— А как же Фрея? — с беспокойством напомнила Лита, глядя на мужа.

Северус чуть улыбнулся, хотя в его голосе всё ещё звучала твёрдость:

— Милая, у Розье могут быть финансовые трудности, но их родовое поместье защищено лучше любого министерского убежища. Почему, как ты думаешь, Муди пришлось вылавливать Эвана на Ноктюрн-аллее? Поверь, твоя подруга в куда большей безопасности, чем ты. Я не собираюсь рисковать тобой, пытаясь помочь ей. У Фреи есть семья из Священных Двадцати Восьми и наставник — сам Гиппократ Сметвик. А ты у меня одна. Так что собирайся: до рассвета надо выехать.

— Ваш муж абсолютно прав, миссис Снейп, — с лёгким кивком сказала Наталия Константиновна. — Благодарю вас и желаю удачного путешествия.

Она поднялась, сохраняя присущее ей достоинство, и, обменявшись прощальными любезностями с хозяевами, покинула их дом, оставив после себя лёгкий аромат полыни и уверенность, в правильно принятых решениях.

— Северус, ты знал, что меня ищут фениксовцы? — с подозрением спросила Лита. — Что у них в штабе висит целая галерея портретов для ликвидации, или, как они это называют, «зачистки»?

— Знал, — спокойно ответил он. — Бывшая одноклассница Лили, теперь уже миссис Поттер, сообщила нам с Августом об этом ещё весной. Тогда же Дамблдор выяснил, что Поттер и Блэк не могут тебя увидеть из-за проведённой ментальной коррекции. Он, разумеется, попытался это исправить…

— И что, получилось? — насторожилась Лита.

— Не совсем, — Северус едва заметно усмехнулся. — Всё-таки он больше гипнотизёр, а не менталист, как я, — добавил он с оттенком гордости. — Но кое-чего он добился. Скажем, увидь эти идиоты тебя рядом со мной, они бы с семидесяти процентной вероятностью тебя опознали.

— А если бы встретили меня одну? — уточнила она, не скрывая тревоги.

— Тогда нет, — покачал головой Северус. — Они ведь и не узнавали тебя в Мунго, хотя таскались туда одно время чуть ли не каждый день, как на службу.

Он поднялся, подошёл к окну и, взглянув на заходящее солнце, добавил уже мягче:

— Ну ладно, хватит об этом. Давай собираться. Сегодня должна подойти Алексис и мистер Шаффик, а рано утром мы выезжаем.

Лита кивнула, ощущая, как напряжение постепенно спадает. Где-то за домом шумел ветер, напоминая о скорой дороге — и о том, что их мир вот-вот изменится.

В день отъезда пришлось подняться ещё до рассвета. Дом утопал в сероватых сумерках, и лишь редкие вспышки магического света скользили по стенам — Северус торопливо проверял, не забыл ли чего. Он подгонял жену и домовушку с таким видом, будто от скорости сборов зависела сама судьба. Завтрак решили пропустить — корзина с едой уже стояла в машине.

Во дворе их ждал Руквуд. Он, казалось, не спал вовсе: мрачный, собранный, с видом человека, у которого в голове выстроен чёткий план. Рядом, кутаясь в плащ, стояла сонная Алексис. Девушка приехала накануне поздно и едва успела перекинуться с Литой парой слов, прежде чем её уложили спать. Теперь же, под хрупким предрассветным небом, всё казалось каким-то нереальным — как сцена из сна, где вот-вот начнётся нечто важное.

— Так, Август, Алексис, вы едете полулегально, — ровным голосом произнёс Северус, обводя спутников взглядом. — На паром проходим вместе с мистером Руквудом. Мисс Кэрроу и Тисли остаются в машине, не показываются, пока не сойдём в Кале и пройдём французскую таможню. Всем всё ясно?

Дождавшись сдержанных кивков, он сел за руль.

Мотор заурчал, и машина плавно покатилась по узкой дороге, где туман ещё не успел рассеяться. Лита, устроившись у окна, то и дело проваливалась в дремоту, чувствуя, как убаюкивает ровный гул шин и мерное покачивание кузова. А вот Алексис, напротив, оживилась: никогда прежде не путешествовавшая таким образом, она с любопытством наблюдала за мелькающими указателями, домами и редкими прохожими. Её восторженный щебет вплетался в шум дороги, размывая тревогу и напоминая, что впереди — новая жизнь, пусть и начатая бегством.

