете, где мы? — спросила Кэсси.

— Да, в преподавательском крыле. Пойдемте, нужно срочно поговорить с господином директором!

Кэсси вдруг насупилась, стянула сюртук и сунула ему в руки. И чего это она?

— Кэсси, сейчас не до студенческих забав!

Она молча двинулась к двери. Господин директор выслушал их доклад, не теряя невозмутимости. Никакого воздействия на Кэсси он не применил, и вообще, судя по его реакции, о тайнике он ничего не знал. А вот Мелвину, конечно, память стер. Вернее, думал, что стер: защиту, поставленную самим Владыкой, он распознать не мог, а реакцию «человека» на подобное вмешательство Мелвин изобразил вполне правдоподобно. Закончив процедуру, господин диф-Эванс скомандовал:

— Кассандра, задержись! Господин Мелвин, возвращайтесь в людские покои!

Когда Мелвин вышел, директор после долгой паузы сказал:

— Ситуация сложная, Кэсси, я отправлю доклад в службу Владыки. Господину Вэрроу я стер память, о вашей находке он ничего помнить не будет.

В глазах Кэсси отразился ужас.

— Не бойся, девочка, для людей эта процедура неприятна, но не опасна. Пару часов голова будет болеть. Что касается тебя. Впереди расследование, тебе нужно будет давать показания, поэтому я наложу пока заклятье неразглашения. Потом сниму.

— И тоже сотрете память?

Директор помолчал.

— Не знаю…Не могу ничего тебе обещать. Вряд ли в этом будет необходимость, я ведь смогу за тебя поручиться. В любом случае затраты магии тебе будут компенсированы. Я не дам тебя в обиду, моя девочка! Иди!

Мел не ушел к себе, а ждал ее в коридоре. Глаза его были мутными, лицо посерело от усталости. Кэсси вздернула подбородок.

— Господин советник, на сегодня мы закончили?

— Да, на сегодня это все.

— Я могу идти?

— Да, конечно, жду Вас завтра. Когда у Вас заканчиваются занятия?

— В два часа.

— Тогда после обеда.

— Хорошо.

Мел, которому не нравилось изображать головную боль и усталость, рассердился. Да что с ней такое?

— Кэсси, подождите, я не понимаю. С момента, как мы… — он осекся, понимая, что для Кэсси он — человек, утративший воспоминания последнего часа, — как мы ушли из зала, Вы переменились. Я чем-то обидел Вас?

— Нет, просто день был долгий, я устала. До завтра!

Мел вернулся к себе и сел писать доклад в тайную службу. Конечно, господин диф-Эванс наверняка уже связался с ними, но главе нужна будет и его версия случившегося. Главное, что директор непричастен к происходящему. А вот кто? Насчет Джея у Мелвина не возникло ни капли сомнений: хоть тайник и вывел их с Кэсси в покои Джастина, но он — воздушник, а все, что они увидели в тайнике — дело рук диффорда. Джастину не удалось бы даже магическую печать снять. А вот узнать, кто жил в его комнатах раньше, нужно узнать! Мел принялся покрывать бумагу четким красивым почерком, вспоминая детали и не сразу сознал, что мешает ему сосредоточиться: воротник сюртука хранил легкий, едва уловимый аромат цветочных духов Кэсси…