Миссис Салливан глянула на часы на каминной полке.

— Ох ты батюшки, как я тебя задержала.

Она передала мне стопку библиотечных книг, а также несколько крошечных, размером с абрикос, чепчиков — под руководством Колби мы собирали шапочки для недоношенных младенцев. Работа была безупречная. Миссис Салливан связала их из уютного хлопка, такого мягкого, что я бы и сама с удовольствием в него завернулась.

— Какие чудесные!

— Спасибо Колби за пряжу, — сказала миссис Салливан. — Мне так понравилось их вязать, передай ей, что я могу еще.

— А знаете, у нас есть группа, мы собираемся вечером по средам и вяжем. Вам там всегда будут рады. Я могу договориться, чтобы вас подвозили.

— А где вы встречаетесь?

— В «Колдовской нити».

— Обожаю этот магазин, но для моей пенсии там дороговато.

— Можно вязать шапочки из пряжи, которую вы принесете с собой.

Конечно, Перл предпочитает, чтобы мы что-то покупали, но она никогда не отказывает нам в возможности встретиться. К тому же при таланте миссис Салливан наша Перл наверняка попросит ее вязать образцы для магазина.

Мы попрощались, и я вышла наружу.

Прежде чем завести машину, я оставила заметку в телефоне. Мэтт Левертон. Одна из постоянных клиенток на моем маршруте носила ту же фамилию. Правда, на этот раз ее не было в списке.

Ничего, проверю потом.

Когда я закончила дела в библиотеке, у меня запищал телефон.

Тара.

Ты можешь сегодня закрыться сама? Семейные обстоятельства.

Я тут же ответила:

Конечно. Буду через полчаса.

СПАСИБО!!!

Я заскочила домой оставить машину и забрать Джека, а потом поспешила в книжный.

Джек не был настроен на спортивную ходьбу. Однако после спора, какие кусты стоит обнюхать, он согласился идти медленным, ровным шагом до самого магазина.

Я любила Джека, но иногда мне хотелось, чтобы он преданно заглядывал мне в глаза, как все обычные собаки, а не скептически косился, явно критикуя мои решения. Вот как сейчас. Умей он говорить, непременно спросил бы: «Ты уверена? Я-то знаю, что ты не права, человек».

Тара уже стояла у двери с сумкой наготове.

— Спасибо большое, Бэйли. Сестра попала в автокатастрофу. Худшее позади, но мне надо посидеть с детишками, чтобы ее муж остался с ней в больнице.

— Звони, если понадобится помощь.

Тара умчалась, и я взглянула на собаку.

— Только этой суматохи нам сегодня не хватало.

Джек ответил широким зевком.

Тара оставила записку: что она сделала, а что еще не начинала. До закрытия целый час. Надо бы заняться онлайн-заказами или чем-то не менее полезным. Но вместо этого я вытащила из-под прилавка пачку чистой бумаги. Может, если начну делать заметки, то смогу понять, что случилось с Лансом.

«Мэтт Левертон», — написала я на одном листе и открыла страницу поисковика в браузере компьютера. Не знаю, поможет ли информация о хулигане-однокласснике раскрыть убийство. Но так интересно, каким был Ланс на самом деле. Правда, пока он походил на хамелеона.

Но разве не большинство из нас — многогранные личности?

В магазин вошел парень, которого я видела у офиса Эвелин и в парке. Он улыбнулся, отчего на его щеках появились обезоруживающие ямочки, кивнул мне и направился в отдел детективов. На нем были выцветшие джинсы и футболка с эмблемой бейсбольной команды.

Судя по футболке малой лиги, ему очень нравился бейсбол, а судя по пробежке в парке, он увлекался бегом и, похоже, триатлоном. Парень быстро вытащил одну книгу, потом выбрал еще несколько штук и принялся изучать надписи на задней стороне обложки так внимательно, словно ему потом сдавать по ним экзамен. Его платиновые волосы стояли торчком, будто он специально их взъерошил.

Джек стоял в углу отдела с ужастиками, рядом с «Домом злобы» Джонни Комптона, и, видимо вдохновляясь названием книги, яростно сверлил взглядом неоново-зеленый теннисный мячик. То ли пытался сдвинуть его силой мысли, то ли несчастный мячик умудрился оскорбить весь род Джека до седьмого колена.

