— То есть, ничего магического здесь не будет?

— Ну, почему, будут, безобидные, — Адайн вытянул книгу из стопки и протянул ей.

— Так, что у нас тут еще? Ооо, мифология магического мира! Вот это уже интереснее! Кажется, я знаю, каким будет мой любимый предмет!

— Это вряд ли, — серьёзно заметил Адайн, — профессор, который его ведет, гоняет нас, как драконов по пещерам!

— Такое хотя бы учить интересно.

— Да. А еще он любит, чтобы мы искали совпадения нашей и человеческой мифологии. Советую тебе взять сборники человеческих сказок, пригодится!

— Твой совет устарел! — заметила Кэсси. — Сказки — это первое, что я взяла здесь. Я еще в детстве поняла, что в них, пусть и искаженные, но есть много знаний о магах.

— Ну, — улыбнулся Адайн, — мы все же на мётлах не летаем и волшебными палочками не размахиваем. А представляешь, сколько силы нужно потратить, чтобы превратить человека в лягушку, как любят наказывать героев феи в сказках?

Кэсси лишь плечами пожала и принялась с интересом листать учебник. Отложила, взяла следующий толстенный том в потрепанной кожаной обложке.

— История магии. Ого, неплохо за столько веков набралось. Я надеюсь, нас не заставят зубрить даты и персоналии, как в обычной школе? Я и наших преподавателей-то еще не всех по именам запомнила!

Она принялась листать пожелтевшие от времени страницы, замерла:

— Так женщины-диффорды были? Я думала, это просто легенды.

Адайн потянулся, чтобы разглядеть красочную иллюстрацию, на которой была изображена величественная женщина с длинными косами, перевитыми жемчужными нитями.

— Вивиана, великая королева Средневековья. Ее существование документарно подтверждено, да. Ее и королевы Кристианы.

— Правительницы, что заключила первый союз с людьми? — уточнила Кэсси. — Это есть в человеческой истории, но там не сказано, что она была диффордом. Я всегда думала, она из водных. Но почему их так мало?

Адайн плечами пожал:

— Этого никто не знает. Есть версия, что первым диффордом была сама Владычица, и женщины-диффорды — это ее перерождения, но такая честь выпадает редко, раз в несколько сотен лет.

— Сомнительная честь — вершить судьбы мира и нести ответственность за всех магов, — Кэсси захлопнула книгу и тут же звонко чихнула из-за взметнувшегося облачка пыли.

Адайн с улыбкой ею любовался.

Кэсси подняла на него глаза:

— А где твое «будь здорова?»

— Отвыкай от человеческих привычек, Кассандра. Зачем желать здоровья тем, кто не болеет?

— Ну, вот это пока единственная очевидная радость быть магом. Мама замучилась со мной в детстве. А теперь ни больного горла, ни насморка! Ладно, — она взяла в руки список книг, который им выдал куратор, — что там еще осталось? Геометрия⁇ О, нет, за что, Владычица? Нет, Адайн, молчи, еще одной заумной речи о пользе земных наук я не вынесу! Пойдем!

Адайн поднялся, сложил все книги в аккуратную стопку и поднял. Стопка оказалась выше его головы.

— Ты только направляй, куда идти, а то я ничего не вижу, — попросил он Кэсси.

Они медленно спустились по широкой лестнице и двинулись по крытой галерее к корпусу, где жили студенты огненного факультета. Идущий им навстречу высокий блондин при виде Кэсси оживился, перевел взгляд на Адайна и насмешливо улыбнулся.

— День светлеет при виде Вас, прелестная Кассандра. Разрешите помочь?

Он сделал пасс руками, и книги, утратившие вес, поплыли по воздуху.

— Пижон! — буркнул Адайн, но незаметно потянулся, разминая затекшие руки.

Маг-воздушник проводил их до комнат, развлекая Кэсси беседой и старательно игнорируя соперника. Кэсси же аккуратно втягивала в разговор и Адайна, и, когда учебники заняли место на полках, а незваный помощник ушел, улыбнулась огневику:

— Воздушники, конечно, милые, но своя стихия ближе, верно?

