— Что ж, — подытожила директриса, — завтра с утра я соберу кураторов, чтобы рассмотреть кандидатуры для студенческого комитета подготовки, всех членов нашего комитета жду завтра в семь вечера у себя, а сейчас давайте решим вопрос с академической неуспеваемостью следующих студентов…

Когда собрание закончилось, и все стали расходиться, директриса сказала:

— Господин эйр-Ллойд, задержитесь, пожалуйста!

Джастин, недоумевая, остался. Беседовать наедине с директрисой ему было крайне неприятно. Слишком уж обстановка напоминала другую беседу, изменившую его судьбу. Но он, стараясь сохранить невозмутимый вид, пересел ближе.

Директриса покрутила в руках карандаш, постучала им об столешницу, отложила.

— У меня к Вам будет еще одна просьба, Джастин. Я не могла озвучить ее при всех… Что Вы скажете о господине Мелвине Вэрроу? Я знаю, Вы были знакомы еще за пределами академии.

— О Меле? Он отличный парень, верный друг, храбрый офицер.

— Я не очень разбираюсь в тонкостях человеческой иерархии, но Вам не кажется странным, что на должность советника по связям с людьми назначали человека… э… весьма далекого от светского общества? Господин Вэрроу, конечно, безупречно воспитан, прекрасно держится, но он — военный. А вопросы, которые он решает сейчас, касаются согласования вопросов, связанных с Балом. Это закупки, порядок в покоях, приглашения, размещение…

— И вопросы безопасности, а это как раз привычно военному. Не знаю нюансов, но Мелвина назначили на эту должность вполне заслуженно!

— Прошлый советник, возглавлявший комитет последние двенадцать лет внезапно скончался. Да, люди так хрупки… Но Вэрроу… Вам не кажется, что люди нам не доверяют?

— Я не очень понимаю, чем я могу быть полезен в данной ситуации.

— Скажите, не спрашивал ли Вас господин Вэрроу о чем-то, не связанном с Балом? Может, проявлял особый интерес к чему-то… или к кому-то?

Джастин напрягся. За это время он показал Мелвину пару тайников, свозил в заповедник и отводил курить на крышу старой башни. Что из этого могло сойти за особый интерес?

— Не могу сказать. Мелвину, как человеку, просто интересно все, как у нас тут устроено. К тому, что касается обучения, он равнодушен, но да, он интересуется замком. Это вполне оправдано его обязанностями, разве нет? Людской делегации суждено провести здесь несколько суток, а вопросы безопасности — одна из забот советника. Что касается его назначения… Насколько я знаю, у людей больше распространена практика награждать повышением за реальные заслуги, а не за то, из какого человек слоя. Переход от опасностей полевой службы в со-правительскую охрану — это логичное повышение. Да, Мелвин не дипломат, но для должности советника он вполне подходит.

— Мне бы хотелось, чтобы Вы сделали заключение, оценивая ситуацию как маг, а не как друг Мелвина.

— Это оно и есть, — твердо ответил Джастин.

— Что ж, благодарю… И еще… я надеюсь, Вы не держите на меня обиды за… тот разговор. Вы до сих пор холосты. Если честно то, что судьба свела Вас с Тилли в стенах академии я склонна рассматривать как…

— Не очень понимаю, о чем Вы! — сухо заметил Джастин. — Разве ваша племянница не помолвлена с Родни дифф-Керригом?

Директриса нахмурилась.

— Дифф-Керриг… ах, ну да, я…

— В любом случае, — перебил ее Джастин, — я не намерен обсуждать с Вами свою частную жизнь. Пожалуйста, давайте держаться в рамках нашей работы. Как, собственно, и с Матильдой! Я могу идти?

Директриса бессильно откинулась в кресле.

— Да, конечно… Простите…

Джастин раскланялся и ушел. Его распирала злость. Вот старая проныра, все-то она знает, про всех навела справки. Разве она не должна заниматься студенческими делами, оставляя мужу решать вопросы с персоналом? Значит теперь, когда он разбогател и получил офицерский чин и престижную должность, она считает его достойным внимания своей дражайшей племянницы? Официально помолвка не объявлена, а наличие еще одного поклонника повысит ставки? Может, как раз заставит дифф-Керрига поторопиться? Ну уж нет, участвовать в этом балагане он не собирается! Ему отвели роль простачка, отвергнутого поклонника, который вновь попытает счастья и вызовет ревность у более успешного соперника. Дифф-Керриги и старший, и младший наверняка будут на Балу. А если…

Джастин резко остановился, словно наткнулся на невидимое препятствие. Если это Матильда подослала тетку с разговором? Дать ему ложную надежду, сподвигнуть к ухаживаниям…

Он снова ускорил шаг, вихрь гнева, ревности, задетого самолюбия бушевал в его жилах. Он так летел, что не заметил идущую навстречу девушку, и когда они сравнялись в узком проеме, едва не сбил ее с ног.

