— Диффорд и человек.

— Верно. Диффорд + человек = человек. Всегда. Не было зафиксировано ни одного исключения. И это приводит нас к вполне логичному запрету, который действует по настоящее время: диффорд не имеет права жениться на человечках.

— А любовницу завести можно? — спросил Кин, диффорд-первокурсник, носивший на данный момент стихии огня и воздуха.

— Это вопрос морали, а не генетики, — невозмутимо ответил профессор. — Но человечество уже давно придумало несколько способов, чтобы уберечь себя от нежелаемого потомства.

Одна из девчонок за первой партой ахнула, зажала рот ладошкой и выбежала из аудитории.

— В вас пока еще слишком много от людей, — заметил профессор, — привыкайте к тому, что не все их нормы морали и нравственности имеют вес у нас. Заводя с кем-то связь, вы должны осознавать, что вы решаете не просто вопрос, будут ли вас осуждать в обществе или сможете ли вы сделать выгодную партию. Вы должны понимать, что своими легкомысленными действиями влияете, возможно, на будущее магического мира. Представьте, если диффорды перестанут рождаться. Кто обеспечит нам защиту от магической угрозы, кто будет контролировать преступность, кто сможет предотвратить природные катаклизмы на стыке стихий? Я доступно излагаю, господин Кин?

Студент опустил голову:

— Да, господин профессор.

— Что касается вас, юные дамы, сколько бы ни прошло веков, требование блюсти себя и вступать в брак чистой душой и телом вряд ли изменится. Женское предназначение — рожать детей остается главным как для человечек, так и для вас, стихийных магичек. Но мы отвлеклись. Теперь давайте рассмотрим варианты пересечения в магических союзах разных стихий. Внутристихийные браки тоже давно доказали свою несостоятельность, никаких гарантий что, например, ребенок двух огненных магов будет носить стихию огня, нет. Тем не менее, работа магического Бюро по сбору статистики, позволяет нам…

Кэсси заерзала на месте. Неужели никто не заметит и не спросит? Сама она ни за что не решится!

— Простите, профессор, — вдруг снова заговорил Кин. — А как же союз двух диффордов?

Повисла долгая пауза. Если бы профессор носил очки, он бы, наверное, принялся сейчас протирать стекла, чтобы выгадать время. Но у магов не возникало проблем со зрением, так что ему пришлось отвечать.

— Здесь невозможно собрать статистику, мой мальчик, слишком редки случаи появления женщин-диффордов, да и то эти истории полны домыслов и фантазий…

Кэсси вспомнила картинку в учебнике, печаль в глазах королевы Кристианы… и резко подняла руку:

— Господин профессор, разрешите выйти?

И дождавшись кивка, выбежала в коридор. Профессор покачал головой:

— Нет, до чего же чувствительные барышни пошли! Продолжаем, господа…

Глава 5 Джастин

После первой недели пребывания в академии Джастин убедился, что преподавать намного сложнее, чем менять воздушные потоки, выводя дирижабль из бури. Пару раз он поймал себя на том, что на лекциях невольно подражает интонациям и стилю профессора, что вызывает у студентов смешки. Конечно же, ему устроили традиционную проверку, но, как недавний студент, он разгадал хитрости и достойно ее прошел. Все изменилось, когда прошла первая стихийная тренировка. Его навыки вызвали зависть у парней и восхищение у девушек, а когда студенты (и откуда только?) прознали, что он служил на «Парящем», то завалили его вопросами и просьбами рассказать о самых будоражащих приключениях! Так Джастин понял, что ему удалось завоевать авторитет у своих подопечных. Правда, ореол храбреца и мастера принес побочный эффект в виде внимания студенток, что хоть и льстило Джастину, но было ему совершенно не нужно!

С преподавательским составом наладить отношения было еще проще. Его еще помнили, как способного и вежливого студента, так что встретили радушно. Единственное, как ему показалось, госпожа директриса при встрече с ним с трудом выдавила из себя дежурную улыбку, но этому было вполне понятное объяснение. К счастью, вопросами преподавательского состава ведала не она, а директор, так что их общение ограничивалось вежливыми кивками. А присутствие Мелвина, верного и веселого приятеля, делало жизнь в академии еще лучше. Вот только Матильда… Убежать в академию, чтобы забыть о ней, а теперь видеть ее каждый день — в злом юморе судьбе не откажешь.

