— … не соблаговолит ли прекрасная незнакомка последовать за мной, дабы уединиться в темноте алькова? — соблазняю служанку мурлыкающим голосом. Молодая женщина млеет, сглатывает слюну… потом резко краснеет и отрицательно мотает головой.

— Я замужем, — каким-то оправдывающимся тоном сообщает черноволосая красотка — в дворцовом комплексе Палатинского холма вообще нет некрасивых слуг.

— Муж не шкаф, подвинется, — продолжаю соблазнять, изображая дешёвого кобеля. Самому неприятно, — я мог бы научить тебя очень интересным вещам.

— Н-нет, простите, — раскрасневшись, выпалила женщина, и убежала. Сделав лицо расстроенного бабника, иду шататься по дворцу. Приказ Васьки выполнен, а что там и как… конкретная служанка в конкретное время… Понятно, что это сложная многоходовка матёрого ФСБшника, но подробности — увы.

В будущем друг обещал обучить меня этому искусству, а пока…

' — Не выйдет, Лис, — Васька для убедительности помотал головой, — даже объяснения сейчас не помогут. Пока ты нужную базу не заучишь, мои объяснения будут звучать как лекция пятого курса по высшей математике для старшеклассника. Знакомые слова встречаются, и в общем-то понятно, что это математика, но не более.

— Ясно, — не слишком расстроился я, — Объяснения, который займут больше времени, чем сама операция.

— Да! — облегчённо выпалил друг, — В «Рароге» вам дали самые азы, но на школьном уровне.

Видя мои непонимающие глаза, напарник вздохнул и объяснил более подробно, — Это как школьный курс по физике или химии: теоретически современные школьники знают больше, чем нобелевские лауреаты начала двадцатого века, а может быть и середины.

— Но, — усмехнулся он, — мало кто из школьников может применять эти знания на практике, хотя ведь в реальности, школьного курса по физике класс за восьмой, вполне достаточно, чтобы чинить телевизоры или компьютеры. Многие могут? А уж по химии и того хлеще. Но пока школьники не пойдут в институты, где им разложат всё по полочкам и заполнят пробелы, толку от таких знаний нет. Они вроде как имеется, но с реальностью не сопоставляются.

— Мда… не замечал, — озадачился я, — То есть в школах — понятно почему так дают. Обрывочно, чтобы эти обрывки только у институте могли соединить в нечто нужное. Выберет профессию — быстро научится действительно нужным вещам. Нет — останутся обрывки ненужных в быту сведений.

— Как-то так, — пожал плечами Васька-Джеймс, не став продолжать тему отечественного образования, — Считаю, что в «Рароге» могли бы вас сразу нормально учить, но отряд не я курировал. Да и своя логика в этом есть. В общем, после Византия готовься — буду твои обрывочные знания воедино сводить'.

Ситуация с Кальпурнием подвисла, нет никаких признаков, что заговор раскрыт или продвигается. Понятно, что это местные особенности, и клубок интриг на самом деле закручен очень неслабый.

По косвенным оговоркам гвардейцев я сделал вывод, что своё слово ещё не сказал Базилевс. Несмотря на красивые титулы, «Богоравный» правил далеко не единолично, занимая скорее позицию арбитра над схваткой. Убедит его Кальпурний в том, что Вассиан несколько подзадержался на этом свете, кивнёт Богоравный благосклонно, и последует попытка устранить магистра оффиция силами Кальпурния.

Именно попытка, потому что отдать приказ на устранение того, кто командует гвардией… Нет, Базилевс не любит проверять стойкость преторианцев, прецеденты были всякие, династии менялись много раз.

Удастся попытка — Кальпурний, представляющий интересы части торговцев и армейских офицеров, получит куш. Нет… зависит от обстоятельств. Могут быть как массовые казни его людей, так и «Ничего не было».

— Как же интересно сейчас на Палатинском холме, — мечтательно сказал Васька, который из обрывков слухов создал достаточно чёткую картину происходящего, — две группировки, каждая из которых делится на десятки групп поменьше. Сейчас дуэли происходят, заказные убийства, шантаж, договорные браки… Эх, прибыли бы сюда мы с тобой за полгодика до происходящего, патрициями в итоге стали бы. Какая база для нашей разведки могла бы получиться…

— Вась, шерсть на хвосте причеши.