— Ты завел привычку налетать на меня? — с робкой улыбкой спросила Матильда, а это была именно она.

От нее не укрылось, что сегодня на собрании Джастин смотрел на нее по-новому, без привычного раздражения. Это придало ей смелости, чтобы заговорить с ним сейчас. Но к ее изумлению, он отступил и, помахав перед ее носом рукой, бросил резко и зло:

— Ничего у вас не выйдет, понятно⁈

И обогнув ее так далеко, как только позволяли узкие стены, помчался прочь.

Матильда, с трудом сдерживая подступившие слезы, с недоумением и обидой смотрела ему вслед.

Ретроспектива. Пять лет назад…

Джастин стремительно несся по коридорам, предвкушая встречу с любимой. Завтра — Бал выпускников, и он твердо решил попросить у родителей Матильды официального разрешения ухаживать за ней. Ему надоело прятаться по углам, таиться, сдерживать свои чувства. Он понимал, что Матильда занимает особое положение в академии и что к ней, как к родственнице директора, пристальное внимание и в чем-то завышенные требования. Он старался деликатно относится к ее чувствам, поэтому решил все сделать открыто, пусть и старомодно. Нужно будет попросить профессора представить его родителям Матильды, а потом… Но сначала обсудить с ней…

— Господин эйр-Ллойд, — окликнула его запыхавшаяся служанка, — Вас хочет видеть госпожа директриса.

— Сейчас?

— Да, велела явиться немедля, там что-то срочное.

Он раздраженно хмыкнул, но покорно последовал за ней. Ни к чему настраивать против себя родственников Тилли. Наверняка завтра у них попросят рекомендации ее родители. И если господин директор всегда был благосклонен к Джастину, то насчет директрисы он был совсем не уверен…

— Присаживайтесь, Джастин!

Она собрала бумаги, разбросанные по столу.

— Возникла весьма неприятная ситуация. Я обнаружила, что Вы на две недели задержали оплату за обучение.

Вот карга старая! Нельзя было до утра подождать, чтобы про деньги поговорить.

— Уверяю Вас, это какое-то недоразумение… Я обязательно уточню и…

— Неприятность не в этом, мой мальчик. Я связалась с вашим дядюшкой. Он же Ваш официальный опекун и именно он платит за ваше обучение, не так ли?

— Да, и как только мне исполнится двадцать один, я…

— Ничего не получите, — закончила за него госпожа дер-Эванс.

— Простите, я не совсем понимаю!

Она откинулась в кресле.

— Я буду откровенна с Вами, Джастин. Финансовые вопросы наших студентов я не всегда изучаю столь пристально. Но к Вам у меня особый интерес. Матильда — моя племянница, и естественно, я заинтересована в том, чтобы ей было обеспечено достойное будущее. Жизнь, к которой она привыкла, жизнь в достатке и в определенном статусе.

Джастин похолодел. Она все знает!

— Я знаю о Вас с Матильдой, — продолжила директриса. — И хочу предостеречь Вас от опрометчивого шага, который Вы собираетесь предпринять.

— Но…почему Вы считаете, что я не смогу…

— Потому, Джастин, что после подробнейшей переписки с Вашим дядюшкой, я узнала, что он два месяца как женился на юной человечке, которая две недели назад родила ему сына. Да, пикантная нестыковка в сроках, но ребенок все же родился в законном браке. Вы не сможете получить свое наследство, Джастин, пока мальчику не исполнится восемнадцать, и у него проснется или нет — как повезет — стихийный дар. Теперь он законный наследник, и вы сможете получить свои деньги лишь в том случае, если он вырастет человеком. Не уверена, что Матильда будет ждать так долго. И не уверена, что Вы сможете обеспечить ее, если поженитесь сразу после выпуска. Да, вы перспективный маг, отличник, но на сей момент у Вас нет ничего за душой, Джастин.