И закрыла дверь. Адайн еще с минуту смотрел на причудливую резьбу, которой была покрыта дверь, не в силах согнать с лица глупую влюблённую улыбку…

На занятия Кэсси ходила неохотно. По утрам она долго лежала, уставившись в потолок и придумывая предлог прогулять лекцию. Поскольку она пропустила первый триместр, то училась не с остальными огненными магами курса, а со всеми стихийниками, кто начал год с середины. Магия не приходила по календарю, у кого-то способности просыпались раньше, у кого-то — практически к самому совершеннолетию, так что расписание занятий было плавающим, а для вновь прибывших составляли индивидуальный план.

За две недели Кэсси успешно перезачли письмо, чтение, историю, географию, латынь и арифметику. Нормы человеческого этикета она тоже знала блестяще. С естественными науками обстояло сложнее. В человеческой школе систематического курса естествознания не было, девочкам давали только самые азы. Здесь же уже дробили науки по современной системе: преподавали физику, химию, биологию, сразу апробируя изученное в связке с управлением стихий.

Занятия по анатомии и вовсе вызывали у многих новеньких смесь восторга и ужаса, особенно у девушек. Но как управлять внутренней стихийной силой, если не понимаешь, где она зарождается и как проявляется. Поэтому иллюстрации со строением скелета, внутренних органов и органов чувств первокурсникам приходилось разглядывать чаще, чем любимые всеми магические газеты. Но к тому, что они узнают, оказался не готов никто.

— Записываем сегодняшнюю тему, — преподаватель был пожилым, некрасивым и рассказы его обычно вгоняли студентов в состояние сонного оцепенения (но зато и спрашивал он редко и проверочными работами не терзал), — «Основы магической генетики».

Студенты зашумели, зашушукались.

— Тихо, господа, — прикрикнул профессор, — не понимаю, почему эта тема каждый раз вызывает у студентов такую реакцию! Итак, доподлинно неизвестно, как появились диффорды и стихийные маги. Мы знаем это лишь по легендам, никакими научными фактами мы не располагаем. Да, человеческая история насчитывает гораздо больше тысячелетий, и генетически маги идентичны людям, за исключением свой стихийной составляющей. Но вопрос, который всегда беспокоил магическое сообщество, состоит в том, чтобы понять, как сохранить нас как вид.

— Жениться чаще, — раздался веселый басок с задних рядов.

Парни поддержали шутника смешками, у девушек заалели щеки. Профессор, видимо уже привыкший, что эта тема всегда вызывает подобные шутки, спокойно продолжил дальше.

— С каждым годом становится не только меньше стихийной магии в природе, но и магов рождается все меньше. Много веков маги стремились сохранить численность за счет чистоты заключаемых браков, но уже давно установлено, что это не дает гаранта. У двух магов в союзе может родиться человек, а связи с людьми, которые все равно возникали даже в период запрета на них, приводил к тому, что рождаются маги. На текущий момент есть неизменные закономерности, которые мы сейчас и запишем. Давайте рассмотрим варианты.

И он начал неспешно выводить на доске.

— Маг + маг = рождается маг, человек, диффорд.

Маг + диффорд = рождается маг, человек, диффорд

Энфис, соседка Кэсси по комнате, с которой они быстро нашли общий язык, прошептала:

— Если бы мама узнала, что мы здесь учим, она меня сразу бы отсюда забрала!

— У тебя мама… — Кэсси замолчала, считалось бестактным спрашивать о таком.

Но Энфис поняла:

— Да, человек, и отец тоже. У меня бабушка была из воздушных.

— Девушки, прекратите разговоры, — сделал им замечание профессор. — Смотрим дальше. Маг + человек = рождается маг, человек. Человек + человек = рождается маг, человек. Что мы видим?

— Что от людей не может родиться ребенок-диффорд, — ответил кто-то.

— Верно, поэтому было время, когда статистических данных набралось довольно, чтобы официально запретить магам заключать союзы с людьми. Но, увы, количество рождаемых в чистых магических союзах людей не уменьшилось, а диффордов не увеличилось. Дискуссии о том, готовы ли мы жертвовать магами во имя рождения диффордов, были весьма долгими, но в итоге и этот запрет сняли. Какие варианты мы еще не рассмотрели?