Для меня это должен был стать первый по-настоящему крупный пресс-день в роли тренера, и я хотел убедиться, что все внимание достанется моему бойцу — Эрику.

— Эрик хорошо выглядит. Думаешь, победит? — спросил Лиам.

— Шансы очень хорошие. Для новичка у него серьезные способности. Еще несколько боев на большой арене — привыкнет к давлению и сможет по-настоящему доминировать в своей весовой категории.

Я подхватил кошелек и ключи.

— Пойдем, все вещи в гараже. Просто закрой дом, когда закончишь. И еще раз спасибо за помощь.

— В любое время. Удачи сегодня. И не забудь кинуть в рот мятную конфету перед тем, как полезешь целоваться! — со смехом сказал Лиам.

Я несильно ткнул его хуком в бок.

— Ага, ага.

Выйдя через парадную дверь, я сел в свой внедорожник.

Я справлюсь.

Я взрослый, мать его, мужик.

И уж точно не сломаюсь под давлением первого свидания.

Я открыла вторую за день банку диетической колы, хотя было всего двенадцать. Понедельник давался мне особенно тяжело.

После того ужасного пятничного вечера выходные, к счастью, сложились куда лучше. Парни настояли, что проведут со мной все два дня, раз Тейлор уехала из города. В пятницу вечером им было так меня жалко, что я уговорила их сделать маски для лица и посмотреть какую-нибудь девчачью мелодраму. В субботу я пошла с ними на матч по флаг-футболу, где Остин рычал на каждого мужчину, который со мной заговаривал. Лиама и Форда это ужасно веселило. В воскресенье я приготовила огромный бранч, а парни смотрели спорт, пока я проверяла работы учеников.

Это был рай.

Но сегодня я была совершенно вымотана и держалась из последних сил.

Я достала пакет с обедом из ящика стола и развернула сэндвич. В последнее время я предпочитала обедать прямо в классе, чтобы избежать возможных неловких встреч с Кайлом. Обычно Тейлор составляла мне компанию, но сегодня у нее было дежурство в столовой.

В дверь постучали, и я мысленно взмолилась, чтобы это не Кайл решил меня разыскать.

— Войдите.

В приоткрытой двери показалась темноволосая коротко стриженная голова, а взгляд быстро обежал комнату. Убедившись, что я одна, Остин распахнул дверь полностью.

— Что ты здесь делаешь?

Я поднялась из-за стола, подошла к нему и обняла за талию. Его футболка была теплой от солнца, и я сильнее прижалась щекой к его груди.

— Принес тебе подарки.

Я отстранилась и заметила в его руке подарочный пакет среднего размера.

— Я люблю подарки.

Он одарил меня такой сногсшибательной улыбкой, что внизу живота все сжалось.

— Большую часть получишь сейчас, но один придется подождать до конца нашего свидания.

Улыбка сама собой расплылась по моему лицу.

— Свидания?

Остин жестом велел мне снова сесть за стол.

— Да. Сегодня после школы я приглашаю тебя на наше первое официальное свидание. Так что сразу после работы езжай домой, я заеду за тобой примерно в четыре. И надень что-нибудь удобное. Например, джинсы.

Моя улыбка стала еще шире.

— Хорошо. А теперь давай сюда.

Я протянула к пакету обе руки, нетерпеливо шевеля пальцами.

— Избаловали тебя совершенно, — пробормотал он.

Остин полез в пакет и достал электрошокер, перцовый баллончик и что-то похожее на кастет с двумя шипами.

И все это было розовым.

— Я подумал, если они будут выглядеть хотя бы немного по-девчачьи, ты с большей вероятностью станешь ими пользоваться.

У меня отвисла челюсть.

— А базуку ты не принес? Вооруженный батальон?

Он легонько постучал пальцем по кончику моего носа.

— Не искушай меня. Просто сделай мне одолжение и носи это с собой. И когда идешь к машине или от нее, держи что-нибудь из этого в руке.

Я видела тревогу в его глазах и напряжение в плечах.

Он беспокоился обо мне.

Пожалуй, только это и могло заставить меня таскать с собой весь этот нелепый арсенал.

— Ладно. Но если я случайно покалечу какую-нибудь бедную старушку или сама выколю себе глаз одним из этих шипов, медицинские счета оплачиваешь ты.

На губах Остина снова появилась улыбка.

— Договорились. Мне пора возвращаться в зал, но увидимся совсем скоро.

Он наклонился через стол и поцеловал меня в лоб.

В этом прикосновении ощущалось обещание чего-то гораздо большего.

По телу прошла дрожь, соски мгновенно напряглись, и я резко втянула воздух.

Когда Остин отстранился, я увидела жар в его глазах.

Он направился к двери, и тут я заметила Кайла, заглядывающего в класс через окошко. Как только наши взгляды встретились, он тут же отпрянул.

Мне стало его немного жаль, но, возможно, так даже лучше. Если он увидит меня с другим мужчиной, то наконец поймет, что между нами ничего не будет.

Остин, совершенно не подозревавший о подглядывающем Кайле, взялся за дверную ручку и обернулся.

— Пока, красавица.

Щеки вспыхнули, и я тихо пробормотала:

— Пока, Остин.

Он ушел, а я до конца дня превратилась в ходячее недоразумение: роняла ластики, опрокинула стакан с ручками на столе. Кажется, ученики решили, что я пьяна.

Когда в четверть четвертого наконец прозвенел последний звонок, я собрала вещи с такой скоростью, на какую только была способна, и прямиком помчалась домой.

Стоило мне войти, как я принялась переворачивать комнату вверх дном. Вытащила из комода любимые узкие джинсы, перебросала кучу блузок и в итоге остановилась на белой блузке из вышитого хлопка с рукавами-оборками, которая просто шикарно подчеркивала грудь.

Я бросилась в ванную, чтобы поправить макияж и волосы.

Домофон у ворот зазвонил как раз в тот момент, когда я закончила наносить на губы нежно-розовый блеск.

Я сунула ноги в золотистые сандалии, схватила сумочку и вместо того, чтобы открыть Остину ворота через домофон, просто вышла сама, тщательно заперев за собой дверь.

Его широкая фигура виднелась за деревянными рейками ворот, и в животе тут же запорхали бабочки.

Вот оно.

Наше первое настоящее свидание.

Он попробует меня поцеловать?

Я очень на это надеялась.

Но внезапно все мои страхи вернулись разом.

А что, если я изменилась и Остину не понравится та, какой я стала?

Что, если он поймет, что на самом деле его ко мне совсем не тянет?

Моя рука замерла на ручке калитки.

Я уже не была уверена, что смогу заставить себя выйти.

Остин, должно быть, почувствовал мое колебание, потому что его низкий рокочущий голос прозвучал с другой стороны:

— Открывай, Зажигалка.

Я сглотнула и послушалась.

Калитка распахнулась в мою сторону, а взгляд Остина медленно прошелся по моему телу снизу вверх, задержался на груди — спасибо тебе, белая блузка, — а затем вернулся к лицу.

— Ты потрясающе выглядишь.

И я, разумеется, выпалила:

— Кажется, меня сейчас стошнит.

Он расхохотался так сильно, что ему пришлось опереться о раму калитки.

— Не думаю, что тебя правда сейчас стошнит.

— Не сейчас, так еще может, — буркнула я, сердито глядя на него.

Остин потянулся ко мне, но я отступила, разозлившись на этого бесчувственного засранца за то, что он смеется надо мной.

Правда, сбежать далеко не удалось. Он обхватил меня за плечи и притянул к груди.

— Не из-за чего нервничать, малышка. Ты мой самый любимый человек во всем мире. Мы просто не можем плохо провести время.

От этих слов я буквально растаяла в его объятиях. Именно это мне и нужно было услышать.

Должно быть, Остин почувствовал, как напряжение покидает мое тело, потому что сжал мое плечо и немного отстранился, заставляя посмотреть ему в глаза.

— Теперь все хорошо?

Я кивнула, чувствуя, как щеки начинают гореть при мысли о своей минутной панике.

Остин взял меня за руку, переплел наши пальцы и повел к машине.

— Ты, черт возьми, такая милая.