Дома его ждало письмо. Все тот же добрый профессор писал: 'Мой милый мальчик, пусть говорят, нам, магам, стихия милее всего на свете, с возрастом понимаешь, что ничто не сможет заменить простое человеческое тепло. Мне нужно срочно уехать, дочка больна, и больна серьезно. Я хотел уйти в отставку, но пока мне разрешили лишь взять внеплановый отпуск. На Праздник огней уезжаю. Когда твои дети — люди, чей век быстротечен, а жизнь подвержена болезням и всяческим иным неприятностям, начинаешь ценить каждый миг, проведенный с ними.

Как ты понимаешь, посреди учебного года непросто найти замену, и в академии не слишком обрадовались моему прошению, но тут я вспомнил о тебе. Я знаю, что как раз на второй триместр ты свободен от службы на «Парящем». У тебя есть и образование, и опыт, и магический потенциал. Как смотришь на то, чтобы надеть на себя преподавательскую мантию и от души потрепать самолюбие студентов-воздушников? В общем, я приглашаю тебя в Элвен-кассл на службу. Магический контракт на три месяца, к сезону полетов вернешься в строй (а там, глядишь, и приживешься?). С господином директором я поговорил, он тебя помнит и кандидатуру твою одобрил. Ты меня очень выручишь, если согласишься. Ответ нужно дать до конца месяца. Светлого вихря под крыло, мой мальчик. Искренне твой, Эдвин-диф-Айл'.

Через пару дней он встретил Мелвина, своего старого друга, с которым ему пришлось пережить дикую заварушку на перевале. Мел хоть и не был магом, но проявил тогда чудеса храбрости. С тех пор они виделись редко, но всегда с радостью поддерживали общение.

— А я еду в ваше святилище, — со смехом объявил Мелвин.

— Куда?

— В Элвен-каслл. Ты же там учился?

— Да. Но зачем?

— Пригласили младшим советником по связям с людьми.

— Ничего себе. Не знал, что ты вхож ко двору со-правителя!

Мел едва заметно поморщился:

— На самом деле, своей стремительной карьере я обязан чужим интригам. Кто-то кому-то перешел дорогу, кто-то кого-то подсидел. Мне вот дядя поспособствовал, как я понимаю, я его выручу, если приму эту должность. Не все же по гарнизонам мыкаться. Да и всегда хотел посмотреть, каково это, в магической академии учиться. Ну, не учиться, конечно.

— Что ж, — помедлив, ответил Джастин, — могу тебе экскурсию устроить. Меня туда тоже работать зовут и на тот же самый период. Правда, я еще не решил.

Мелвин похлопал его по плечу:

— Так решай! Представляешь, как весело будет вместе?

Джастин вспомнил, как, и рассмеялся. Вот уж и впрямь.

Последней каплей стал новогодний прием, который, по давно устоявшейся традиции устраивали в Министерстве воздушного флота. Вернее, обрывок разговора, который Джастин совершенно случайно ухватил за хвост. Он самым малодушным образом спрятался за портьерой, чтобы избежать нежеланной встречи с нежеланной обожательницей, а тут рядом остановились две старушенции, и невозможно было выбраться, не задев их. Оставалось только ждать.

— … для нее блестящая партия…все-таки уже двадцать пять. Понятно, маги возраст по-другому считают, но все же, — делилась сплетнями пожилая дама, обмахивающаяся веером. — Говорят, ее отец рад без памяти, породниться с диф-Керригами! Маги без пропусков в шестом поколении, третьи в списке богатейших семей графства! Да этой Матильде просто повезло! Некоторые, конечно, считают ее красивой, но моя Сэди ничуть не…

— А помолвку уже объявили? — перебила ее собеседница, видимо, не склонная слушать дифирамбы в адрес неведомой Сэди.

— Нет еще, но объявят в самое ближайшее время. Вы же знаете Эвансов, они всегда…

Дамы удалились. Чем им не угодили Эвансы, Джастин не узнал, но это было уже не важно. Он и так услышал больше, чем хотел. Гораздо больше! Матильда собирается замуж за Родни диф-Керрига! Оглушенный этой новостью, он понял, что нужно срочно что-то менять. И в тот же вечер написал в академию о своем согласии занять место преподавателя. Куда угодно, лишь бы подальше от тех мест, где говорят о Матильде дер-Эванс!

Именно так и решила судьба. Именно что подальше. Именно поэтому он и оказался теперь на заснеженном склоне холма, где сбил с ног ту, от которой добровольно когда-то отказался…

Глава 2 Мелвин

— Не понимаю, чем ты недоволен? — спросил Мел ему в спину.

Надо же, даже не запыхался, поднимаясь по крутой тропинке, а ведь человек! Джастин дернул шкуры, которые зацепились за куст, мысленно выругался. Он не Мелвин, он не опустится до ругательств вслух, хотя вышло, конечно, забавно.

Джастин остановился, развернулся и посмотрел на приятеля сверху вниз:

— С чего ты решил, что я недоволен?

— С того, что тебе явно не понравилось, как я разговаривал с этой Матильдой. Было очень похоже на то, что ты ревнуешь.

— Матильда дер-Эванс мне совершенно безразлична, — Джей надеялся, что эти слова прозвучали достаточно убедительно.

Мел усмехнулся:

— Ну, да, именно поэтому ты так незаметно постарался узнать, не замужем ли она. Чувствуется, здесь таится интересная история, друг мой? Не хочешь поделиться?

— Никакой истории! — отрезал Джастин и продолжил подъем.

Мелвин вдруг понял, что крохотная неуютность зацепила его в диалоге. Что это было? Имя? Дер-Эванс, дер-Эванс. Точно! Та девушка, что занималась описью находок в архиве. И которая заявила о пропаже. Память его никогда не подводила! Эта же память услужливо подсказала, что Матильды дер-Эванс не было в списке подозреваемых, который сейчас лежал в тайном отделении его саквояжа, надежно защищенный магическим паролем. Что выпускница пятилетней давности делает здесь сейчас? До бала далеко. В числе преподавателей она не значится. Судя по фамилии, она — родня директору. Решила навестить любимого дядюшку в самом тоскливом месяце года. Случайность? Надо взять на заметку и постараться аккуратно все выяснить.

Конечно, можно было бы разузнать у Джастина, но, судя по его мрачной физиономии, это будет затруднительно. Что его связывает с Матильдой, догадаться несложно. Скорее всего, в прошлом был роман, и, похоже, неудачный. Мел вспомнил один разговор, когда Джастин разоткровенничался и сетовал на какую-то девушку, после которой наглухо закрыл свое сердце для серьезных отношений. А теперь глядит из-под бровей, сыплет колкостями и отказывается отвечать на вопросы. Мел вспомнил лицо Матильды при словах «она вовсе не милая барышня» и фыркнул. Забавная вышла сценка, как и их феерическое падение.

— И много здесь таких мест? — вернулся он к нужной теме.

— Каких? — Джей остановился и подождал, пока Мелвин его нагонит. Разговаривать спиной как-то неудобно.

— Где на магию блок стоит.

— Нет, все-таки магические затраты большие, — ответил Джастин. — Но еще парочку покажу.

Мелвин не удивился такому нарушению правил. Плохи те студенты, что не пытаются заводить тайны от преподавателей. И плохи те преподаватели, что не знают эти тайны. Наверняка, служба безопасности замка возвела дополнительную защиту в этой зоне. Пусть любители развлечься пребывают в счастливом неведении, что их страшная тайна давно и надежно контролируется! Если его догадки верны, найдется и место, где студенты устраивают попойки (спиртное на магию действовало плохо и было запрещено в академии).

— Тебе понравилось? — спросил Джастин.

— Еще бы. Удивляюсь только, как студенты себе здесь кости не переломали.

— Было пару раз, но — выйди за пределы поляны, и магия все залечит. В том-то и удовольствие: чувствовать живую боль.

— Везет вам, — покривил душой Мелвин.

Приставку «диф-» к фамилии носили лишь те диффорды, которые официально стояли у власти: со-правитель, главы министерств, судьи. Для работы тайного агента выгоднее было таиться. Все равно диффорда мог распознать лишь другой диффорд, да и то при определенных условиях, маги-стихийники видели в нем лишь обычного человека. Мелу было немного жаль, что он не может открыться другу, но что поделать. Избегай привязанностей — родственных, любовных, дружеских — вот правило, которому их учили в секретной службе. До настоящего момента Мелвину легко удавалось соблюдать это правило, но Джей ему нравился. Кстати, нужно будет позаботиться о достоверности деталей, чтобы друг ни о чем не догадался. Вряд ли у простого смертного такой аттракцион обошелся бы без последствий…