Рой снова кинул взгляд на анонимку. Пожалуй, этот таинственный доброжелатель был гораздо опаснее. Чрезмерно опаснее. Пробраться в закрытое Управление и оставить записку прямо на столе Главного следователя. И всё это — без каких-нибудь следов... Но раз он на его стороне... «Вернее, на своей собственной», — мысленно поправил Рой. И пока эта сторона совпадает с целями следователя, то придется использовать даже это. Если Кукловод действительно знает больше, то, похоже, четверке понадобится его помощь. Рой пожал плечами: он бы и так помог, наверное. Но теперь… теперь пока он не докопается, что это за мрак и как он связан с четверкой… Он не успокоится!

Следователь отодвинул папки поздних и принялся за газеты. За последнее время появились странные срывы у магов… Пока что только у аристократов. И это ему тоже чертовски не нравилось. Вроде не его ума дело, срыв — это не преступление, но что-то в этом было не так. Рой сжал челюсть, наткнувшись на очередную ядовитую заметку в светской хронике.

«Грязная кровь берет свое? Тайны рода Дерве лезут из всех щелей» — гласил заголовок. В тексте со злорадством говорилось, как граф Дерве не удержал собственную стихию и разнес каркас нового здания театра. Земляная жижа заполнила новое здание до самой крыши и хлынула наружу. Народ негодует. «А ваш покорный слуга напоминает, — слащаво докладывал журналист, — что с происхождения графа тогда с трудом смыли пятно. Но видно, зря...»

Граф утверждал, что его подставили, но официальные лекари заявили, что в крови нет ничего подозрительного. Ему поставили диагноз «нервный срыв». Рой откинулся на спинку кресла. Третий похожий случай за неделю.

— Что за дрянная напасть поражает магов… — процедил он.

Рой бы, может, попытался разобраться. Но официально дела нет. Ведь в крови ничего не нашли. А аристократию так просто не допросить…

В дверь негромко постучали, и в щель заглянул помощник:

— Сэр, просит встречи граф Дерве. Срочно. Говорит, сразу после этого уезжает из города.

Следователь моргнул. Только что он читал про этого человека, сокрушаясь, что к высшей знати хрен подберёшься, а тут граф сам пришёл к нему в руки. Интересно.

— Пусть заходит, Петер, — отрезал Рой.

В кабинет вошел совсем молодой мужчина, навскидку ему было не больше двадцати четырех. Коренастый, среднего роста, он тем не менее держался прямо и уверенно. На лоб спадала непослушная темно-русая прядь, которую он убрал резким жестом. Граф посмотрел на Роя глубокими зелено-карими глазами.

— Здравствуйте, господин главный следователь.

— Здравствуйте, граф Дерве. Садитесь. Какое у вас ко мне дело?

Аристократ сел на стул перед его столом, выпрямив спину. Только намертво сжатые на коленях пальцы выдавали его волнение. Он скользнул взглядом по газетам:

— Вы уже успели прочитать о том, что со мной произошло?

— Успел, — не стал отпираться Рой.

Граф горько кивнул:

— Так вот. В крови всё же найдены остатки трав. Безопасные, как заявили лекари. Они все обычно используются в рецепте стимулятора. Но я ничего не принимал. Готов поклясться. Я не мог сорваться сам, понимаете? Контроль над источником был почти полностью потерян, и только на пределе собственных сил мне удалось перевести выброс магии в землю под фундамент здания. — Дерве прикрыл глаза и сглотнул. — Иначе я бы разнес весь квартал. А так — только недостроенное сооружение. Пустующее в воскресенье. Но вот только… Стимулятор — это не доказательство отравления.

— Я верю вам, граф, — тяжело уронил следователь. — Спасибо за подробности.

— Меня высылают из города. Под предлогом отдыха. — мужчина криво улыбнулся. — Я и так слишком сильно мешал кое-кому в совете. Но если вы найдете истинные причины, если сможете выяснить, то свяжитесь со мной, пожалуйста.

— Хорошо, — произнес Рой, глядя в глаза аристократу. — Я обещаю. Если я что-то выясню, то сообщу вам лично.

— Спасибо. Я оставлю свой адрес у вашего помощника.

Граф Дерве встал и, коротко кивнув, вышел из кабинета.

Следователь с силой сжал кулаки. Вот граф утверждает, что он тут ни при чем. Что его опоили. У Роя не было ни единой причины ему не верить. Он слишком хорошо разбирался в людях и мог отличить фальшивую игру от отчаяния.

