Какая ирония. Давно мёртвый человек до сих пор незримо стоял между Ланой и остальным миром, оставляя Илаю шанс быть рядом.

Оркестр заиграл вступление. Низкие, тревожные ноты медленно заполняли зал. Лана на мгновение отвлеклась — музыка была слишком красивой, чтобы полностью её игнорировать. Несколько секунд они молчали, слушая, пока она не прервала тишину:

— Вы говорили, что можете отдать Чёрный меч уже сейчас, до выплаты всей суммы, определив это как аренду. Я хочу забрать его.

Илай неторопливо провёл пальцем по сапфиру в перстне.

— Разумеется. А ещё вы хотите, чтобы никто не узнал, что ваш Орден лишь номинально владеет Золотым Драконом. И мечтаете, чтобы о его праве выбора никто не догадался.

Лана коротко кивнула.

— В том числе, — Илай почти улыбнулся, — чтобы об этом праве не знал и сам Золотой Дракон.

Лана поджала губы:

— Именно.

— Ах, госпожа Сварткранц. Не стоит стыдиться, я вас не осуждаю. Правителям приходится думать в первую очередь о благополучии своего Ордена. И зачем вообще свобода выбора глупому шестнадцатилетнему мальчишке? Наверняка умудрённая жизнью женщина знает, что для него лучше.

Он не скрывал издевательской улыбки, наслаждаясь возможностью вслух озвучить лицемерный расчет главы Солнечного Сфинкса.

Лана до боли вонзила ногти в собственные ладони.

Стыдно.

Очень стыдно.

А этот змей с удовольствием смаковал её позор.

Илай сделал едва заметный жест рукой. Шторы ложи бесшумно раздвинулись, и внутрь вошёл один из его людей. В руках он нёс длинный чёрный футляр — тот самый, в котором Мистиен без лишних церемоний отдала Илаю меч Влада на их ужине в парящем ресторане «L'Apogée».

Положив его на свободную банкетку, мужчина со щелчком раскрыл замки. Тонкая, изогнутая чёрная сабля покоилась внутри, словно живое, затаившееся существо.

Илай пристально наблюдал за тем, как Лана невольно задержала дыхание. Он знал, как отчаянно ей хотелось вернуть это оружие своему опозоренному, растоптанному чемпиону. Как важно было сдержать данное Владу слово.

Едва пальцы Ланы потянулись к рукояти, Илай резко накрыл клинок ладонью. Его рука оказалась почти вплотную к её пальцам. Он не убрал её сразу, словно замер — секунду просто смотрел, как близко они оказались.

В ту же секунду на сцене резко взвыли скрипки — первый настоящий акцент музыки.

Лана вскинула на него глаза.

Неужели передумал?

— Я напоминаю, госпожа Сварткранц, — его голос мгновенно утратил мягкость, став строгим, почти ледяным, — это лишь аренда. С длительными выплатами. Частями. И исключительно при личных встречах. Вы заберёте меч насовсем только с последней переданной монетой. Если вы вдруг соберёте всю сумму досрочно и попытаетесь отдать мне её за раз — я её не приму.

Лана посмотрела на него как на сумасшедшего и горько усмехнулась:

— Всю сумму за раз? С моими-то штрафами и убытками, которые вы нам устроили? Господин Д’Ориоль, вы, верно, шутите? Сфинксы будут платить строго по графику.

«Если вообще смогут платить», — удушающая мысль на секунду заставила Лану замолчать. Финансы Ордена после трёх недель блокады Илая и штрафа за капитуляцию на турнире трещали по швам. Ей бы вообще уложиться в эти регулярные выплаты, не то, что закрыть долг досрочно.

На мгновение в её голосе промелькнула едва заметная, тщательно скрываемая заминка.

Илай едва заметно, облегчённо выдохнул. Словно он смертельно боялся, что Лана всерьёз могла лишить его этих встреч, просто швырнув ему в лицо весь долг.

В этот момент шторы ложи бесшумно раздвинулись, и внутрь шагнул тот самый юрист от Ордена Мантикоры в идеально выглаженном сером костюме. Всё происходило точно так же, как при их первой сделке в Париже: ни единого лишнего слова, только шорох пергамента и густая, переливающаяся жидким серебром капля магии, запечатавшая волю Наместника.