Утро супруги Снейп встретили на палубе парома. Их машина уже стояла припаркованной среди других, тихо поскрипывая под порывами солёного ветра. В буфете, где пахло свежим кофе и морем, Лита, Северус и Руквуд сидели у большого окна и молча наблюдали, как над серой кромкой воды поднимается солнце.

Август, покачивая кружку в руках, тихо попросил Тисли передать кофе и бутерброды Алексис — девушка оставалась в машине. Видно было, как его буквально тянет пойти самому.

— Август, — раздражённо прошипел Северус, — на стоянку во время движения парома проходить нельзя. Если тебя засекут, представляешь, что начнётся? Потерпит твоя Алексис пару часов. Во Франции сделаем привал.

Руквуд, хотя и недовольно поморщился, подчинился. Сидел тихо, переписываясь с мисс Кэрроу через блокнот с протеевыми чарами.

Путь до Кале оказался долгим, но для Литы он пролетел незаметно — она проспала почти всё путешествие. Месяц выпускных экзаменов вымотал её до предела, а накануне они с Северусом до поздней ночи обсуждали детали отъезда с мастером Шаффиком. Наставник, собиравшийся покинуть страну через два дня, обещал выслать диплом международной почтой. Он подтвердил: задержка с документами намеренная, но ничего критичного, если Снейпы уедут точно в намеченный срок.

Уже в порту Кале контроль проходили в два этапа: проверку документов и осмотр машины. Ни одного мага им не встретилось: обычные французские таможенники действовали быстро и без излишнего интереса.

Документы супругов Снейп не вызвали ни малейших подозрений. В графе «цель поездки» значилось свадебное путешествие с остановкой в Австрии, у родителей жены. Молодой таможенник, бросив взгляд на дату в свидетельстве о браке, понимающе улыбнулся и пожелал им счастливого медового месяца.

Документы Августа Руквуда изучали заметно дольше. Однако стоило офицеру услышать, что пункт назначения — Лихтенштейн, интерес тут же угас. Через несколько минут вся компания уже выехала из Кале, оставив позади шумный порт и запах солёной воды.

Когда Лита устроилась в машине, она с удивлением обнаружила, что Алексис мирно спит в спальне, спрятавшись под одеялом. Что же, не одна она вымоталась за последнее время — неделя напряжения, подготовки и тревоги давала о себе знать.

Северус с Августом тщательно продумали маршрут: путь пролегал через Германию, с остановкой в Австрии. Первой целью значился городок Бад-Радкерсбург — старинный термальный курорт, где теперь обосновалось уважаемое семейство Гримм, в прошлом носившее фамилию Эванс.

Отец Лили, восстановивший своё истинное имя, стал герром Райнером Гриммом; мать — фрау Розалин Гримм, а сестра Петунья как раз готовилась к свадьбе. Лита с некоторым опасением надеялась, что избранник сестры не имеет ничего общего с тем самым канонным Верноном, о котором лучше не вспоминать.

Семья Эванс-Гримм устроилась в Австрии более чем благополучно. С отца были сняты все обвинения в пособничестве, официально принесены извинения, а маги — целители провели ритуал, снимающий блокировку магического ядра. Правда, герр Гримм магом оказался слабым — ядро было слишком долго подавлено, но это не мешало ему занять достойное место в престижной смешанной «Клинике Хайльберг». Учреждение располагалось прямо на термальном курорте, окружённом парками и виноградниками, где воздух пах минеральной водой и свежей листвой.

Сам городок лежал почти у самой границы со Словенией и находился на пути к Халкиде — городу, ставшему конечной целью их путешествия.

Северус, однако, сразу обозначил пределы своего терпения: две недели в гостях у тестя с тёщей — не больше. Лита с этим охотно согласилась, хотя, усмехнувшись, призналась, что её собственный предел нахождения рядом с «маман» ещё короче.

Остановиться на перекус путешественники решили только вечером: хотелось как можно скорее пересечь французско-германскую границу до темноты. Северус и Лита поочерёдно вели машину, не делая длительных остановок. Когда девушка оказалась за рулём, Руквуд, сидя на заднем сиденье, вдруг взялся обучать миссис Снейп немецкому.