Спектр возможных решений осложнялся тем, что напрямую затрагивал Артема. Привязанности всегда тяжело ломать: вслед за исчезновением дорогого человека начнутся поиски, а несчастный случай изучат со всей пристальностью, доступной княжескому сыну. Ничего не найдут, разумеется, и был бы кто другой в сфере интересов, не существовало бы и проблемы. Но поступить так с Артемом я не мог.

С другой стороны, какое-то иное решение проблемы, кроме исчезновения Веры с горизонта, меня не устраивало. Таким образом, следовало подать ситуацию в единственно верном ключе, предполагавшем и единственно верное решение. Его, Артема, решение, которое обязано совпадать с моим.

Беда в том, что сделать это не получалось, как бы я ни моделировал ситуацию в голове. Фразы, обстановка, время, внешние факторы, стресс и радость, еда и напитки, отсылки к общему прошлому, жесты и эмоции — в моем разуме все они комбинировались в десятки бесед, которые могли бы состояться и привести к успеху. Но не приводили. Слишком косвенными были доказательства, слишком сильна уже стала привязанность, чтобы от нее отказаться, вместе со мной достроив карточный домик из совпадений, смутных ощущений и интуиции до устойчивой и непротиворечивой конструкции. Проще отмахнуться и укорить в излишней мнительности. Ведь сколько людей живет на свете, и многие кое-как, но тем же многим — родня.

Я пришел в себя от телефонного звонка, автоматически охлопав карманы, и только через мгновение осознав, что звонит телефон с тумбы рядом с кроватью. Сам я так и просидел на самом краю огромного ложа, а вокруг с удивлением обнаружился самый натуральный королевский люкс — во всяком случае, это непомерное нечто размером под сотню квадратных метров, с роскошными коврами, узорчатым потолком и стенами, облагороженными декоративными колоннами и камином, так и напрашивались на данное именование.

Собственно, окружающая обстановка как ничто другое подтверждала, в каком раздрае чувств я находился. В спокойном состоянии номер был бы заказан небольшой и скромный. Дело не в деньгах, а в удобстве и привычном комфорте — дома у меня тоже была маленькая комната. И в другом доме, и в крепости Биен — такая же…

Поднял трубку настойчиво звонившего телефона, прислушался к сонной тишине и поинтересовался:

— Алло?

— Развлечься не желаете?.. — с придыханием поинтересовался томный женский голос.

Посмотрел на часы над камином — почти двенадцать. Задумался, прислушиваясь к телу — сна ни в одном глазу. Зная себя, до утра не усну точно. Уходить куда-то — так ведь Ника утром придет…

— А давайте, — согласился я, решив, что так коротать ночь будет интереснее. — Только пусть шахматную доску захватит.

— Это будет дороже, — чуть обескураженно ответили мне.

— Не имеет значения. Но пусть настраивается на игры до утра, — положил я трубку.

В итоге через пять минут в дверь номера постучалась симпатичная русоволосая девушка в легкомысленном платьице, представившаяся Анжеликой. С шахматной доской, в которой не было ни одной фигуры.

— Ты о чем думала? — возмутился я, раскрыв футляр.

Та уже с ногами на постель взгромоздилась, ладно хоть обувь сняла.

— Разве вы не хотите похлопать меня этим по попке? — заиграла она ресницами, изображая газель на водопое.

— Так, а ну марш с постели! — рявкнул я. — Ты в шахматы играть умеешь вообще?

— А это как? Я очень быстро учусь, — нервно замялась девушка рядом.

— Понятно, — сделал я вывод, поднял трубку и был тут же соединен с ее начальницей. — А можно всех посмотреть?

Для клиента из номера люкс был тут же собран общий смотр тружениц гостиничного досуга. Провел экспресс-опрос. Ни одного разряда, даже любительского! И это заведение претендует на лидирующие позиции в сфере отдыха!

— Короче, будем проводить турнир, — скептически постановил я.

Потому что самому играть — вообще никакого удовольствия. А там, глядишь, обнаружится самородок в финале.

— Какой еще турнир? — возмутилась та, что их привела.

Но уточнение, что время каждой будет оплачено до утра, заставило мгновенно сменить непонимание на неподдельный энтузиазм, и добавило обещание тут же отыскать полтора десятка шахматных наборов (по итоговому количеству участниц), а также принести дополнительные столы со стульями.

— Играть будем по итальянской системе — все со всеми, и четверо лучших — в финале, — постановил я, оглядывая длинноногий и пестрый коллектив.

— Италия — это клево, — согласились мне в ответ.

Но как-то без энтузиазма, без огонька.

— Победитель получит сто тысяч, — добавил я.

Тут же всякая рассеянность улетучилась, а взгляды обрели остроту, ум и сосредоточенность.

— А…

— Никаких наград за второе место, — жестко добавил, уловив неуверенность в несостоявшемся вопросе.

— А кто не умеет?.. — жалобно спросила Анжелика.

— Тот смотрит и учится, — пожал я плечами. — Не одновременно же начнете.

В общем, через краткое время заруба началась. Не без конфуза правда — фигуры неверно расставили, но уже знали как ходить и пытались планировать на шаг вперед.

Шутка ли — стоимость неплохой машины на кону.

В середине ночи в номер пытались вломиться трое мужиков, яростно негодовавших на тотальную занятость женского коллектива гостиницы. Чувство справедливости и изрядная доза алкоголя требовали от них найти виновника, воззвать к совести и уговорить поделиться. На крайний случай мужики были готовы откупаться тяжелыми и трудовыми северными деньгами, кои и намеревались прокутить в эту ночь со всем размахом.

В общем, шли они за одним, а как я посторонился и дал взглянуть внутрь комнаты — так, кажется, немножко даже протрезвели. А узнав размер призового, попросились поучаствовать.

Я был не против, а вот дамы зашипели на них, как выводок кобр на теленка. Пришлось выводить их в штат консультантов, позволив подсказывать. Тут еще и шампанское отчего-то принесли, хотя я и не просил. В общем — дамы, кавалеры, шампанское и шахматы. Баталия развернулась еще жарче.

В уголке же комнаты тихо грустила Анжелика, выбывшая к этому времени из турнира. Глядя на азарт, напряжение и вспоминая размер главного приза, девушка с горечью пыталась понять, когда в ее жизни все пошло настолько не так, что она оказалась на обочине этого праздника жизни.

Дальше все по накатанной: строгие судейские одергивания на попытки использовать сотовый телефон; трепетное внимание дам к мужским советам; мужские же разочарования, когда ставка на размер груди оборачивалась поражением перед острым умом при среднем, но симпатичном облике. Подсказки я все же ограничил до одной на пять ходов, иначе получался фарс. А так — ходят, переживают за то, что умудряются сотворить с партией за какие-то несколько ходов… Ближе к финалу тройка друзей разделилась на две группы — двое против одного, бывалого. Как-то сам собой прошел поздний ужин, а вместо невостребованного шампанского теперь в бокалах журчала минералка. Огромная сумма наличными должна была найти своего нового владельца.

За окнами уже давно рассвело, когда партия все же завершилась победой симпатичной брюнетки, которая представилась в начале вечера Сильваной, но поздравляли ее, с визгами обнимая, уже Ленкой. Расстроенной была только проигравшая сторона — блондинка Моника и ее группа поддержки из двух северных консультантов, которые с завистью смотрели на зацеловываемого женским коллективом конкурента. Решив все же не портить вечер даже малой части присутствующих, я своей волей назначил им утешительный приз в десять тысяч — и теперь уже все целовали всех, порываясь начать с меня. Но у меня была подушка и взгляд опытного, закаленного в боях с Федором воина и соваться ко мне поостереглись.

— Максим Михайлович… — деликатно поскребся в дверь человек из обслуги, привлекая внимание. — Можно вас на секундочку?

Пришлось выходить, для порядка и спокойствия конкурсантов предварительно выкинув две пачки пятисотенных на постель, а на тумбу отсчитав еще двадцать купюр.