После занятия мы с Элдрином, а ждали Рифа Конвеля, с которым дроу договорился встретиться, чтоб согласовать вечерний поход в город. Поэтому шли мы в столовую в числе последних.

Коридоры практически опустели, и лишь одинокие адепты почему-то не торопились на обед. Одна из девушек рыдала на лавке в окружении подруг. Видимо, первый день сессии не для всех стал успешным началом. Завернув в коридор к галерее перехода, мы неожиданно увидели Дэма и Илишина дир Аскурка.

Мальчишка лез к дракону драться и вовсю размахивал кулаками. Дракон был невозмутим и не давал к себе приблизиться, держа хулигана на расстоянии.

Картина выглядела довольно комично, и я даже усмехнулась нелепости ситуации: серьезный и воинственный мальчишка кружил вокруг высокого, статного парня, ничуть не боясь разницы в силе и габаритах. При этом Дамиан был похож на боевого воробья, нападающего на василиска. Такой же всклокоченный, с порванным рукавом на камзоле, со съехавшим набок бантом-галстуком, серьезным выражением лица и слепой уверенностью в своих силах.

- А ну, сражайся! Ты, чучело чешуйчатое! Я видел, что там у тебя спрятано! – воинственно задевал он дракона.

- Отстань от меня, козявка мелкая… - возмущался тот самый «чешуйчатый».

Отчего-то мне показалось, что дракон немного побаивается ребенка. Но могло ли так быть? Драконы были сильны и все обладали магией, чего было бояться «серебристому»?

Илишин вновь грубо оттолкнул мальчика от себя, уходя от очередного удара. При всей абсурдности ситуации, я заметила, что он пытался его не травмировать и больше избегал ударов, не нанося ответных. И прежде чем мы, остановившиеся от неожиданности, успели хоть что-то сделать, Дэм атаковал магией. Вспышка света была такой сильной и неожиданной, что щит Илишина, выставленный наспех, моментально лопнул, а в коридоре разлетелось со звоном несколько окон и зашатались бюсты великих научных деятелей на постаментах. Я пригнулась, одновременно ставя простенький щит от осколков стекла и крошки камня. Завыла сирена, и сразу явился дух-комендант корпуса.

Илишин сполз по стене на пол, и мы кинулись, испугавшись, к нему. У меня же в голове не укладывался тот факт, что дракон вдруг так легко оказался повержен. Где же природная защита и броня? Что с ним «не так»? Парень был оглушен и практически не реагировал на слова, когда мы с Элдрином пытались привести его в чувства.

- Ты что, сдурел?! – накинулся на ребенка Тирел, гневно схватив за шиворот.

- Дяденька-вампир, он скрывает под рубахой какую-то тварь! – воскликнул малый, хмурясь и тыкая в дракона пальцем. – Я в уборной видел. Зашел, а он там стонет и кровью кашляет! А на груди черная гадина сидит!

- Эй, полегче с ним, клыкастый! – вступился Риф за Дэма.

Вокруг стали собираться адепты, спрашивая, что случилось, и возмущаясь ребенку в академии, который нарушает дисциплину и нападает на учащихся.

- Да ты что, в лабораторию проник и дряни какой надышался? – не поверил вампир.

Я же решила проверить. Уж слишком подозрительно вел себя дракон сегодня… и вообще.

- Элдрин, помоги, - попросила я друга, так как сама бы не посмела раздеть парня на глазах других адептов. Конечно, на лекарских практикумах нас учили плевать на такие условности, когда нужно было оказать помощь, а ранение могло угрожать жизни. Но сейчас угроза была не явной, и как бы я выглядела, окажись, что Дэму показалось?

Элдрин без лишних слов понял и быстро рванул китель дракона так, что серебряные пуговицы поотскакивали со звоном падая на пол. А потом рванул завязки ворота у рубахи и обнажил грудь.

Во вспышке светлого телепорта возник ректор. А мы все уставились на огромного черного «червя», сидящего посреди груди и впившегося лапками-щетинками прямо в плоть. Не выдержав, я ахнула от отвращения и ужаса. Тварь была живой и волной слегка изгибала длинное тело, уходящее вниз от груди дальше под рубашку. Элдрин быстро прикрыл это «нечто», запахнув рубаху обратно. Развернувшись, посмотрел на нас снизу вверх в немом вопросе. Тирел отпустил Дамиана и почесал затылок.

- Я же говорил! – торжественно сообщил малец.

Несколько секунд мы все обдумывали увиденное. Таких случаев не описывалось ни в одном учебнике. А дракон так пока и не приходил в себя.

- Всем разойтись! – развернулся к остальным адептам ректор, первым очнувшись, и замахал руками, подгоняя любопытствующих. – Кратур, восстановить окна. Ничего страшного не случилось, уважаемые адепты, я во всем разберусь!

Черная субстанция с множеством голов, то бишь дух главного корпуса, развернулась с шипением, начала поторапливать соглядатаев, разгоняя их с места происшествия. А ректор распахнул двери ближайшей аудитории.

- Заносите его сюда, адепты, - сказал он Элдрину и Рифу. – А ты, - глянул на Дамиана лорд Сенье, - быстро в столовую! И жди меня там.

Дамиану было любопытно и одновременно обидно от того, что им пренебрегают, несмотря на то, что он оказался прав. Но, шмыгнув носом, и нахмурившись, он все же послушался. Развернувшись, мальчик пошел за остальными адептами, не смея возражать опекуну.

Мы же поспешили в аудиторию, которая оказалась какой-то швейной лабораторией или мастерской бытовых магов. Элдрин и Риф как раз уложили дракона на широкие столы для кройки. И эльф снова распахнул рубаху, разорвав ее до конца. Мы снова уставились на паразита на теле Илишина. Сам парень стонал в полусознании и пытался рукой дотянуться до своей груди.

- Что это? – спросила я.

Ректор приблизился, внимательней рассматривая сущность. Мы же, наоборот, пытались держаться подальше. Снова возник рядом дух-комендант.

- Кратур, колбу, пинцет, зонд и лекарский зажим принесите, - сосредоточенно попросил духа глава академии.

Нежить исчезла и через секунду появилась снова с инструментом.

- Адепт Леманн, сможете отделить «это» от тела? – спросил ректор, в задумчивости почесывая подбородок.

- Лорд Сенье, может, лучше в госпиталь? – засомневался лекарь. На что ректор поднял на него взгляд, как на умалишенного.

– Леманн, вы хоть понимаете, как я должен объяснять это остальным лекарям? Адепт дир Аскурк все же сын посла. Как можно будет извратить потом этот факт, если новость станет известна всем?

И ректор дотронулся до двух камей призыва на своем запястье.

- Снимем паразита, а потом доставим адепта в госпиталь. И не вздумайте кому-либо рассказать об этом, пока не разберемся! Кратур, сохрани воспоминание всего произошедшего.

Тирел приблизился к Илишину и взялся орудовать инструментами. Однако паразит не сдавался и выпустил вокруг себя сгусток тьмы.

- Демон? – спросил Риф, наблюдая за происходящим.

- Похоже, - согласился лорд Сенье. – Леманн, давайте я его попробую светлой магией парализовать, а вы отделяйте. Логика лорда Сенье совпадала с моей. Если Дамиану получилось оглушить дракона, то «червь» тоже должен реагировать на нее.

После нескольких неудачных попыток «голова» паразита все же отделилась от тела, и Тирел потянул его щипцами, аккуратно отделяя щупальца-щетинки. Дракон стонал, и Элдрину с Рифом пришлось его держать. Я стояла, зажав рот рукой от омерзения и жалости к парню.

Длинный червь похож был частично на ядовитых глубоководных щетинистых червей, а частично на магическую пиявку. Через минут десять совместных стараний вампира и ректора червя получилось полностью снять и засунуть в банку, где он слабо шевелился, наполовину парализованный.

- Какая гадость, - скривился Элдрин. – Не удивительно, что Илишину было так хреново.

- Это же не обычный паразит? – спросил Риф. – На магической зоологии мы таких не проходили.

- Никто таких не проходил, - согласился Тирел, рассматривая существо сквозь стекло. - Гад питался магией искры прямо через сферу. Таких существ в нашем мире нет.

Грудь дракона, частично покрытая бело-серебристой чешуей, кровоточила и выглядела обожжённой в том месте, где находилось тело паразита. Илишин застонал и открыл глаза. То, что дракон так до конца в себя не пришел, мы поняли по его остекленевшему взгляду.