Ну, оно и логично. Весьма сложно завоевать страну с таким мобилизующе-логистическим потенциалом. Армия короля и объединённых феодалов может быть где и когда угодно: сегодня она здесь, завтра там, послезавтра вообще в трёх местах одновременно. И сколько бы у тебя не было собственных солдат, всех их по всем имеющимся гарнизонам не расставить. Даже во время самого боя, то и дело надо озираться в тыл и по сторонам: в любой момент пути снабжения и арьергард могут быть под угрозой. Взмах меча — и у тебя за спиной отряд вражеских рыцарей. Взмах — и твой обоз горит. Взмах — и ты отрезан от своих.
Не знаю, чем могла в те времена ответить Империя, но явно тоже имела при себе пару козырей, раз всё завершилось миром, а не её разгромом. Наверняка были у них свои артефакты, свои маги, свои хитрости. Но это уже другая история.
Я закрыл книгу, потёр глаза и посмотрел на ночное небо за окном библиотеки. Голубые, разные по размеру и яркости звёзды медленно плыли по небосклону. Где-то там, за пределами осколков, лежит нечто, что носит название «бездна». А где-то в ней или вблизи нее, за монолитами, возможно, спрятаны или оставлены магические молот с посохом, что когда-то были частью великого клевца. А что лежит за пределами бездны и что это вообще такое?
Может быть, я когда-нибудь смогу найти ответы на эти вопросы. А может, и нет. Но я точно знал одно: пространственная магия — это не просто склад в кармане или проход в другой мир. Это нечто гораздо более глубокое и фундаментальное. И я только начал понимать, как к ней подобраться.
Тем не менее, своих попыток её обучению я не бросал. Просто пришлось самому придумывать для себя программу тренировок. Опираясь на свой опыт работы с базовыми стихиями, я и тут также решил начать с малого: с самого-самого малого.
Утро выдалось холодным и ясным. Жёлтый кристалл на вершине центрального монолита только-только начал разгораться, лениво разливая по небосводу бледные янтарные лучи. Я вышел из дома, зябко поёжился, натянул повыше ворот своего синего свитера (спасибо Ане, греет как печка) и направился к заднему двору, подальше от любопытных глаз. Там, за поленницей дров и старой телегой, стояла моя импровизированная лаборатория или испытательный полигон: вкопанный в землю чурбак, служивший рабочим столом, да пара мешков с песком, что я приволок для экспериментов.
Я вытащил из кармана горсть мелкого речного песка, что набрал вчера на берегу нашей речки, и сел на чурбак, рассыпав песчинки на ладони.
Я взял несколько песчинок, сжал их в крохотную бусинку, что с трудом можно было разглядеть, и попытался приказать ей переместиться с левой моей ладони в правую.
Ничего не вышло.
Бусинка лежала себе на левой ладони, даже не шелохнувшись. Пару раз мне даже показалось, что она чуть-чуть дрогнула, но это было, скорее всего, просто моё воображение или дрожь руки. Много усилий понадобилось, чтобы не воспользоваться случайно атрибутом земли или воздуха.
«Ну, не вышло так не вышло», — подумал я, не особо расстраиваясь.
Если напрямую не получается, надо зайти с другой стороны. Так я всегда делал в кузне, когда металл не хотел вести себя так, как надо. И с магией, возможно, работало то же самое правило. В любом случае: надо было пробовать, а не биться головой, как баран, об одно и то же место.
Я закрыл глаза и представил себе небольшое круглое окошко-портал. Ну, знаете, вроде тех, что я и многие видели в многочисленных компьютерных играх моего прошлого мира. Такие сияющие круги в воздухе, через которые герой шагает из одного места в другое. Пусть будет условно красным порталом: так мне почему-то казалось нагляднее.
Его образ я поместил парящей над моей левой ладонью. Второе такое же окошко, условно синее, я поместил над своей правой ладошкой.
Открыл глаза. Ничего не изменилось. Над руками по-прежнему висел только утренний воздух, дрожащий от холода. Но, будучи уже адептом остальных основных атрибутов магии, я знал: образы там, в моей голове, они есть, они ждут.
Сосредоточился. Представил и приказал пространству между ними соединиться.
Секунда, другая и я взаправду что-то начал ощущать. Сначала едва-едва, будто лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Потом сильнее, отчётливее. Это мана из моей кольчуги, что я носил почти постоянно, потоком начала своё движение в обозначенные мной точки пространства. Она текла по моим рукам, сквозь мою кожу, к тем самым невидимым окошкам, что я мысленно нарисовал над ладонями.
Река духовных частиц усиливалась. Я чувствовал, как она набирает силу, как наполняет каждый сосуд, каждую ниточку между мной и точками концентрации. Стало почти горячо. А затем, в какой-то момент, небольшой участок пространства над моими ладошками начал искриться синими и красными крохотными молниями.
Я чуть не потерялся от неожиданности, но сдержался.
«Нет. Нельзя. Только не сейчас. Сейчас главное — не утратить концентрацию.»
Молнии становились всё ярче, всё плотнее, они переплетались между собой, создавая мерцающую паутину. В момент, когда поток маны стал просто опасно большим, когда я почувствовал, что ещё чуть-чуть и я не сдержу его, искры превратились в тонкий синий и красный огонёк (или скорее плазму) и быстро расширились до размеров с кончик мизинца.
Я почувствовал, как что-то щёлкнуло в воздухе. Как будто невидимая плёнка лопнула, пропуская что-то сквозь себя. Над моей левой ладонью висело крохотное алое сияние, над правой — синее. Они даже слегка пульсировали в такт моему сердцу. Поток маны же стабилизировался.
И все же, сильно удивившись, я потерял свою сосредоточенность.
И пространство в обоих точках вновь схлопнулось, породив небольшой грохот с молниями, что разлетелись в стороны и погасли, не причинив вреда ни мне, ни чурбаку, ни мешкам с песком. Только лёгкий запах озона и будто чуть больший холодок повисли в воздухе, да волосы у меня на голове встали дыбом.
Я сидел, тяжело дыша, и смотрел на свои пустые ладони. Потом медленно перевёл взгляд на бусинку песка, что всё так же лежала на левой руке, невозмутимая, никуда не переместившаяся.
Я не мог пока это доказать, но это явно было оно. Я собственными руками только что создал крохотный двухсторонний портал между моими ладонями.
Да, он был маленьким: с кончик мизинца, не больше. Да, он продержался всего пару мгновений и схлопнулся, едва я отвлёкся. Да, через него нельзя было просунуть даже веточку, не то что руку. Но он был настоящим: созданный моей волей физический разрыв в ткани пространства, соединяющий две точки.
Я рассмеялся. Сижу на чурбаке, посреди заднего двора, с бусинкой песка в руке, вздыбленными волосами и с запахом озона в носу, и смеюсь, как дурак. Потому что я сделал это. Я сделал первый шаг к пространственной магии. Может быть, неуклюжий, может быть, кривой, но первый. Но эй! Это как с первым подтягиванием: дальше будет только легче.
А потом я почувствовал, что устал. Не так, как после долгой работы в кузне или после бега, а как-то по-особенному. Будто из меня вынули стержень, на котором держалось всё. Я глянул на свою кольчугу — она была прохладной, почти холодной, как будто из неё высосали весь её запас маны.
Хм. А ведь это была нехилая нагрузка. Один крохотный портал на пару секунд — и кольчуга села по мане почти на дно. Что уж говорить о полноценном портале, через который можно пройти? Хотя, можно допустить, что всё связано с моей неопытностью и неловкостью в создании разломов.
Так что, я не расстраивался. Наоборот, чувствовал азарт, как всегда перед новым большим проектом. Мне было понятно, куда двигаться дальше. Надо учиться удерживать концентрацию дольше, делать порталы стабильнее, тратить меньше маны на их поддержание. Надо понять, как они взаимодействуют с физическими объектами, с живыми существами, с другими стихиями. Надо придумать, как масштабировать это от крохотного огонька до чего-то более полезного.
И, конечно же, надо было попробовать снова и снова. Сейчас, пока свежий опыт не остыл, пока я ещё чувствую ту самую настройку, тот самый ритм, в котором работало моё заклинание.