— А? — тот на автомате виляет хвостом, поднося к лицу, — Намекаешь, что нелюди? Ну ладно, не мы с тобой, наши ставленники. Какая разница?

Вечером во дворец прибыл Калига.

— Всё решиться не сегодня, так завтра, — деловито сообщил он и с силой потёр глаза.

— Две ночи вообще не спал, — зачем-то пожаловался мне.

— Наши действия? — поинтересовался я.

— На подстраховке, — отмахнулся Виталий, — среди гвардии точно есть люди Кальпурния, так что решили перемешать их с гражданскими охранниками. Не только вами, но и охранниками других сторонников магистра.

— Где?

— Где скажут, — отмахивается наниматель и уносится.

— Сделай ошеломлённое лицо, — коротко приказывает Васька, — быстро!

Подчиняюсь — благо, тренировался.

— Теперь назад, как будто ты растерян.

Возвращаюсь в выделенную мне комнату в одном из «технических» тупичков, поблизости от комнаты Дамиана, и тут же проверяю прослушку. Отсутствует. Васька делает скептическое лицо, но я молча киваю — уверен.

— Смотрели на нас, — дёргает щекой друг, — оценивали.

— Сливать будем?

— Да, — хвост у него ходит ходуном, уши прижаты к голове, — сейчас самое сложное будет. Нам надо сыграть наёмников, которые решили сменить сторону из-за вероломства хозяина. Сможешь?

Вместо ответа «одеваю» Маску и вот перед зверлингом аристократ, истинный Перворожденный из Дома Бабочки.

— Годится, — со злой усмешкой говорит друг, — начинаем.

Менее чем через час один из людей магистра как бы невзначай, прогуливаясь, прошёл мимо меня. Молча стою на посту с обнажённой шпагой, попыток заговорить и как-то обратить на себя внимание не делаю, только глаза чуть скосил в его сторону, нервно так.

Вечером снова на пост. Такое «раздёргивание» графика в «смутное время» сделано специально, это сильно усложняет «работу» заговорщиков. Ну а что охранникам тяжелее… работа такая, за это платят.

Поставили меня у одной из второстепенных лестниц, между третьим и четвёртым этажом южного крыла непосредственной резиденции магистра. Стою, слегка облокотившись о стену — вне парадных покоев это разрешено. Единственное — нельзя выпускать оружие из рук, как и опираться на него.

Помимо собственной шпаги и кинжала, выдали лёгкое копьё с узким бронебойным наконечником, и естественно — артефактное. Самое то — оно достаточно лёгкое и скоростное, что немаловажно при эльфийских габаритах. А благодаря бронебойному наконечнику, с ним можно выйти даже против тяжеловооружённого пехотинца, имея достаточно хорошие шансы остаться в живых.

Чтобы лучше чувствовать оружие, играю с ним: перебрасываю из руки в руку, делаю выпады. Не серьёзная тренировка, а так… Тоже разрешено, кстати, даже поощряется.

Шаги… перехватываю копьё и вижу секретаря магистра. Склоняю слегка голову — не перед человеком, перед званием. Тот улыбается слегка, почти как равному. Зная этого говнюка… Нет, не лично, но о чиновниках боле-менее высокого ранга приближённые знают достаточно много и широко это обсуждают. Наслышаться успел. Человек этот умный, опасный и чрезвычайно подлый, не понимающий таких слов, как «дружба».

— Неплохая модель, — с лёгкой улыбкой произносит он, глазами указывая на копьё.

— Достаточно удачная, спафарий Варга, особенно для эльфа, — отвечаю, чуть улыбаясь.

Варга вежливо смеётся и как-то выжидающе смотрит на меня. Демонстрирую лёгкую тень сомнения на лице, которую может разглядеть только опытный придворный. И… чувствую, как мне взламывают мозги. Выставляю на передний план смутные образы недовольства и возмущения Калигой «Грязный купец… предатель…», своё желание поговорить с магистром и смутное же недоверие, где на переднем плане всё тот же Калига «Калига… предатель… остальные тоже могут… только магистру…»