Обойдя стеллаж с торца, парень предложил:

— Давай я тебе его брошу.

— Нет! — простонала я, но было поздно.

Мячик покатился по магазину. Джек потрусил за ним и пару раз наподдал лапами. Мячик запрыгал сперва к отделу триллеров, а потом к любовным романам, прежде чем наконец оказаться кое у кого в пасти. Потом Джек отнес его на прежнее место и принялся гипнотизировать.

— Пожалуйста, больше так не делайте, — сказала я.

Мужчина поднял бровь и посмотрел на меня.

— Джек — нестандартная собака. Команда «апорт» не для него.

— Значит, Джек просто любит играть в гляделки с неодушевленными предметами?

— Именно.

Правда, иногда Джек не против погонять мячик на заднем дворе. Вернее, ударить по нему несколько раз, а потом бросить и убежать. Конечно, обнюхивать все подряд куда интереснее.

Парень выложил книги на прилавок. Два детектива и фэнтези, к которым я писала анонсы. Он посмотрел на лист бумаги, лежавший передо мной.

— Левертон?

— Просто бывший местный житель, о котором я хочу навести справки, — пробормотала я, убирая листок от греха подальше.

Не надо было заниматься этим в магазине. К черту. Ни к чему расследовать смерть Ланса, и точка. Хотя если меня арестуют, придется вникнуть это дело в любом случае.

Закрыв магазин, мы с Джеком отправились в мой кабинет. Я открыла запись с камеры наблюдения за ту ночь, когда здесь была съемочная группа.

Билл и Джилл суетились с оборудованием, ставили свет и проверяли микрофоны, пока Тейлор с Лансом бродили по магазину.

Вошла Дэнби, встала за прилавок, а Тейлор повернулась и что-то ей сказала. Судя по тому, как Дэнби напряглась, это было нечто презрительное.

Дэнби что-то сказала в ответ, ее слова заставили Тейлор отвернуться и фыркнуть.

Вперед, крошка! Я улыбнулась. Но знала, что мне стоило остаться и отправить Дэнби домой. Все это было несправедливо по отношению к моей стажерке.

Я промотала вперед: телевизионщики на экране по-муравьиному засуетились. Увидев, как Тейлор пошла к рядам книг, я вернулась к нормальной скорости.

Магазин освещали только уличные фонари. Белая блузка Тейлор мерцала в полумраке. Девушка потянулась и качнула стеллаж, а потом швырнула в Ланса книгу.

То же было и на записи Билла, где напуганный ведущий отпрыгивал от брошенной Тейлор книжки.

— Здешний призрак в ярости, — сказал Ланс. — И кажется, он вооружается. В воздухе ощущается электричество, будто привидению есть что сказать.

— Врут они все, — пояснила я Джеку.

По крайней мере, это шоу — уж точно дурацкая выдумка. На видео с камеры наблюдения Билл с Тейлор ругались, затем к ним присоединился Ланс. Когда снова начали снимать, Тейлор толкнула еще один шкаф, но не удержала его. Он упал на другой стеллаж, который рухнул уже на стойку. Книги и товары разлетелись по полу. Коробка со шкафа наверху врезалась в фото открытия магазина, разбивая стекло.

Тейлор стояла, зажав рот руками, — кажется, в шоке от того, что натворила. Ланс повернулся и заорал на нее.

Я переключилась на запись шоу. Теперь он смотрел прямо в объектив.

— Знаете это чувство, когда волосы на затылке встают дыбом? Именно так я себя и ощущаю.

Книжный шкаф позади него с грохотом упал, запустив цепную реакцию разрушения. Ланс подпрыгнул от страха. Настоящего страха, непритворного.

— Ты что натворила? — заорал он на Тейлор.

— Он должен был просто покачнуться!

Запись шоу прервалась. Я посмотрела на Джека.

— Как думаешь, получим компенсацию за моральный ущерб? Варварское отношение Тейлор к книгам причиняет мне невыносимую душевную боль.

Но, похоже, ущерб они и правда нанесли случайно. И этого можно было избежать, если бы Тейлор не начала трясти шкафы, создавая «зловещую» атмосферу. Однако она не хотела ничего разнести, пусть даже в результате так и вышло.