— Сэр, я решительно не понимаю, — осторожно начал Северус, — почему вы просто не купите билеты на паром? Или не воспользуетесь магловским аэропортом? Почему мастер Шаффик отправил своих жён и детей самолётом, а вы — нет?

Долохов какое-то время с нескрываемым интересом разглядывал собеседника, а потом мягко усмехнулся.

— Технически — могу. Но спрятать их нужно сейчас, понимаешь? Авиаперелёт я отвергаю сразу: там нужно заранее оформлять документы, оставлять следы. Паром… паром — идея получше. Но мне по-прежнему требуется безопасное место для семьи, пока я всё это организую.

Северус подумал, что приютить женщин и детей на время — задача несложная.

— Я сообщу остальным, и мы обсудим ваше предложение, — сказал он вслух. — Думаю, ничего невозможного в этом нет. Если, конечно, они не будут против пожить какое-то время в палатках. Или вы желаете построить полноценный дом?

— Палаток будет вполне достаточно, — отмахнулся Долохов, и в его глазах вспыхнул новый, более острый интерес. — А теперь следующий вопрос. Ты в курсе, кто такой Кощей?

Северус с раздражением закатил глаза. «И этот туда же, — ядовито подумал он. — Все просто достали намёками про крестражи. Прямо играют в набившую оскомину игру «собери тёмного лорда».

— Мозаикой души вашего босса я не интересуюсь, — холодно отрезал он. — Его душа — что захочет, то и делает. Может, вешать её на стенку в виде гобелена, может — пихать в медальоны. Здесь я вам не помощник.

— На самом деле, Томас в настоящий момент проводит сложнейшую серию ритуалов для сборки души воедино, — вкрадчиво, почти шёпотом, вступил Долохов. — И ваш с супругой патрон, Шаффик, активно ему в этом помогает.

Северус лишь пожал плечами с видом полного безразличия. Мистер Риддл со всеми своими разрозненными частями не вызывал в нём ровным счётом никакого интереса.

— Так вот, к чему я клоню, — продолжил Антон, его голос приобрёл назидательные нотки. — Вся эта суфийская магия — идеальный, выверенный путь для развития человека. Методика абсолютно светлая, без единой крупицы тьмы. Задумайся, почему же Альбус был так яростно против неё? А сейчас стоило лишь просочиться намёку на то, что Том занят ликвидацией своих крестражей, как Дамблдор развил просто бешеную деятельность! Ты в курсе последних событий? — Долохов сделал драматическую паузу, давая словам проникнуть в сознание. — Пожиратели на прошлой неделе разгромили поместье Шаффиков. Если бы несколькими днями ранее Камилл не успел отправить семью из страны, не обошлось бы без жертв. А так… незваные гости лишь немного пограбили особняк и на свою голову схлопотали несколько старинных семейных проклятий.

Северус едва слышно усмехнулся, с лёгким злорадством представив, в какие кабинеты для целительской помощи теперь ломятся эти «герои». О нападении на дом учителя жены они узнали в тот же день. Мысль сама собой перенесла его к Лите. Сейчас она была освобождена от дежурств в приёмном отделении: началась работа аттестационной комиссии. Они с женой стояли буквально на низком старте; за этот месяц Лита рассчитывала сдать все экзамены и защитить диплом, чтобы в начале сентября, наконец, отправиться в Грецию. И вот вместо подготовки к их почти свадебному путешествию он сидит здесь, фактически насильно притащенный в гости к Долохову. «И как, интересно, от этого всего освободиться?»

С усилием вынырнув из потока раздумий, Северус заставил себя сосредоточиться на вещающем Антоне.

—...вот и мы не знаем ни особенностей, ни мотивации вашего Дамблдора, — продолжал между тем Долохов. — Но вот ты, Севушка, скажи-ка, кто был тот милый человек, что гостил у тебя в мае? И ещё — у Тома недавно пропал фамилиар.

