— Погоди, ты говоришь, что девочки были близнецами и у них не было разницы в возрасте?

— Ваше Высочество, а как может быть разница в возрасте у близнецов? Сёстры Ким сами были близнецами, и одна из них родила близнецов.

— Погоди, — озадаченно произнесла уже госпожа Ом, — но насколько я знаю, одна девочка была рождена, как мы теперь знаем, сестрой На Рин, а вторая чуть позже — второй сестрой, но тоже от губернатора.

— Госпожа, что Вы? Это невозможно. На Рин не могла иметь детей — ей так изуродовали всё, что она даже не в состоянии была провести одну ночь с мужчиной. За неё всегда это делала сестра-близнец. Они обе сильно любили друг дружку, обе умные, хитрые и смелые. Они всегда были рядом, как не разлей вода. Заболевала одна — и следом за ней другая. Я не знаю, что произошло, но На Рин сейчас выглядит очень потерянно, хотя и старается улыбаться. Сёстры хоть и близнецы, но я-то могу их различить — много раз видела обеих рядом.

— Зато мы знаем. Хорошо, ты нам очень помогла, и мы своё слово сдержим. Тебя освободят от рабства и вычеркнут твоё имя из государственного реестра кисэн. Госпожа Ом, распорядитесь, чтобы её сопроводили в мой павильон и передали в руки евнуха Нама.

Я вошла через центральный вход, поприветствовала Её Величество как положено, она указала мне на место рядом с собой, и я, поднявшись на подиум, поправила юбку и села на своё старое место. Присутствующие с удивлением посмотрели на мой манёвр — ведь всем уже было известно, что я должна сидеть внизу, а это место теперь принадлежит супруге Пак.

Я подала королеве свернутую в трубочку записку и увидела, как её брови поднялись от изумления. Она повернула ко мне голову, но я утвердительно прикрыла глаза. После собрания она попросила даму Пак остаться на завтрак, после чего мы проследовали в обеденный зал. Внезапно в коридоре королева обернулась:

— Подскажите, пожалуйста, как мне Вас называть — госпожа Пак, супруга министра Пака, третьего советника Его Величества, или кисэн Ким На Рин?

Я увидела, как на лицо женщины наползает маска ужаса. Она вдруг схватилась за сердце и рухнула на пол. Прибежавшие служанки и евнухи перенесли её в кабинет Её Величества, после чего госпожа Чхве вылила на неё кружку холодной воды.

Ким На Рин пришла в себя, попыталась встать, но не смогла, даже руки её не держали. Служанки подняли её и поставили на колени.

— Рассказывайте всё, что знаете. Ваша сестра-близнец была убита вчера в первой половине дня людьми князя Вана. А до этого была убита её дочь Ким Сэ Ри и её служанка. Вчера вечером вооружённые люди заняли павильон супруги Пак. Что всё это значит? — я задала вопрос, не давая ей опомниться.

— Я не знаю, — еле слышно прошелестело в ответ.

— А что ты знаешь? — внезапно рявкнула королева, напугав даже меня. Она встала и обошла вокруг коленопреклонённой женщины. — Ты знаешь, что бывает за обман Его Величества? Что делают с семьёй обманщика? Вы с самого начала это задумали, когда ввели во дворец обеих сестёр? Отвечай!

— Ваше Величество, я об этом ничего не знаю. Мы с господином Паком с самого начала не хотели, чтобы наша дочь вообще принимала участие в отборе невест. Но от нас ничего не зависело. Мы не хотели, чтобы на нашу семью обратили внимание, но когда она прошла в третий тур, то дороги назад уже не было.

— А она что, не могла сделать ошибки и не пройти во второй тур? — я не могла не удержаться от такого вопроса.

— Нам запретили любое общение, как только она вошла во дворец. Я не могла с ней даже увидеться, и так вот всё получилось.

— Кто был инициатором в вашем сближении с губернатором Паком? Что случилось с его женой? Только не говорите, что не знаете. Мы посылали специальных людей в тот город.

— Господин Пак сказал, что всё сделает сам, чтобы я стала его женой. Я не знаю подробностей и никогда не хотела их знать.

— Господин Пак знал, что ты бесплодна? — задала я самый коварный вопрос.