Академия Аэдельгард. Столовая.

Вторая неделя октября, понедельник, день.

— Ну что, Эли, твоя любимая физподготовка сегодня, — дерзко протянул Игорь, оглядев её с хитрой ухмылкой. — Так и не надумала согласиться на совместные тренировки? Я всё жду.

Элеонора задумчиво ковырялась в тарелке, полностью игнорируя Игоря.

— Игорь, не задевай ты её, — тихо попросила Лиана. — Ей и так тяжело на этих занятиях.

— Я же со всей душой! — улыбаясь во весь рот, заявил Игорь. — Помочь хочу.

Лиана только фыркнула. Знает она его. Помимо желания помочь, там слишком явно сквозило кое-что другое. Вот только Элеонора пока упрямо держала оборону.

Когда они уже начали подниматься, чтобы идти на полигон, то прямо перед Лианой возникла в воздухе записка. Она спланировала вниз, чуть не упав в тарелку. Нахмурясь, она подхватила её и прочла.

— Меня вызывают к ректору. Прямо сейчас. Срочно, — подняла она взгляд на ребят.

— Куратор сказал: нам нельзя разделяться сегодня, — моментально посерьезнев, бросил Игорь.

— И что я могу сделать? — растерянно сказала Лиана. — Отказаться? Не приходить? Это же ректор…

— Я пойду с тобой, — решительно отрезал Игорь.

— А как же физподготовка? — спросила Лиана.

— Плевать, успею как-нибудь. Пошли.

Подхватив сумки, они бросились к выходу из столовой. Пока добежали по крутым лестницам на самый верх, к кабинету ректора, легкие уже жгло огнем. Наконец влетели в приемную.

— Лиана Грейвс, — она махнула рукой с листком, обратившись к секретарю, неуловимо напоминающему насекомое своими усиками. — Меня вызвали.

— Да, конечно. Проходите, — кивнул тот и перевел строгий взгляд на Игоря.

— А я тут побуду, — недовольно буркнул тот и прислонился к стене.

Воздушница благодарно кивнула другу, постучалась и толкнула дверь. Она прошла внутрь и посмотрела на главу Академии.

— Здравствуйте, господин ректор. Лиана Грейвс, — она замолчала, сжимая руки.

Наверное, он сейчас скажет, зачем её сорвали с занятий. Лиана смотрела на ректора, а тот медлил какое-то время, обводя её долгим оценивающим взглядом непроницаемых глаз. Зажатые пальцы онемели, а по спине прошла ледяная волна. Этот взгляд не был добрым, а куратора сегодня нет. Никто не защитит её, если что.

— Здравствуйте, адептка Грейвс. Вам пришло срочное письмо из дома. Ознакомьтесь, — наконец произнес ректор и, взяв конверт, передвинул его ближе к краю стола.

Сердце Лианы ухнуло куда-то вниз. Она сделала несколько деревянных шагов и схватила конверт. Что могло случиться такого срочного? Ведь она только вчера видела родителей. Прошло так мало времени… Трясущимися пальцами она открыла его и развернула листок. Неровным почерком матери было написано, что отец при смерти и зовёт её проститься. Кое-где бумага пошла волнами из-за высохших капель, а чернила потекли, словно мать плакала прямо во время письма. «Это из-за меня. Папа вчера так разнервничался из-за меня... Я во всём виновата», — страшная мысль обожгла сознание. Лиана побелела как лист, что держала в руках, и, с трудом сглотнув вставший в горле ком, посмотрела на ректора.

— Мне срочно надо домой, — сипло выдавила она. — Отец умирает.

— Хорошо, адептка, — равнодушным голосом сказал ректор. — Одной вам идти нельзя. Вас проводит магистр Брон. Через пятнадцать минут он будет ждать вас у ворот. Можете идти собираться.

— Хорошо, — тихо обронила Лиана. — Спасибо.

Словно сомнамбула, она развернулась и вышла за дверь. «Надо сказать Игорю», — вяло мелькнула мысль, и Лиана осмотрелась. Но Игоря почему-то нигде не было. Приёмная пустовала, если не считать копошащегося в бумагах секретаря. Ну и ладно. Это было совершенно не важно. У неё всего пятнадцать минут. Она сорвалась на бег, устремляясь в общежитие. В комнате она рывком сбросила мантию, оставив её валяться на кровати, и торопливо переоделась в обычную одежду.