При последних словах Снейп внутренне весь сжался, будто готовясь к удару. «Правильно сделал Криденс, затребовав с нас клятвы неразглашения...» Прозрачная паутина обмана и умолчаний, в которой он оказался, становилась всё тоньше. Но о Дамблдоре и природе его магии Долохову стоило рассказать — это могло пойти на пользу всем. Оставалось лишь найти верные слова и не нарушить клятвы.

— Знаете, Антон Семёнович, — тихо, почти задумчиво начал он, — я хочу рассказать вам одну историю. Очень старую. — Рука Северуса непроизвольно поднялась к подбородку, совершив плавный жест, словно поглаживая длинную, несуществующую бороду.

Долохов мгновенно прервал свой монолог и замер, всем существом выражая внимание. Его расслабленная поза сменилась собранностью, а серые глаза блеснули холодной сталью.

— С удовольствием послушаю, Севушка, — мягко произнёс он. — Я всегда любил истории.

— На нашей планете суша занимает меньшую часть, — начал Северус, его тёмный пристальный взгляд не отрывался от собеседника. — А бескрайний океан хранит свои тайны. Например, целые магические народы, что живут в его глубинах. Даже в древности существовало такое выражение — «запретный дар». — Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание собеседника. — Жители Британии издавна промышляли пиратством и частенько «приводили» в дом пленённых морских дев, надеясь получить сильное потомство — если, конечно, родятся мальчики. Дело это стало так популярно, что Визенгамоту пришлось принять суровейшие законы с наказанием вплоть до пожизненного заключения в Азкабане.

Лицо Долохова внезапно просветлело. Северус отчётливо уловил тот самый миг, когда разрозненные факты в голове русского сложились в единую картину, и его озарило понимание.

— Так вот, — продолжил Снейп, видя, что намёк понят, — «запретный дар» означает...

— Убеждение всех, кто слушает, в своей исключительной правоте, — договорил за него Антонин, его голос прозвучал сухо и деловито. — Сколько хочешь за артефакты?

«Быстро он соображает», — с долей уважения отметил про себя Северус.

— Помощь в безопасном отъезде из страны для меня и моей семьи, — чётко выговорил он вслух.

— Приемлемо, — без колебаний, со всей серьёзностью ответил Долохов. — Кстати, а о змее Тома ничего не знаешь?

— Надо было выполнять взятые на себя обязательства, — жёстко отрезал Снейп, давая понять, что тема закрыта. — Это всё, что я могу сказать.

Антонин понятливо кивнул, вставая из-за стола.

— Что же, тогда пойдём. Провожу тебя до дома. Как мои будут готовы к переезду — пришлю сову.

Долохов проводил гостя до калитки на границе ухоженного сада. Вечер стоял тихий и по-английски влажный; воздух был напоён запахом остывшей земли, скошенной травы, и дымка, струившаяся из трубы коттеджа — эти мирные ароматы так разительно контрастировали с хаосом, царившим сегодня на Диагон аллее.

— Здесь уже можно аппарировать, — сказал Антон, останавливаясь у самого штакетника. Его фигура в багряном свете заходящего солнца казалась монолитной. — Дальше провожать не стану, не к чему привлекать лишнее внимание. Жди сову. И, Севушка... Держи ухо востро.

Северус молча кивнул. В последний раз скользнув взглядом по уютному силуэту дома, он мысленно отметил странность ситуации: этот идиллический уголок Англии стал убежищем для русского мага, спасающего семью от бурь, что бушевали в сердце той же самой страны. Неудивительно, что он ищет место по надёжней.

Разворот на месте получился резким, почти яростным. В сознании чётко всплыл образ его домашней лаборатории: прохладный полумрак, упорядоченные ряды флаконов, знакомый запах пергамента и корня мандрагоры. Шагнув вперёд, Снейп позволил магии сжать себя в плотный кокон.

Аппарация накатила волной тошнотворного давления, вырвав его из одной реальности и вбросив в другую. Он возник в привычной прохладе своей лаборатории, но навязчивое чувство тревоги не отпускало — предстояло рассказать жене о сегодняшнем приключении. Теперь у них был союзник, но вместе с ним появились и новые обязательства.