— Ты говорила с ней даже об этом?

— Но Ваше Величество, я же Ваша супруга и просто обязана всегда быть на Вашей стороне. И ещё — что мешает Вам встретиться с ней лично? Даже до того, как подпишете указ. Тем самым Вы выскажете свою сыновью почтительность, покажете своё уважение и просто потешите её самолюбие. Она там, в этом углу, уже с ума сходит от тоски. Наши небольшие прогулки вокруг озера — это ничто по сравнению с тем, какой свободой она обладала ранее.

— Ну не могу я после всего, что она совершила, делать первый шаг. Не могу.

— А если я легонечко подтолкну Вас в спину?

— Это как?

— А давайте завтра прогуляемся вместе вокруг озера? И ненароком зайдём? Ну, как бы иду я такой мимо, вижу, как две мои супруги входят в павильон в бамбуковой роще, и вдруг меня посещает мысль: «А почему и я не могу зайти?» Раз — и зашёл? — и я лукаво посмотрела на него из-под поднесённой к глазам ладони.

— Ах ты ж какая! — он прихватил меня за щеку и потрепал.

Я кивнула Мин Су, и она с девушками покинула покои.

— Ваше Величество, вы арестованы, — с этими словами я потянула ленточку на его груди, но он перехватил мою руку.

— Подожди. Завтра ты, как всегда, идёшь к ней в шесть?

— Да, мы встречаемся с Мин Хвой у моих ворот, и далее не спеша идём в парк, пока не прозвучит сигнал гонга, что наступила половина Часа Кролика (шесть утра). И только тогда поднимаемся по ступенькам в тот павильон.

— Тогда я завтра буду вас ждать у южной пристани на озере. Если я опоздаю, подождите меня и пойдём вместе. Да и Мин Хву я давно не видел. Так что эх, придётся завтра рано вставать.

— Это Вы на что намекаете? Нет, арестован так арестован. Руки вверх.

Выйдя утром из ворот павильона, я была удивлена, увидев стоящую рядом с Мин Хвой маленькую девочку, одетую в малиновую юбку и лимонного цвета чогори. Она сразу спряталась за супругу Суквон и оттуда поблескивала бусинками карих глаз.

— Да проснулась и ухватилась за меня, даже сама оделась без служанок. Хочу увидеть бабушку. Она ведь её никогда и не видела.

— Вопрос, примет ли её бабушка. Ну ладно, не отправлять же её обратно.

Я подмигнула девочке, аккуратно присела и спросила, как зовут маленькую принцессу.

— Хи Джин.

— А меня Ён У. Ты знаешь, кто я?

Она, как взрослая, с серьёзным выражением на лице, кивнула мне головой. Я улыбнулась как можно доброжелательнее и протянула ей сжатую в кулак правую руку с оттопыренным мизинцем. И тут вдруг до меня дошло — я ведь не знаю, было ли это принято здесь, это же не дорама. Но ребёнок не долго думал — она протянула мне такой же кулачок с мизинцем, мы зацепились, потом коснулись друг друга большими пальцами. Всё, контакт налажен.

Мы шли с Мин Хвой, неторопливо обсуждая вчерашнее происшествие. Ребёнок шёл между нами, держа обеих за руки. Её маленькая тёплая ладошка просто согревала мне руку, от неё по всему моему телу растекалось какое-то благоговейное тепло. Я впервые держала в своей ладони руку ребёнка. И моё сердце ёкало всё больше и больше.

— Если им удастся и у тебя спровоцировать выкидыш, то у меня есть только одна версия: их ставленница должна родить принца. И тогда они всей массой набросятся на королеву, стараясь её свергнуть. И у них будет на это полное право.

Бывшая служанка, дочь простолюдинов, была умнее, чем многие высокородные. Она почувствовала во мне благодарную слушательницу, которая не выдаст и не продаст, и поэтому делилась со мной наболевшим.

— А если королева вдруг забеременеет, тогда что?

— Отступят и будут ждать результата её беременности, но, скорее всего, начнут её травить, а возможностей у них полно. Мне кажется, что часть медиков королевской лечебницы явно не на стороне короля и королевы.

— Почему ты так думаешь?

