Подвинув стопку ветхих листов, я присела на широкий подоконник, подсунув под себя подушку с софы. Может, если разговорить Ранта, я узнаю что-то интересное?

— Тут совсем нет люминатов? — начала я издалека. — Тут же лунная пыль прямо под ногами, а город такой темный, что хоть глаза выколи. Или вы в темноте так хорошо видите, что вообще не освещаете улицы?

— Ночью хорошо видят только волки, когда обращаются, — возразил Рант, скрестив жилистые руки на груди и прислонившись спиной к каменной стене, заросшей плющом, сбоку от окна. — Люминатов полно, но зарево от них сильное над городом, ночью со стороны видно, поэтому мы не пользуемся. Фонарей тоже не держим на улицах, и в домах ставни закрываем.

— А-а, — кивнула я. — Это чтобы к Арибади никого не привлекать, да? Ночами распускаются лунные цветы… Люди, наверное, идут на их свет. — Я поежилась. — Бр-р-р-р-р, думала, помру там. Спасибо тебе за повязку.

— И я чуть не сдох, — задумчиво кивнул Рант будто сам себе.

— Прошлой ночью-то? — удивилась я. — Ты что же, повязку себе не оставил?

— Нет, когда первый раз там был, как ты.

— А когда ты там был первый раз? — осторожно спросила я.

— Давно, за камнем когда пошел, — неохотно, но честно ответил Рант.

— О-о, — только и сказала я. — А я думала, ты сюда попал через лекаря, который лунную болезнь лечит. Дел говорил, он находит полуоборотней и отправляет в Арибади.

— Это у кого есть сердобольные мамаши-папаши, — пожал плечами Рант. — А у нас в приюте такое не лечили.

— А ты добывателем пошел или…

— Охотником, — отрезал Рант. — Из отряда один выжил. И то только потому, что во мне свою кровь почуяли. — Он неловко почесал затылок. — Я и там чужой был, и тут… не особо свой. Я когда еще не знал… Убил одного оборотня.

— Мне жаль, — выдохнула я.

— Чего жаль-то? — не понял Рант.

— Не знаю, — честно ответила. — Всего сразу. Что у тебя не было семьи, что тебе пришлось идти за лунным камнем, что ты нигде не свой. У меня только одна беда с тобой общая. Я тут чужачка. И то уже жуть как нелегко.

— Лари добрый, — сказал Рант неожиданно мягко. — Он обидеть тебя не даст, у него принципы — городским не вредить.

— Странные какие-то принципы, — фыркнула я. — А как же эти ваши ежемесячные нападения на Танриан?

— Так мы только шугаем, — пожал плечами Рант. — Так, барахло маленько растаскиваем по углам, треплем, кто попадется. Но никого не убиваем. Ну, если только сами нас убивать не лезут в наши земли. А так кур не таскаем даже.

Я хохотнула.

— Кур?

— Охота иногда, — кивнул Рант. — А то зайцы да белки… Иногда кабана Шадук завалит, но это редко.

— А зачем же вы в город таскаетесь каждый раз, если даже толком ничем не вредите там? В отместку, что ли? Путь неблизкий, а горожане не особо-то и пугаются ваших нападений. Прячутся по домам, а с утра как ни в чем не бывало убирают улицы и живут себе.

— Так оно нам и надо, — пожал плечами Рант. — Чтобы они прятались по домам, когда полнолуние. Мы их нарочно так приучили.

— И зачем вам это? — как можно более ненавязчивым тоном спросила я.

— Так чтобы Мортимер весь город не выкосил, когда пиковой молнией шандарахнет.

— Пиковой молнией? — удивилась я. — Погоди, так выходит, он может по своей воле вызывать пиковое состояние? Как и Вальтар? Это что, способность всех полуоборотней? А какой у тебя дар? А у Дела?

Слишком много вопросов, слишком возбужденный тон голоса — я сплоховала. Рант тут же понял, что сболтнул лишнего, насупился и отступил в темноту, погасив фонарь.

— Эй, ты куда?

— Вальтар велел с тобой не болтать, — отрезал Рант, и я, не дождавшись от него больше ни слова, разочарованно вернулась в комнату.

Было уже совсем темно, хоть спи в самом деле, но я выспалась и глаз не могла сомкнуть. К тому же меня мучил голод. В итоге я зажгла тонкие свечи на камине, обещавшие максимум полчаса света и полистала какую-то древнюю унылую книжонку, оказавшуюся сборником рецептов травяного чая, давно уже устаревших.