Впрочем, и с ней Джастин пока встречался лишь на собраниях, в окружении преподавателей, да периодически наблюдал издалека, когда они оказывались вместе в столовой. Вот и сегодня, они хоть и сидели вместе за длинным столом, но максимально далеко друг от друга.

— Сегодня мы утверждаем итоговый состав комитета подготовки к Балу стихий, — открыла собрание госпожа дер-Эванс. — Предварительная работа проведена, но пора приступать к активным действиям. Неизменным председателем комитета являюсь я, надеюсь, возражений ни у кого нет, — она улыбнулась своей шутке, ни на минуту не допуская, что эти возражения появятся, и без паузы продолжила, — ответственный секретарь комитета госпожа Матильда дер-Эванс, вы отвечаете за списки гостей, рассылку приглашений, подготовку наградных документов, впрочем, подробности позже.

Когда прозвучало имя Матильды, головы всех собравшихся автоматически повернулись к ней. Джастин получил законную возможность смотреть на Матильду, чего старался не делать прилюдно. Сегодня на ней было скромное официальное шерстяное платье с узким воротником-стойкой, подчеркивающем ее длинную шею, и Джастин невольно залюбовался девушкой. Жемчужно-серый цвет платья подчеркивал яркость ее глаз, из строгой деловой прически выбились несколько непокорных завитков, прелестно спускающихся к розовым ушкам, похожим на изящные маленькие раковины. На щеках играл нежный румянец смущения от обращенных на нее взглядов, а пухлые губы призывно алели.

Джастин судорожно сглотнул и опустил глаза. Кого он обманывает? Сколько бы ни прошло лет, для него не было и нет в мире девушки прекраснее и желаннее Тилли! И сама мысль, что она помолвлена с другим, делала его жизнь невыносимой! Видеть ее, говорить сухим официальным тоном, с трепетом разворачивать записки с ее округлым детским почерком и… ничего не предпринимать! А тут еще Мелвин со своими неуместными шуточками и легковесными комплиментами, над которыми она весело смеётся, а ведь без пяти минут невеста!

Джастин так увлекся своими ревнивыми мыслями, что не сразу расслышал свое имя.

— Господин эйр-Ллойд, вы поняли важность возложенной на Вас задачи?

— Ээ, да, — ответил он наугад, не имея представления, о чем идет речь.

А госпожа дер-Эванс продолжила:

— Работа предстоит… дипломатическая. Как вы понимаете, выбрать достойнейших из достойных весьма непросто. Предварительный список гостей на текущий момент почти втрое длиннее, чем мы можем принять. Вам с Матильдой нужно будет все тщательно проверить: срок династий, государственные заслуги, магические деяния.

Им… с Матильдой? Директриса продолжала говорить, и он, наконец, вник, что его назначили ответственным за согласование кандидатур магов, прибывающих на Бал. Почему его?

— Почему я? — вырвалось у него прежде, чем он осознал неуместность своего вопроса.

Но директриса терпеливо, как непонятливому студенту-первокурснику, объяснила:

— Во-первых, у вас наименьшая загрузка среди преподавательского состава, это позволит заниматься делами комитета без ущерба для учебного процесса. Во-вторых, мы тут, в академии, живем закрыто, Вы же вращаетесь в обществе, больше знаете о том, кого сейчас ценят в свете и чье появление здесь будет наиболее уместным. Ну, и в-третьих, молодой возраст позволит Вам выполнять возложенные на Вас обязанности куда эффективнее, чем прочим. Пожалейте наших почтенных магов!

Старики преподаватели одобрительно закряхтели. Смиряясь с неизбежным, Джастин склонил голову.

— Конечно, я готов!

Кроме них с Матильдой в комитет был включен маг огневик, отвечающий за безопасность, госпожа тир-Гвиред, которая отвечала за украшение зала, дворецкий, контролирующий порядок, хореограф, готовивший традиционный спектакль, и интендант, решающий все вопросы с заготовками и банкетом.