— Ну вот смотри. У Её Величества и у тебя всегда бывают разные лекари на осмотре, как и у меня, а вот у Чо Сукпий, Сон Соён и Пак Сукён они всегда одни и те же.

— Ты намекаешь на то, что они могут быть подкуплены?

— Я не намекаю, я говорю открытым текстом, что это именно так. И они же будут принимать роды. У Хан Кён Бин тоже свой лекарь.

— Тогда почему у остальных и у самой королевы это не так?

— Я не думаю, что те лекари закреплены официально, но так получается, что всегда именно они приходят к этим супругам. А к тебе кто ходит?

— Всегда разные.

— Вот. И всегда не знаешь, что они тебе принесут в своих отварах.

— Но ведь при варке отваров всегда должны присутствовать несколько лекарей, и каждый сбор заносят в специальную книгу. Как там можно что-то подменить?

— Эти могут всё. В книге всё будет написано правильно. И жмых, который хранится десять дней, всё будет сделано как положено. Но сам отвар могут разбавить незаметно для всех. Ой, а это не Его Величество стоит там, у тропинки на горку?

— Да, он сегодня пойдёт с нами. Хи Джин, а вон твой папа стоит?

— Который, в красном?

— Да. А ну-ка подбеги к нему и обними за коленки, а мы посмотрим, что он будет делать. Испугается или нет? — и я, лукаво подмигнув девочке, отпустила её руку.

Ребёнок среагировал моментально — выпростав ладошку из рук матери, она, прихватив юбки, врезала по дорожке спринтерским забегом к королю.

Король не стал ждать, когда она в него врежется. Он присел, раскинул руки и поймал прыгнувшего на него ребёнка и прижал её к груди. Она обхватила его за шею и смотрела на нас победным взглядом, пока мы приближались.

— Давно не виделись, Хи Джин, — он повернул её к себе и чмокнул в щёчку.

— Ой, а мы разве виделись?

— Ты тогда маленькая была, совсем маленькая.

Мы с Мин Хвой чинно поприветствовали Его Величество, а потом я пошла в атаку:

— Ваше Величество, это что же получается? Ребёнок Вас в лицо не знает? Стоп, а Вы когда-нибудь приходили в класс, где обучают четырёх ваших дочерей? Я понимаю, что они не наследники, но они всё же Ваши дети, плоть и кровь.

Он замолчал и смотрел на нас, переводя взгляд с меня на Мин Хву и обратно, потом опустил голову:

— Только сейчас до меня дошло, что со всеми этими заботами я просто забыл об отцовском долге. Обещаю, исправлюсь. Да, Хи Джин?

Девочка засмеялась, покивала головой и опять обняла отца за шею.

— Вы идите, а мы с дочкой зайдём чуть попозже. Мне так захотелось. Обо мне ничего не говорите.

Мы поднялись по ступенькам и вошли в павильон. Вдовствующая королева сегодня выглядела просто как будто на парад собралась. Светло-кремовое чогори с золотыми драконами на плечах и на груди, парадная причёска тэсу-мори, вышитая по низу золотыми драконами тёмно-синяя чхима.

После традиционных поклонов мы уселись напротив и сначала доложили королеве все новости, потом начали их обсуждать. Я высказала своё опасение по поводу лекарей и откуда оно появилось. Она сказала, что подумает над этим.

— Его Величество король прибыл! — раздался голос во дворе, и почти сразу открылись обе створки дверей, пропуская в покои короля с девочкой на руках. Он опустил её на пол:

— Хи Джин, поприветствуй свою бабушку, покажи, чему тебя научили юмо.

Ребёнок с серьёзным выражением лица тщательно совершил три поклона. Я смотрела не на неё, а на лицо королевы. У неё дрожали губы и слегка подёргивалось левое веко. Когда ребёнок поднялся и склонил голову, она внезапно распахнула руки:

— Иди ко мне, дай я на тебя поближе посмотрю.

Девочка не заставила себя ждать, резко оббежала столик и кинулась женщине на шею. И тут защита старой королевы просто рухнула. Она прижала девочку к себе, а та, извернув голову, чтобы не сдвинуть тэсу-мори, прижалась к ней щекой. Всё-таки дети намного ярче чувствуют людей, чем мы, взрослые.