В таком виде — согбенную над книжицей на краю кровати меня и застал вернувшийся Деларион.

От него пахло праздником. Теплом натопленных комнат, костром, вкусной едой. Явно провел это время в более приятном месте и понятно в какой компании. Я ощутила обиду.

— Думал, ты уже спишь, — сказал Дел, садясь рядом со мной. — Интересная книга?

Он заглянул на страницу с очередным рецептом, и лицо его слегка вытянулось от удивления.

— Да, потрясающая, — отозвалась я едко. — Вот думаю, может, просвещусь и потравлю потом вас всех тут какими-нибудь травками.

— Кстати о ядах...

Я думала, Дел говорит о том, что сочился в моем голосе. Но он сунул руку за пазуху и вынул чистую тряпицу, которую протянул мне.

— Вот, — сказал он, — подумал, что ты голодная. Это мой кусок пирога, так что в него точно ничего не подсыпано.

Я фыркнула. Так и подмывало рассказать ему о секретах зелий Вальтара. Но и не время было, и живот заурчал от запаха сытной выпечки.

— С чем? — коротко спросила я, разворачивая тряпицу.

— С грибами, зайчатиной и пряными травами, кажется.

Он и договорить не успел, как я впилась зубами в еще теплый большой кусок рассыпчатого пирога. Апельсины только раззадорили аппетит, и я рисковала кого-нибудь прибить с голодухи.

— Не спится? — повторил вопрос Дел. — Тревожилась? Я отправил к тебе Ранта…

— Да, спасибо, мы мило поболтали, — пробубнила я с набитым ртом. Матушка бы в обморок упала от моих манер, но уж какая обстановка — такие и манеры. — Нет, я не тряслась тут от страха. Просто днем поспала, теперь сна ни в одном глазу.

Дел задумчиво кивнул и вдруг предложил:

— Тогда, может, хочешь прогуляться?

— Куда? — заинтересованно повернулась я к нему.

— Покажу тебе город и одно интересное место. Ночью там красивее всего, — интригующе сказал Деларион.

Но меня интриговать было и не надо. Я была готова сходить с ним хоть на экскурсию к местной отхожей яме. Эти несколько часов, что я провела тут одна без возможности выбраться, заставили меня почувствовать себя так, будто я в тюрьме. Мне срочно захотелось выйти и подышать свежим воздухом. А еще изучить город, хоть и в темноте, было бы очень полезно.

— Идем, — заявила я, вставая и отряхивая руки от крошек.

Дел улыбнулся и открыл передо мной дверь, за которую я вышла, немного опасаясь. Будто из-за угла на меня кто-нибудь мог наброситься. Зная Люну — вполне возможно. Интересно, Дел там с нейрасплачивался, пока меня не было рядом? Не хотелось об этом думать, но мерзкие мысли так и вились в голове. Я снова испытала приступ раздражения. Ненавижу быть заложницей ситуации. Вообще ненавижу быть заложницей — чего угодно и кого угодно. И своих мыслей в том числе. Какое мне дело до их отношений? Деларион на мою честь не позарился, так что он мне как бы и не изменяет... Но мог бы уважать нашу брачную связь!

— Мне жаль, — выдохнул он вдруг, будто считал мое настроение. А может, я громковато хлопнула дверью.

— О чем ты? — нахмурилась, зыркнув на него.

В темноте глаза Делариона казались почти черными, в них играли золотые огоньки от лампы, которую Рант недавно потушил, а Дел снова зажег и, сняв с крюка, взял с собой на нашу прогулку.

— Обо всем сразу, — сказал он, смахнув волосы со лба. — Прости, что именно об меня ты тогда споткнулась. Если бы я мог вернуть все назад… Ни за что бы тебя в это не втянул. Уверен, у тебя было много вариантов по-настоящему удачно выйти замуж. А теперь ты здесь. Связана с оборотнем не по своей воле. Вдали от дома и родных. Без денег, друзей и связей. Танриан на тебя ополчился, а этот город разрушен, и тебе придется провести тут месяц. Да еще и память тебе придется стереть.

Пока Дел вот так все это перечислял, я ощутила ком в горле. А это ведь даже не половина моих бед! Эта сволочная Люна, поцелуи муженька с другой у меня под носом, Вальтар с его кознями… Нет, нельзя раскисать. Нет рядом надежного героя, чтобы порыдать на его широкой груди. Есть только мужчина, который оставил меня одну в полуразрушенном доме в незнакомом городе, пока сам веселился с друзьями, обсуждая свои коварные планы.