— Совершенно верно, сэр, — немного чопорно ответил Северус, отложив бокал. — Мы смогли закрепить только часть территории. На остальное просто не хватило сил.

— А кто вам помогал? — не удержался Каллум, глаза его азартно блестели.

— Один весьма известный в определённых кругах мастер рун из магической Порты, — спокойно ответил Северус, заметив любопытство молодого мага.

— Прекрасная работа, — подтвердил Шаффик, осматривая дом внимательным взглядом профессионала. — Чувствуется восточная школа пространственной магии. Гармонично, основательно, но без излишеств. Очень редкое сочетание.

Лита сдержанно улыбнулась. Услышать такую оценку от своего наставника было особенно приятно — ведь в каждом камне и каждой черте этого дома жила частица их общей работы.

— Кстати, вы слышали последние новости? — заговорил Сметвик, аккуратно отставив бокал и, слегка, наклонившись вперёд. — Дамблдор наконец-то назначил нового декана Слизерина. Это ваш родственник, мистер Снейп, — Джулиус Принц.

Северус невольно скривился. Дядюшку он не переносил. Тому не было ещё семидесяти — время расцвета для мага, но выглядел он дряхлым стариком — седым, сгорбленным, цепким и злым. После того как Северус узнал от миссис Фэнвич правду о роли родственников в судьбе матери, всяческое уважение к Джулиусу окончательно исчезло.

— У него ещё осталась магия? — приподнял бровь Северус. — Я думал, после отката дядюшка окончательно стал сквибом.

— А за что был откат? — по-деловому уточнил Сметвик, внимательно наблюдая за собеседником.

— За их с дедом поступок по отношению к моей матери, — сухо ответил Северус, не желая развивать тему.

Гиппократ ненадолго задумался, чуть покачал головой и, прищурившись, произнёс:

— Это многое объясняет, юноша. Да, мистер Принц заметно ослаб, но всё ещё остаётся магом. Его способности в зельеварении, конечно, уступают вашим, но знаний у него немало. Если дурной характер не возьмёт верх, он способен вернуть часть прежнего потенциала. Кстати, вы ведь знаете, что деканов факультетов выдвигают различные политические группировки магической Британии?

— Я вообще далёк от политики, сэр, — спокойно сказал Северус.

В гостиной повисла короткая пауза. Остальные притихли, слушая разговор. На веранде зажглись магические светильники, ветер шевелил тюль, пахло жареным мясом и цветущим лугом.

Сметвик, поправив манжету, продолжил уже более рассудительным тоном:

— Всё довольно просто. В магическом мире есть четыре основные политические силы. Первая — силовой блок: аврорат и мракоборцы. Они поддерживают факультет Гриффиндор, и именно на них опирается Дамблдор как судья Визенгамота. Вторая — министерство и Департамент магического правопорядка. Это Хаффлпафф. К ним же примыкают фермерские семьи и средний класс, хотя они разобщены и чаще всего просто следуют за министерством.

Он сделал глоток вина, немного помолчал и продолжил:

— Третья сила — Отдел Тайн и вся научная сфера. Это Рейвенкло. Заметьте, этот факультет уже много лет возглавляет полугоблин. Ну и, наконец, Слизерин. Наш факультет. Традиционно деканов сюда выдвигает больница святого Мунго.

Старый маг слегка улыбнулся и добавил:

— Так что, мистер Снейп, ваш дядюшка не просто так оказался в этом кресле. За его спиной стоит целая структура.

Сметвик сделал небольшой глоток сухого вина, поставил бокал и продолжил:

— После смерти Слагхорна мы с прошлой осени никак не могли согласовать с Дамблдором кандидатуру нового декана. По традиции это должен быть целитель или зельевар, выпускник Слизерина. Но Альбус, как всегда, решил действовать по-своему — проталкивал кандидатуру Теда Тонкса.

Он чуть нахмурился, глядя на Северуса.

— Разумеется, попечительский совет был категорически против. Все ведь помнят прошлогодний инцидент с Розье? Тогда младший целитель Тонкс отказался оказать помощь их наследнику. После этого его кандидатура стала неприемлемой. Мы пересмотрели всех возможных претендентов, но Дамблдор упрямо стоял на своём и отказывался идти на компромисс. Даже Йорана, — он кивнул в сторону Роули, — не пожелал рассматривать.

