Он убрал руку с моей шеи и отступил.

— Иди переоденься во что-нибудь удобное, а я закажу еду. И, может, умойся. Ты сейчас похожа на утонувшего енота.

Я уставилась на него с открытым ртом и тут же схватилась руками за лицо.

— Ты не мог сказать об этом раньше?!

Остин рассмеялся.

— Подходящего момента не было. Сначала у тебя была истерика, потом мы спасали мир. Вот сейчас впервые появился шанс.

Поднимаясь, я хлопнула его тыльной стороной ладони по животу.

— Закажи мне пад-тай. После сегодняшнего дня он мне жизненно необходим.

— Будет сделано, детка.

Я прямиком направилась в ванную.

И да.

Я действительно выглядела как утонувший енот.

По щекам тянулись черные дорожки туши, глаза были такие красные, словно я всю ночь каталась в фургоне с The Grateful Dead, а в волосах, похоже, уже успел свить гнездо какой-то мелкий грызун.

Просто великолепно.

Методично стирая остатки макияжа, я снова задумалась о мужчине, сидевшем в моей гостиной.

Он сказал, что мне никогда не придется узнавать, каково это — быть без него.

Но я знала, что это неправда.

Однажды Остин преодолеет свои проблемы с отношениями.

Или, что еще хуже, встретит женщину, которую полюбит настолько сильно, что ради нее преодолеет их.

И тогда ему придется оставить меня позади.

Я прекрасно понимала, что, если у кого-то из нас появятся серьезные отношения, наша дружба неизбежно изменится.

Остин больше не будет бросать все свои вечерние планы по первому моему зову. Он будет бросать их ради плохого дня какой-нибудь другой девушки.

От одной этой мысли за грудиной разгорелось болезненное жжение, и я потерла ладонью место между грудей, пытаясь его унять.

Как там говорилось в «Шестнадцати свечах»?

Ах да.

«Вот поэтому влюбленность и называют разрушение. Если бы это было легко, называли бы как-нибудь иначе».

Заехав на школьную парковку и поставив машину на свободное место, я заметил Картер. Она наклонилась через переднее сиденье, чтобы забрать сумку, и юбка туго обтянула ее задницу.

И, судя по всему, любовался этим зрелищем не только я.

Какой-то офисный хрен подозрительно долго возился с ключами, не сводя глаз с задницы моей маленькой зажигалочки.

Моей маленькой зажигалочки.

Черт.

Картер вовсе не была моей, но в какой-то момент я начал думать о ней именно так.

Я с такой силой захлопнул дверцу машины, что вывел этого клоуна из транса, в который его вогнала задница Картер. Она обернулась в мою сторону и помахала рукой. Клоун перевел взгляд с нее на меня, потом обратно и шагнул к Картер.

Я ускорил шаг.

— Привет, Остин.

Она буквально просияла при виде меня. Черт возьми, так, словно одним своим появлением я разом решил все ее проблемы.

— Остин, это мой друг и коллега Кайл. Кайл, а это один из моих лучших друзей, Остин.

Кайл выглядел так, будто только что откусил лимон.

— Когда ты рассказывала про своего друга Остина, я почему-то всегда думал, что речь идет о девушке.

Картер сдавленно рассмеялась.

— Эм-м, нет. Он определенно парень.

Я усмехнулся и протянул ему руку.

— Рад познакомиться, приятель.

Его маленькие глазки сузились, и он попытался сжать мою ладонь посильнее.

— Взаимно.

Картер, совершенно не замечая повисшего между нами напряжения, радостно произнесла:

— Как здорово, что вы наконец познакомились! Остин, нам лучше пойти внутрь, чтобы я успела передвинуть парты и все подготовить к твоему выступлению.

Я обнял ее за плечи, притянул к себе и заодно забрал сумку.

— Показывай дорогу.

Она указала на синие двустворчатые двери, которые прямо-таки кричали: «Школа», — и мы направились к ним. Кайл-прилипала поплелся следом.

Пока мы шли по коридорам, меня невольно отбросило в воспоминания о начальной школе: загадочные мясные блюда по понедельникам и моя любимая учительница мисс Рэйчел, которая была главной героиней огромного количества моих допубертатных фантазий.

Готов поспорить, Картер тоже занимала почетное место не в одной такой фантазии.

Она отперла дверь класса, распахнула ее, включила свет и подошла к своему столу, забирая сумку с моего плеча.

Я на несколько секунд просто замер, оглядываясь вокруг.

Наверное, удивляться не стоило, я ведь видел, как она мастерила украшения в тот день, когда пришел извиняться. И все же я был поражен.

Каждый свободный сантиметр стен занимали сделанные вручную плакаты, бумажные цветы и даже невероятно подробная карта мира, где на каждой стране были нарисованы животное, цветок и какое-нибудь блюдо.

Я даже представить не мог, сколько часов она на все это потратила. И был уверен, что за это время ей никто не заплатил ни цента.

У меня, черт возьми, никогда не было такого класса.

— Картер, это потрясающе.

Она уже передвигала парты из первого ряда к стенам.

— Тебе нравится?

Ее глаза сияли гордостью.

Я подхватил еще одну парту и, следуя ее примеру, отодвинул в сторону.

— Очень. Ты потрясающая учительница, знаешь?

Она залилась тем милым розовым румянцем, который успел стать одним из моих любимых цветов.

— Спасибо, Остин. Надеюсь, что так.

Я поднял руку и убрал прядь волос с ее лица. Пальцы задержались на щеке, и от прикосновения между нами снова ожило это знакомое электричество.

— А я знаю.

Она опустила взгляд на свои туфли, разрывая контакт.

— Мне нужно объяснить тебе, как все пройдет сегодня, пока дети не пришли. Они знают, что ты будешь, и ужасно устал… — Она запнулась и тут же продолжила: — В общем, они очень ждут тебя. Почти все мальчишки огромные фанаты UFL, хотя им явно рановато смотреть такие вещи. Я тебя представлю, а потом ты произнесешь свою речь. Показывать приемы придется на мне, потому что я не хотела отправлять детям разрешения от родителей на занятие по самообороне. Особенно если у Майкла дома действительно происходит что-то плохое.

Я видел, что Картер нервничает. Она говорила все быстрее и быстрее, как всегда, когда начинала волноваться.

Я протянул руку, положил ладонь ей на затылок и слегка сжал.

— Эй. Все будет хорошо. Детям понравится хотя бы потому, что целый час им не придется заниматься уроками. А если повезет, это поможет Майклу наконец открыться. Но даже если нет, мы хотя бы дадим всем полезную информацию.

Она медленно выдохнула.

— Ты прав.

Я почувствовал, как губы сами растянулись в улыбке.

— Можешь повторить? Я хочу записать это на телефон, чтобы потом ставить тебе запись.

Картер шутливо хлопнула меня по животу.

— Засранец.

В этот момент прозвенел звонок, и из коридора донесся грохот сотен маленьких ног.

О черт.

Надеюсь, я справлюсь.

Я не хотел подвести Картер.

Каждого ребенка она встречала «дай пять» или каким-нибудь забавным особым рукопожатием.

— Заходите, ребята. Те, кто обычно сидит в первом ряду, сегодня найдут свои парты у стен. Как я говорила вам вчера, сегодня у нас особенный день, потому что мистер Лайонс пришел рассказать нам о самообороне. Давайте тепло его поприветствуем и покажем, как мы благодарны ему за то, что он пришел.

Дети захлопали — кто с восторгом, кто без особого энтузиазма.

Я шагнул вперед и медленно обвел взглядом обращенные ко мне лица.

— Привет, ребята.

— Здравствуйте, мистер Лайонс, — хором ответили они.

Похоже, Картер успела научить их еще и хорошим манерам.

— Я очень рад сегодня быть здесь и поговорить с вами. Мы разберем много разных ситуаций, поэтому важно слушать внимательно, чтобы не пропустить ничего важного. А если все будете хорошо себя вести и слушать, то, возможно, в конце моего выступления вам даже удастся увидеть, как мисс Маккарти надерет мне задницу.

Я ухмыльнулся через плечо Картер. Та поджала губы.