Когда договор о временной аренде был подписан, юрист так же беззвучно исчез.

На сцене в этот миг взвыли скрипки. Тяжёлый занавес взвился вверх, открывая декорации готического замка. Оркестр обрушил на зал первые, тревожные аккорды Чайковского, а балероны в тёмных одеждах закружились в зловещем танце, но Лана не видела сцены. Её взгляд был прикован к чёрной сабле, которая наконец-то была у неё.

Орден Солнечного Сфинкса.

Академия. Личный зал Элиры Вейл.

Дэмиену нравились тренировки по стрельбе, тренировки с Рейном и тем более с Владом. Но из-за его непонятно почему проблемной магии ему поставили отдельные дополнительные занятия с мастером Знаков мадам Элирой Вейл.

Дэмиен ненавидел эти занятия, как и её злобного ворона.

Морок иногда каркал так, что казалось он насмехается над несчастными попытками Дэмиена освоить магическое плетение Знаков.

Когда Дэмиен вошёл в личный зал Элиры Вейл для индивидуальных занятий, мадам Элира стояла скрестив руки на груди. На голове была та же странная прическа полуспутанных чёрных волос. Морок не сидел на её плече как обычно, а вальяжно расхаживал по столу.

Дэмиен сразу почувствовал запах озона и лёгкой гари — верный признак, что здесь уже кто-то активно работал.

Аура присутствующего издавала ощущение словно прикасаешься к гладкому стерильному стеклу. Дэмиен сразу узнал тотем хрустальной линзы своего соседа по комнате Виктора Шевчука.

— Извините за опоздание, — сказал Дэмиен, закрывая дверь за собой.

Элира Вейл даже не повернулась к нему сразу. Она стояла посреди зала, сложив руки на груди, и с почти благоговейным выражением смотрела на Виктора.

Тот сидел за низким каменным столом. Перед ним в воздухе медленно вращался сложнейший многослойный Знак. Голубоватые линии переплетались, образуя тонкую, изящную конструкцию. В пустом стеклянном стакане, стоявшем на столе, постепенно начала собираться чистая вода.

Элира тихо ахнула и даже слегка приподнялась на носки.

— Вот это… вот это настоящее искусство! — воскликнула она с неприкрытым восторгом. — Виктор, ты — будущий Леонардо этого века. Или Микеланджело. За такие способности в пустыне тебе будут душу продавать, мальчик!

Виктор спокойно закончил Знак. Вода в стакане достигла нужного уровня и перестала прибывать. Он поправил очки и произнес:

— Вероятность того, что я окажусь в пустыне с умирающими от жажды людьми, крайне мала, — ровным голосом ответил он. — Кроме того, энергетические затраты на построение этого Знака несоизмеримы с покупкой бутылки воды в автомате.

Дэмиен тихо фыркнул, пытаясь сдержать смех.

Шевчук в своём репертуаре.

Элира только махнула рукой на Виктора, словно на надоедливого, но гениального ребёнка, и наконец повернулась к Дэмиену. Её лицо моментально изменилось — с восторженного на глубоко разочарованное.

— А вот и наш будущий дракон, — протянула она с тяжёлым вздохом. — Который уже два месяца продолжает изучать базовый стабилизирующий Знак.

Дэмиен молча подошёл к своему месту. Он уже привык к такому приёму. И, если честно, сам уже почти был согласен с тем, что безнадёжен.

Элира поставила вокруг него привычный защитный контур — прозрачную, едва заметную сферу. Без него занятия обычно заканчивались либо дырой в полу, либо подпаленной мебелью.

— Ты не держишь энергию вообще, — сказала она устало. — Она у тебя рвётся, как дешёвая ткань. Я уже жаловалась госпоже Лане, что ты мне спалил полку в кабинете.

Дэмиен вздохнул и поднял руку, начиная рисовать Знак.

— Я стараюсь.

— Стараться недостаточно, — отрезала Элира. — Ты — Золотой Дракон. С твоим уровнем твои Знаки должны быть феноменальными. А ты не держишь потоки вообще.

Она раздражённо щёлкнула пальцами:

— Энергия идёт туда, куда ты её направляешь. Концентрация, Берзиньш. Концентрация.