Она стала хватать ртом воздух как выброшенная на берег рыба, видимо пыталась мне возразить, но я прервала её:

— Мы всё знаем. И о том, как тебя целую неделю насиловала толпа пьяных мужиков, и вердикт лекаря тоже знаем. И то, что твой супружеский долг за тебя выполняла твоя сестра-близнец, и что именно она родила от господина Пака двух девочек-близнецов, которые вместе вошли во дворец. Кто сделал Ким Сэ Ри особой сангун? Госпожа Сонг? Откуда вы с ней знакомы?

— Я не знаю её, никогда не видела, только слышала о ней. Когда наша девочка стала супругой Его Величества, к нам в гости пришёл министр князь Ван и за ужином сказал, что всё знает о нашей тайне. И у него есть выписка из книги, где я числюсь как кисэн, и свидетели, как господин Пак изменил мне имя. И откуда взялось тело той женщины, которую одели в мои одежды, и что господин Пак сделал со своей законной женой. И пообещал передать это её семье, а меня выдать властям, если мы не будем делать всё, что он нам прикажет.

— Пак Со Ри знала об этом?

— Он сам с ней встречался, и по его приказу мы с сестрой отдали во дворец Ким Сэ Ри. Но знала ли она всё до конца — я не знаю.

— Господин Пак знает, что девочек родила не ты, а твоя сестра?

— Нет! — она почти выкрикнула это. — Он вообще даже не знает о её существовании!

«Голливуд нервно курит в сторонке», — почему-то подумала я, слушая излияния бывшей кисэн, которая чуть было не стала настоящей тёщей правящего короля и бабушкой будущего короля. Она стояла на коленях, её руки и голова тряслись, как при болезни Альцгеймера, губы дрожали, из глаз непроизвольно лились слёзы.

Фиг с ним, с князем Ваном, но теперь всю семью ожидала лютая смертная казнь. Таковы законы Королевства.

— Кто был мужчиной, от которого зачала мальчика Ким Сэ Ри?

— Я не знаю. Её вызвали из дворца и увезли люди князя, а через неделю вернули.

— То есть с твоей племянницей сделали то, что когда-то с тобой?

Она промолчала, потом закатила глаза, как-то медленно осела и упала навзничь.

— Лекаря сюда, быстро! — закричала королева.

Я кивнула даме Чхве, и она опять выплеснула стакан воды на лежащую женщину. Та пошевелилась, потом подтянула ноги к груди и тихо, так тоненько завыла. Было ли мне её жалко? Нет, ни капельки. Она сама выбрала свою судьбу, шла по ней как королева, а теперь все вокруг вдруг стали виноватыми.

— Ваше Величество, привели служанку супруги Пак, которая постоянно ходила в город.

Девице оказалось немногим за тридцать, холёная, с умными глазами и красивым лицом. Она после поклона застыла столбом на коленях рядом с матерью своей хозяйки, показывая всем своим видом, что не понимает, по какому поводу её сюда вызвали. Королева задала ей несколько вопросов, на которые девица отвечала односложными «не знаю», «не ведаю», «первый раз слышу».

— Ты решила умереть ради своей хозяйки с высоко поднятой головой? — королева хмыкнула. Похоже, эта девица её даже немного развеселила. Потом наклонилась вперёд и спокойным деловым тоном произнесла: — Нет, ты подохнешь, захлебнувшись в собственном дерьме. Я это тебе обещаю.

— Ваше Величество, отдайте её мне, в тот самый подвал. Евнух Нам побеседует с ней один на один. С помощью раскалённого железа и прочих забавных штучек. Но сначала я прикажу кнутом содрать с неё всю одежду, да, всю, до последней нитки. Будем останавливаться, отливать водой и продолжать, пока я не получу ответы на все интересующие меня вопросы. Вы пытались меня убить, причём дважды. Так почему я должна быть с вами милосердной? Ты даже в дурном сне не можешь себе представить, что я могу сделать с человеческой плотью. Жизнь в горах меня многому научила. Ваше Величество, я забираю её?

Я видела, что ей страшно. Страшно от моих слов, страшно, что королева молчит и только постукивает пальцем по подлокотнику кресла, страшно от тонкого воя госпожи Пак, лежащей на полу рядом с ней, и от её обезумевших глаз.

— Мин Су, заткни этот вой, надоело уже, — Мин Су подошла и несколько раз сильно ударила ногой лежащую в кобчик. Вой прекратился, видимо, хозяйка кобчика поняла, что эти игры тут не проходят.