Роули только усмехнулся, весело приподняв бокал, и продолжил ужинать, не вмешиваясь в монолог целителя.

— В итоге, — продолжил Гиппократ, — нам пришлось долго уговаривать Принца. Он оказался компромиссной фигурой: устроил и Попечительский совет, и самого старика Альбуса.

Лита, до этого молчавшая, отложила вилку и задумчиво произнесла:

— А может, Дамблдор специально предложил заведомо неприемлемую кандидатуру, чтобы вынудить вас выбрать нужного ему человека? Возможно, у него есть на мистера Принца какой-то компромат?

Сметвик взглянул на девушку с лёгкой усмешкой, в голосе его прозвучало уважение:

— Вы неплохо разбираетесь в политике, миссис Снейп, — одобрительно сказал он. — Это вполне вероятно. Однако контракт заключался при участии наших юристов, так что влияние Дамблдора на Слизерин минимально. Да и Джулиус Принц не из тех, кто связывает себя рабскими клятвами. Поверьте, для Британии он по-прежнему остаётся весьма искусным зельеваром.

— Для Британии? — уточнила Лита.

Гости переглянулись и почему-то посмотрели на Северуса с явным интересом, а тот, заметив это, слегка смутился. За всех ответил Роули:

— Миссис Снейп, среди коренных британцев дары в области зельеварения встречаются крайне редко. Они сохранились лишь в немногих семьях вроде Принцев, но даже им далеко до итальянских или других средиземноморских родов. Семья матери вашего супруга когда-то переселилась на Британские острова из Испании, примерно в шестнадцатом веке. Потому-то эти способности и не исчезли несмотря на последующее смешение крови с местными магами. Британия ведь страна северная, с ограниченными посевными площадями, большинство ингредиентов здесь привозные. Совсем другое дело — страны Средиземноморья: там зельеварение действительно процветает.

— И при чём здесь Северус? — настороженно спросила Лита, бросив взгляд на мужа.

— А притом, что его дар имеет небританское происхождение, — мягко ответил Роули. — Прости, Север, но сейчас я скажу то, что все и так знают, просто предпочитают не говорить вслух. Для нас, целителей, очевидно: отец мистера Снейпа — человек, обладавший выдающимся даром алхимии. Мисс Принц приехала из Туринской академии летом 1959 года, а уже в январе 1960-го родила сына. Думаю, несложно догадаться, где и с кем она познакомилась. Кстати, ни одного британского зельевара до сих пор не принимали в Средиземноморскую гильдию. Северус — первый, и, надеюсь, не последний. Ваш сын вполне может повторить это достижение.

Сам объект разговора сидел с порозовевшими щеками, стараясь сохранить самообладание. Лита незаметно сжала его руку под столом, тихий, но красноречивый жест поддержки. Ей, по правде говоря, было всё равно, кем мог оказаться возможный свёкор. Северус ответил лёгким, благодарным пожатием и решительно перевёл разговор в более конструктивное русло.

— Кстати, Йоран, ты ведь хотел отдельное жильё? — спросил Северус. — Мы с Литой обдумываем идею превратить эту локацию в небольшое поселение учёных и целителей. Что скажете, джентльмены?

— Прекрасная мысль! — оживился Сметвик. — Это ведь закрытая территория? Мне жильё не нужно, но многим молодым семьям оно бы пригодилось.

— Многих принять не сможем, — серьёзно ответил Северус. — Места здесь меньше, чем в прежнем поселении. Мы планируем небольшие усадьбы, рассчитанные на личные нужды, но с надёжной защитой. Продавать недвижимость здесь будет нельзя, как и допускать представителей Министерства с их бессмысленными законами. В грядущие времена учёным и целителям нужно убежище, а таких магов, как вы знаете, немного.

— Вы абсолютно правы, мистер Снейп, — поддержал его Шаффик. — Для ценных специалистов нужна именно такая закрытая локация.

Каллум сидел молча, явно переваривая обилие новостей и предложений.

В это время Фрея, наклонившись к Лите, тихонько прошептала: