— Может быть, — добавил первый.

И они прыснули.

В глазах потемнело. Чувство глубокой несправедливости и ярость волной прошлись по телу юноши. Давление в груди стало нестерпимым, а потом вдруг глыба внутри треснула и разлетелась на осколки. Земля, вздрогнув, взметнулась. Пласты дерна разошлись глубокими трещинами прямо под ногами мальчишек. Они только и успели слабо вскрикнуть, как оказались по горло в земле. Она втянула их в себя быстро и беззвучно.

Каэлен секунду недоуменно смотрел на их головы, а потом расхохотался от радости и облегчения. Сила всё-таки пришла. Он маг.

— Эй, ты! — испуганно пискнул первый. — Вытащи нас сейчас же!

— А то... — пробормотал второй, тщетно пытаясь шевельнуться в рыхлой на вид земле.

— И не подумаю, — сказал Каэлен. — Побудьте так, подумайте о своем поведении. Не всё можно купить за деньги. А нажалуетесь на меня — вернусь и еще добавлю! Поняли?

Усмехнувшись испугу в их глазах, он развернулся и зашагал прочь. Каэлен шел назад совершенно окрыленный. Он не обратил никакого внимания на странную дрожь в пальцах, списав это на усталость.

Перед дверью спальни старого графа он на мгновение остановился и глубоко вдохнул, выпрямляясь в струну как истинный л’Арианес.

Твердым шагом юноша прошел в комнату и замер у кровати. Отец уже не спал, он открыл глаза и посмотрел на сына.

— Отец. У меня открылся дар.

Старый граф попытался приподняться, его глаза расширились от ужаса, а рот беззвучно открывался, пытаясь глотнуть воздух.

— Что? — наконец выдавил он. — Этого не может быть! Нет, ни в коем случае!

— Это так. Я только что управлял землей, — уверенно произнес Каэлен.

— Дьявол, — обессиленно упал на кровать граф и пробубнил, словно сам себе: — Чертов маг обманул меня, он обещал навсегда. Я отдал ему кучу денег за твою блокировку. Лишь бы хоть один из рода жил спокойно.

— Что? — недоуменно проговорил Каэлен. — Ты меня заблокировал?

Юноша смотрел на отца, в груди что-то треснуло и обвалилось с тихим шорохом. Он сжал челюсти сильнее, прячась под каменной маской. Ему не верилось. Оказывается, дар был. Всегда был. Ему просто поставили блок в детстве. Специально. Как он мог? Как мог отец пойти на такое? Даже потратить деньги, которых уже тогда не хватало. Ведь магов сейчас так мало, их ценят и уважают. А проклятье… а может, дело и не в магии.

— Да, — прохрипел граф, снова пытаясь подняться, — но всё зря. Зря.

Он надрывно закашлялся и повалился на кровать как подкошенный.

— Отец! — бросился к нему Каэлен, забыв про обиды.

Старый граф тяжко, со свистом дышал, прикрыв глаза. Наконец его отпустило.

— Теперь уже ничего не поделать. Раз так — иди в Академию. А я постараюсь продержаться какое-то время. — Старый граф вымученно изогнул губы, изображая улыбку. — Иди, тебе надо собраться в путь. И Каэлен… Покажи им, что род л’Арианесов еще рано списывать со счетов!

Каэлен сухо кивнул и вышел за дверь. Отец пытался уберечь его от своей участи. И почти справился. Вот только блокировка сработала ненадолго. Маг что-то напортачил? Или этому есть какая-то еще причина? Он почему-то совершенно не помнил о магии или какой-то процедуре. Юноша мог понять отца. Действительно мог. Его мучения, его болезнь были очевидны. Граф не хотел такого для наследника. Но какая уже разница? Зато теперь статус мага даст хоть какую-то перспективу на будущее. Даже если оно будет для него недолгим…

Он зашел в свою комнату и переоделся. Каэлен бережно повесил и расправил сюртук. Завтра он наденет его снова. В Академию магии Аэдельгард. А пока надо поговорить с братом.

Каэлен вошел к брату и засмотрелся, как тот, поглощенный игрой, самозабвенно двигает деревянные фигурки по столу.

— Каэлен! — радостно крикнул Таэрон, заметив его, но не двинулся с места.

Юноша распахнул руки. Рыжий вихрь с размаху влетел в его объятия, крепко прижимаясь. Как же он будет скучать по нему в Академии!

— У меня открылся дар, Таэрон. Я завтра отправляюсь в Академию Аэдельгард.

— Круто! — воскликнул брат с искренним восторгом. — Скорее бы и у меня тоже!

Каэлен погладил его по голове. Он тепло улыбнулся брату, но внутри всё сжалось в ледяной комок. Он осознал только сейчас. Таэрону только семь, пока никаких признаков магии. А если и ему достанется проклятье? Или это участь наследников? Каэлен не знал. Отец и дед были единственными сыновьями. А если… если бы у него стоял выбор спасти Таэрона от проклятия блокировкой дара, то пошел бы он на это, как отец, или нет? Всё решить за другого. Еще в детстве. Не дав шанса выбрать самому.

— Веди себя достойно, Таэрон. Ты теперь, после отца, единственный л’Арианес в этом доме, — слегка отодвинув его за плечи, Каэлен заглянул в его лицо.

Таэрон слегка сморщился, словно собираясь заплакать, на светлой коже проступили красные пятна. Каэлен притянул его обратно в свои объятия.

— Всё будет хорошо, малыш. Я заработаю денег, и мы вылечим отца. Ведь я теперь маг.

— Правда, Каэлен? — с надеждой спросил братик, хлюпнув носом.

— Обещаю, — с уверенностью, которой не чувствовал, выдохнул юноша.

Им нужна надежда. Хотя бы надежда. Раз уж больше ничего не осталось.

Ранним утром он вышел в путь. От их усадьбы до города идти было неблизко. Оставалось надеяться на любую попутку. Ему повезло. Крестьянин подвез его на своей телеге с овощами до самых ворот города. «Л’Арианес ездит на телеге», — горестно отметил он внутри. Но так было гораздо лучше, чем часами тащиться по дороге пешком, глотая пыль.

Тельвин встретил непривычной для него суматохой. Каэлен так давно не был тут, что уже успел забыть, сколько здесь людей, сколько жизни. Но сейчас у него была только одна цель. Академия Аэдельгард. Он знал туда дорогу, хоть и примерно. Когда он вывернул из очередного поворота, то его чуть не снес резкий порыв северо-западного ветра с залива. Он плеснул ему в лицо какой-то мусор и пыль, заставляя зажмуриться на мгновение. Открыв веки, он, прищурившись слезящимися от ветра глазами, посмотрел вдаль. Мощное темное здание высилось впереди, сверкая магическими огнями даже днем. Настоящая надежная крепость. Первая Академия магии. И последняя… Если ничего не изменится… Неужели рано или поздно магия совсем исчезнет? Магов появляется всё меньше.

Он шел к Академии, прокручивая в голове свои знания о ней. Это была крепость темного мага, которую он отдал под академию. До этого маги просто набирали учеников и передавали опыт напрямую. Темный… от них сейчас остались только легенды. Совершенно непонятно теперь, где правда, а где вымысел. Но какая, в принципе, разница? Темных магов давно уже нет. Они исчезли как раз после Чёрного разлома. Говорят, именно из-за них он и произошел. И темные даже не рождаются… Правда, это странно. Очень странно. Светлые рождаются, а темные — нет.

Он подошел к мосту и еще раз окинул взглядом Академию, охватывая целиком. Отсюда было видно её красоту и совершенство архитектуры. Готическая, стремящаяся ввысь крепость. Он уверенно прошел по мосту, преодолел первый внутренний двор для карет. Камень острова словно запел, когда он оказался на нем, а стены дышали. Каэлен почувствовал себя на своем месте. Он выпрямился, горделиво вскинув голову, и уверенно толкнул дверь вторых ворот. По краю побежали коричневые искры, и створка распахнулась. Он сделал шаг внутрь. Плотная пленка защиты тесно обхватила его на мгновение и тут же пропустила. Оглядевшись во внутреннем дворе, юноша отправился в главное здание. Он знал, что ему надо либо в приемную комиссию, либо в канцелярию.

Каэлен подошел к двери с надписью «Канцелярия». Приемная комиссия, которую он нашел первой, оказалась закрыта. Он этого ожидал. Ведь учеба шла уже почти месяц. На скамейке в коридоре сидела девушка с милым лицом и живыми серыми глазами. На ней было скромное синее платье из хлопка с закрытым воротом и белым кружевным воротничком. Её волосы с интересным пепельным оттенком были заплетены в аккуратную косу, но несколько прядей всё же упрямо выбивались у висков. Она с любопытством окинула его взглядом.